Танго на собственных граблях - Дарья Калинина

— Взгляну на них хотя бы одним глазком, а потом дальше пойду.

Настя не призналась бы даже самой себе, что она хочет увидеть этих людей, чтобы выяснить, не находится ли среди них тот ушастый, который сидел рядом с ней на выступлении Юдина. Вдруг он тоже тут? Девушке почему-то было очень нужно убедиться в этом.

— Вполне вероятно, что ушастый тоже тут. Ведь уехали они вместе с Юдиным.

Как раз в этот момент она оказалась возле дверей, за которыми и проходила церемония. Больше не колеблясь, Настя осторожно приоткрыла их. В первую минуту ей показалось, что в комнате отсутствует крыша и лежит снег, потому что все там было белым-бело. Но мгновение спустя девушка поняла, с комнатой все в порядке, а не в порядке с людьми, распростершимися ниц на полу.

— Чего это они, а? — растерянно пробормотала Настя. — Чего это они делают?

Все эти люди были одеты в длинные белые плащи-накидки, закрывающие целиком их тела, а также голову и руки. Поэтому девушке вначале и показалось, что в комнате выпал снег. Некоторое время она наблюдала за этими распростертыми на полу беднягами, а потом подняла голову и проследила, перед кем они простираются. Оказалось, что всей церемонией управляет высокий худой старик.

Настя вгляделась в его лицо и вздрогнула. Да она его знает! Это же тот самый старик с фотографии! Тот, что подошел в аэропорту к ее родителям и назвался маминым отцом! Ее дедушка!

В первый момент Настя ощутила нечто вроде удовлетворения, все-таки ее вернувшийся дед не последняя сошка! Перед ним валяются на полу не меньше десяти-двенадцати человек. Но уже в следующий момент ей стало стыдно и за себя, и за деда. Что он тут вытворяет? И почему эти люди так унижаются перед ним?

Но высказать свои претензии деду, разумеется, Настя не могла. И поэтому она просто продолжала наблюдать за происходящим.

Где тут ее знакомый ушастый? Вроде бы та фигура на полу подходящего роста и телосложения. Девушка не сводила глаз с него.

Старик между тем молился, произнося слова так быстро и неразборчиво, словно заправский священник. Настя при всем желании не сумела бы разобрать их. Но ее удивила реакция одетых в белые балахоны людей. Некоторые уже поднялись на колени, откинув капюшоны, они простирали руки и кричали старику:

— Отец! Отец!

Настя с удовлетворением кивнула. Она увидела своего ушастого. Все-таки она не ошиблась, он тоже был тут. Облюбованная ею фигура в белом, без всяких сомнений, принадлежала ее давешнему ушастому знакомцу.

Этот недотепа сиял, словно новенький самовар, и орал громче всех остальных:

— Отец! Я тут!

Настя поежилась. Все происходящее ей решительно не нравилось с самого начала, а теперь девушке и вовсе стало не по себе. А еще она была вынуждена признать, что данное действие чем-то напомнило ей то, что происходило сегодня на встрече с Юдиным. Те же исступленные выкрики, то же выражение идиотской благостности на лицах собравшихся. Только там, если можно так выразиться, благодать была сильно разбавлена большим количеством посторонних примесей, а вот тут она была в куда более сильной концентрации и производила уже откровенно устрашающее впечатление на того, кто смотрел на это со стороны.

— Встаньте же, дети мои, и идите ко мне! — провозгласил тем временем старик.

Люди в белом тут же поспешно поднялись на ноги и наперегонки двинулись к нему. Уже у многих упали с голов капюшоны, и Настя увидела лица людей, начисто лишенных собственных мыслей. На их лицах светились улыбки, какие бывают у психически больных, не очень-то хорошо осознающих мир, который их окружает, воспринимающих его исключительно через призму своего больного сознания.

— Это же какие-то зомби.

Но худший удар поджидал ее впереди. Когда «дети» один за другим стали подходить к старику за благословением, походка двоих из них Насте показалась смутно знакомой. А когда эти двое, в свою очередь, сняли капюшоны, Настя едва удержалась от крика. Она изо всех сил прижала ко рту сжатый кулак и только так сумела затолкать рвущийся вопль наружу. Ведь эти двое, которые сейчас шли в числе других зомби, были ее родные папа и мама.

— Мамочка! — с ужасом прошептала Настя. — Папочка! Вы тут… Да как же это? Как вы могли?!

В тот же миг она услышала позади себя знакомое сопение и тяжелые шаги. Настя в последний момент успела юркнуть за какую-то шторку, мимо нее прошел ее давешний мордастый знакомый. Он зашел в комнату, где находились старик и его «дети». И почти вслед за этим люди в белых накидках стали выходить оттуда друг за дружкой.

Настя отдала бы десять лет своей жизни, лишь бы иметь возможность поговорить со своими родителями. Увы, «детки» шли тесной группой, родители были в самой середине, к ним было невозможно даже подступиться. И все же, наверное, Настя бы рискнула, но тут обе ее внутренние сущности, вдруг сдружившись, начали ее от этого отговаривать.

«Бесшабашность не нужно путать с безумием. Тебя схватят, а родителям ты все равно не поможешь», — сказал голос тетки Наташи.

«Тише едешь, дальше будешь, — вторил голос тети Тамары. — Главное ты сделала, родителей своих нашла. Они тут и никуда уже не денутся».

И Настя осталась стоять за шторкой. Она и сама думала, что так от нее будет больше пользы. Глаза ее родителей были пусты, а их лица выражали такое блаженство, что девушка даже испугалась, а придут ли они когда-нибудь в себя? Смогут ли стать прежними?

— Что с ними сделал этот старик? — в отчаянии прошептала Настя, уже понимая, что никакой он ей не дедушка и вообще не родственник, а злой колдун, опоивший и одурманивший ее родителей, а заодно с ними и других бедолаг.

Но стоило девушке подумать об этом типе, как он сам появился из комнаты в сопровождении мордастого. Выражение лиц у этих двоих было озабоченным.

— Ты уверен, что хорошо смотрел?

— Я все перевернул вверх дном. Нету ее!

— А была?

— Своими руками туда оттащил.

— Зачем тащил-то?

— Так это… она прямо на снег передо мной бухнулась. Думал, заболела или еще чего.

— Значит, доброе дело решил сделать?

Голос старика звучал однозначно ехидно.

— И куда же эта молодка делась потом, если находилась без сознания?

— Может, ушла? Очухалась, поняла, что не дома, и ушла.

— Хорошо, коли так. А если она по дому бродит? Ходит, смотрит, примечает. Что, если она сейчас за этой занавеской стоит и нас с тобой подслушивает?

У Насти от ужаса даже в животе перестало урчать. Как он узнал? Да этот тип точно колдун! Она уже приготовилась рухнуть в обморок, на сей раз настоящий, как вдруг старик произнес:

— Ну, это я шучу, конечно. Но нельзя допустить, чтобы эта девка тут болталась.

— И что делать-то?

— Немедленно обыскать весь дом. Начни с верхних этажей. Подключи всех! Как найдете, доставьте ее ко мне. Хочу побеседовать с ней один на один.

Зазвучали шаги, двое собеседников двинулись в разные стороны. Настя уже хотела вздохнуть посвободнее, как вдруг старик остановился и произнес:

— Снежана дома?

— Ваша дочь, уважаемый, еще не приезжала.

Еще одна дочь? Многодетный же папаша этот старик!

— Как приедет, позови ее ко мне.

— Хорошо, уважаемый. Как скажете, так и сделаю.

В голосе привратника звучало глубочайшее уважение и даже подобострастие. Он явно побаивался старца, а ведь был сильнее его и больше раза в три.

— Ищи девку! — приказал ему старец на прощание.

После этого двое собеседников наконец разошлись, а Настя смогла выдохнуть из груди воздух, который уже давно держала в себе. Выдохнув, она выглянула за занавеску и убедилась, что путь свободен. И больше не сомневаясь, помчалась в сторону входной двери. В голове у нее билась одна-единственная мысль — как бы ей унести отсюда ноги подобру-поздорову. Настя уже поняла, что старик держит ее родителей у себя дома, как в плену. Они полностью подчинены ему. И девушке совсем не хотелось стать одной из его зомбированного стада.

Настя достаточно насмотрелась по телевизору, что бывает с теми, кто попадает в различные секты, и теперь не сомневалась: ее бедных родителей постигла та же самая участь. Бороться с целой сектой и ее главарем в одиночку — дело заведомо проигрышное. Если Настю сейчас схватят, то не пройдет и получаса, как она с таким же идиотским выражением лица будет лизать пятки этого мерзкого бородатого старикашки.

Как ни парадоксально, но сейчас для нее единственный выход спастись самой и спасти родителей — это бежать!

Во дворе никого не было, но в доме за ее спиной поиски происходили очень бурно. Уже выбегая на улицу, Настя услышала нарастающий шум и голоса, звучащие все громче. Она прокралась под окнами, потом стала петлять между деревьями, искренне надеясь, что ее никто не застигнет. Только бы ворота оказались открыты! Только бы на них не было замка!