История кукловода - Ильяс Найманов

— Все спокойно? — на всякий случай тихо спросил Танцор.

В его первую, самую роскошную смену, когда ты еще не остывший с похода легко переносишь полтора-два часа ночного дежурства, ровным счетом ничего не происходило. Свободовцы специально выбрали ему такое время, поскольку опасались, что глубокой ночью когда окружающая их Дикая Территория оживет по-настоящему, не бродящими в отдалении свинками, а темными, мрачными тенями, бредущими на мерцающий огонек костра, сдерживаемые лишь спокойным духом дежурящего сталкера, бывший долговец не сдержится и откроет огонь. При таком раскладе, «веселая» и, наверное, последняя ночь обеспечена всему отряду. Шурин не стал объяснять сталкеру, что ночью в основном ходят мутанты — подбирающие трупы сородичей, других умирающих или раненных мутантов и сталкеров источающих дух страха или смерти, что приравнивает их к раненной, а потому и легкой добыче. Танцор бы не понял. Настоящих охотников на человека надо чувствовать заранее, как аномалию, так же как опытный пловец с акулами знает какая из них просто плывет мимо, а какая идет в атакующем вираже. Естественно, человек, попавший в бассейн с акулами, начал бы паниковать, взбивать кучу брызг и вряд ли кто из морских хищников устоял бы перед такой приманкой. Для спокойно сидящих у костра людей риск подвергнуться нападению мутантов не больше чем у плавающих у берегов Австралии людей. Конечно, в большинстве случаев расположившиеся в открытом месте сталкеры вероятно не подозревают что в нескольких метрах от них за стволом дерева укрылся излом, что гибкая тень, не отпечатавшаяся на ДЖФ — химера, что чернобыльский пес, экранируемый аномалией в сотне метрах от костра положил свою лобастую голову на передние лапы и чутко следит за людьми, сдерживая свору слепых псов от продолжения погони за плотью. Еще десятки других мутантов могут пройти мимо, если они не специально преследуют ранившего их двуногого, сейчас сидящего или спящего возле костра. В таких случаях, если сталкер ранил и не добил мутанта, не погасил свой след, уходя от него, мутант настигает своего обидчика уже ночью. Ну и само собой если страх перед зверем беспричинно велик, то и нет ходу новичку из малой Зоны в среднюю, а тем более из средней в глубокую.

Поляк молча кивнул в ответ Танцору. Присаживаясь рядом.

— Давай потихоньку остальных будить. Туман скоро разойдется уже, — сказал он.

Потихоньку толкнув каждого в плечо, Танцор разбудил всех. Быстро собрали завтрак, проверили оружие, оправились, наконец, отступление ночи как и тумана стало безоговорочным. В оптику стали видны дальние деревья, овраги с кустами покрытыми красными ягодами, неверное призрачное свечение холодца по обеим сторонам колеи.

— Опа, Танцор, ты ж совсем серый, — озабоченно заметил Кран.

Все обернулись на новобранца, действительно, сейчас стало видно, что лицо Танцора теперь по окрасу напоминало куртку новичка, такую же желто-серую, цвета высохшей травы.

— Ты как себя чувствуешь? — спросил Транзит, открывая аптечку.

— Да нормально. Спал, ел, — как можно безразличней ответил тот.

— Кошмары не снились? — продолжал докапываться Транзит, вытаскивая одноразовый пластиковый иньектор из аптечки.

— Нет, не снились, — так же спокойно глядя в глаза ответил Танцор.

— Давай рукава по локоток задери, я тебе на всякий случай укольчик сделаю. Тут антибиотики в наборе, специальная разработка для солдатиков в условиях Зоны. Помочь — не поможет в случае чего, но заразу за пять минут вычислят, хоть знать будем в какую сторону тебя тащить, — указал Транзит.

— Да, пожалуйста, — ответил новобранец, закатывая левый рукав выше локтя. — Надо так надо.

Свободовец несколько раз ткнув короткой иглой мимо вены, наконец сделал укол, Танцор нетерпеливо зашипел.

— Подождем пару минут, до появления признаков…

Вся группа вперилась глазами в Танцора, но тот стоял как ни в чем не бывало несколько минут глядя то на просвечивающееся среди деревьев небо, то на товарищей, то на остатки костра.

— Ну что болит чего-нибудь? Голова кружится мож? — поинтересовался Кран.

— Нормально все, я ж говорю акклиматизация, только время зря теряем. Пошли что ли? — предложил Танцор.

Транзит с сомнением посмотрел на него.

— Ничего не пойму… может и вправду не климатит… ладно, ехали. Порядок прежний.

Спустя чуть более получаса группа ступила на территорию Пустых земель. Твердая, несмотря на обилие дождей почва, множество небольших возвышенностей покрытых каменистым щебнем, редкая скудная трава и словно рывками двигающийся по склонам тяжелый, чувствуемый всем телом ветер. Редкий и чахлый кустарник иногда заменялся такими же низкими и кривоватыми деревцами, дождевая вода стекавшая по склонам исчезла в никуда, но оставила следы эрозии, словно глубокие морщины на щеках старухи. Аномалий стало меньшие, они как будто старались соответствовать пейзажу, уменьшились и жались к редкой растительности чаще собираясь в кучки, словно желая согреть друг друга. Ни о каких артефактах от них не могло быть и речи, не зря эти земли называли Пустые. Нет сильных аномалий — нет хабара, нет хабара — нет сталкеров, зато есть сильнейшие радиоактивные участки наподобие того, который преградил отряду путь. Горячее пятно заставило счетчики радиации всех сталкеров сначала выстукивать мелкую дробь, а затем с каждым шагом наращивать треск, норовя превратить его в белый шум. Вряд ли танки прошли сквозь него, скорее всего горячее пятно появилось здесь после выброса. Как бы это не противоречило законам физики, горячие пятна могли легко передвигаться по территории глубокой и средней Зоны, изредка «радуя» своим появлением и сталкеров возле периметра. Группа сделав большой, почти часовой круг вокруг стрекочущего участка, наконец, снова вернулась к потерянной было танковой колее, которая шла прямиком на Рыжий Лес.

Танцор никогда не был здесь, у Долга не так много дел в этих Пустых землях. Теоретически он изучил возможные маршруты к ЧАЭС, ему как командиру квада доверили координаты нескольких схронов Долга находящихся в этой локации, но если исходить из запомненных им координат и, судя по карте в ПДА, их как раз накрыло жутким радиационным пятном, на обхождение которого им понадобилось более часа. Тягучие Пустые земли, однообразный пейзаж, словно повтор одного слайда за другим на старом проекторе. Постоянно странное ощущение, что кто-то неотрывно следит за тобой, переставляя начало первой картинки, когда ты уже выходишь из второй, меняя лишь варианты расположения лежащих под ногами острых с прожилками кварца камней да форму низко плывущих темных облаков.

Внезапно Шурин остановился, присел на одно колено и начал оглядывать окрестности в оптику СВД. Группа немедленно последовала его примеру, превращаясь из ростовой фигуры в тире в поясную. Шурин обернулся, показывая знаками, чтобы все приблизились. Когда осторожно шагающие сталкеры оглядываясь по сторонам и не осмеливаясь выпрямиться во весь рост подошли к нему, заглядывая через плечо, вопреки обычной осторожности он достал свою позолоченную зажигалку и прикурил.

— Все амба. Конец солдатикам, — делая глубокую затяжку сказал он. — Встретила их Зона, — добавил он, выпуская дым. Ветер тут же играючи унес сизое облачко в сторону и разбил его там на мелкие части.

Несколько мгновений никто ничего не понимал. Танцор беспомощно глядел то на Транзита, то на Шурина. Транзит сощурившись пытался сообразить что-то, глядя на землю перед ведущим их сталкером, Кран на всякий случай через прицел оглядывал раскинувшийся впереди безжизненный простор. Только Поляк задержавшись на пару секунд с вопросом, затем также поглядев на пространство перед собой в оптику АК вдруг ошарашено выдохнул:

— Ни хрена себе… — одновременно его руки начали шарить по карманам в поисках сигарет.

Шурин не оборачиваясь протянул открытую пачку ему, откуда Поляк снова достал пару и растерянно козырнув прикурил. Еще несколько мгновений длилась пауза, наконец Транзит не выдержал.

— Ну?! В чем дело Шурин? Не томи, — свистящим шепотом сказал он, глядя то на Шурина, то на Поляка, то на Крана.

— Вот это видишь? — спросил Шурин указывая пальцем в землю перед собой.

Палец сталкера указывал на несколько сломанных в одном направлении травинок на твердой, не держащей след земле. За сломанными соринками на выступающем из-под земли камне виднелись едва на грани визуального восприятия легкие белые царапины, через полтора метра картинка повторялась.

— Кровосос, — сказал Транзит сосредоточенно соображая.

— Теперь смотри туда, — указал пальцем Шурин одновременно подавая свою винтовку с лучшей оптикой сталкеру.

Транзит и Кран одновременно взяли несколько десятков метров почву перед собой в прицел.