Уроки страсти - Марго Магуайр

Щеки девушки вспыхнули. О Боже! Она ведь и впрямь сказала ему… призналась, что она девственница! Какой позор! Разве такое говорят едва знакомым мужчинам? О чем она думала?!

И вообще почему она не убежала от него сразу же? А может, он вовсе не собирался целовать ее? Ведь Эдрик только что похоронил красавицу жену и переживает из-за Брайса… Возможно, он не для того остановил ее, не для того коснулся ее лица и прижал к стене. Кто знает, что было у него на уме?

Она совершенно не разбиралась в мужчинах и могла ошибаться насчет чувств, которые всколыхнул в ней Эдрик. «Надо поскорее убраться отсюда, – напомнила она себе. – Ведь единственная причина моей задержки в Бракстоне – это малыш Эйдан».

Да-да, надо уходить отсюда побыстрее. Потому что слухи о ее чудесном спасении рано или поздно долетят до Кеттвика. И тогда она лишится выбора. Ей придется вернуться домой и предстать перед родственниками и знакомыми. А этого она совсем не хотела.

Эдрик уже собирался подняться к Брайсу, когда заметил в зале Лору с узелком в руках.

– Я слышала о происшествии в погребах, милорд. Эдрик взглянул на нее с удивлением:

– Неужели плохие вести так быстро разлетаются?..

– Да, милорд, – кивнула Лора. – Слова… они по ветру летят. Вот почему вам следует побыстрее выяснить, кто же такая Кейт на самом деле. Не надо дожидаться, когда ее родственники явятся сюда за ней.

Эдрику сейчас очень не хотелось думать об этом. Пожав плечами, он пробормотал:

– Кто она такая?.. Она Кейт из Раштона, вот и все.

– Но она не простолюдинка, и вы прекрасно это знаете.

– Допустим, знаю. Ну и что?

– Она сказала мне, что собирается в монастырь, что у Эвешем-Бридж.

– Она что, монахиня? Лора покачала головой.

– Эдрик, подумай как следует… Не притворяйся дураком.

Немногие в Бракстоне позволяли себе с ним столь фамильярный тон, и Лора являлась одной из них. Дочь начальника стражи, она выросла в старой крепости и была братьям как старшая сестра; в детстве их часто оставляли на ее попечение, хоть она и была всего на несколько лет старше Эдрика.

– Кейт – если это ее настоящее имя – считает, что обесчещена и не может вернуться домой, – продолжала Лора.

– Глупости!

– Она нормандка, Эдрик. А ты знаешь, какие они…

– Да уж, не напоминай. Лора протянула ему узелок.

– Держи. Я уверена, что Кейт не ела ничего с самого утра. Может, отнесешь ей это? И заодно выяснишь что-нибудь, пока я буду перевязывать рану Брайса.

– В Раштоне наверняка решили, что она погибла. Лора отрицательно покачала головой:

– Если ее отец жив, он сделает все возможное, чтобы найти свою дочь.

Такие осложнения Бракстон-Фелл ни к чему. Особенно теперь, когда к ним едет Вулфгар Тредберг. Да и отец Сесиль мог пожаловать в любую минуту. Эдрик взял у Лоры узелок с едой и стал подниматься на второй этаж.

– Госпожа Лора! – раздался голос Дрогана. – Вас ждали сегодня!

– Мои извинения, – ответила целительница, поднимаясь по лестнице. Дроган направился за ней. – Я не хотела никого обидеть.

– К Брайсу идете?

Эдрик знал, что надо вернуть узелок Лоре и сказать, что она должна сама обо всем позаботиться. Но Дроган вряд ли обрадовался бы его вмешательству. И вот он уже шагает к детской, сейчас он снова увидит эту прелестную девушку…

Его собственные покои находились неподалеку от детской – Сесиль так и не удосужилась их обустроить. Его жену не интересовала даже колыбелька, которую сделали специально для будущего ребенка. И она не смастерила ни единой вещички для младенца. Странная женщина. Одно слово – нормандка.

Эдрик остановился у двери. Тишина. Он решил постучать, а не врываться без стука, как в прошлый раз. Но ответа не последовало. Он осторожно отворил дверь и переступил порог.

Ставни были закрыты. За окном чуть слышно шелестел дождь. Огонь в камине едва горел, но Эдрик все же разглядел лежавшую в постели Кейт. Девушка спала, и на ней была лишь тоненькая сорочка без рукавов.

Эйдан мирно посапывал рядом с ней, прижавшись к ее мягкой груди. Рядом лежал пустой кувшин из-под молока. Эдрик судорожно сглотнул при виде этой парочки. Ему очень хотелось прилечь рядом с ними.

«Успокойся! – приказал он себе. – Тебе нужно срочно сходить в «Серебряный дракон», к Фелиции. Утолишь свой голод и снова начнешь мыслить здраво».

Эдрик оторвал взгляд от кровати и положил узелок на стол. Завтра поутру Кейт найдет его там. Он подбросил дров в камин, стараясь все делать осторожно и не шуметь, дабы не разбудить Кейт с малышом. Но когда он повернулся, чтобы еще разок посмотреть на нее, то заметил, что глаза ее приоткрыты.

Эдрик точно знал, в какой момент она поняла, кто именно находится в комнате. В этот момент ее соски напряглись и приподняли тонкую ткань рубашки. Выходит, она желала его так же, как он ее. Девушка не сводила с него взгляда; в ее сонных глазах читался вопрос.

– Лора прислала тебе поесть. – В горле у него запершило, и он кашлянул.

Ее распущенные волосы рассыпались по пуховой подушке. Тяжелые веки создавали впечатление чувственности. Эдрик сделал шаг, еще один и присел рядом с ней, глядя, как она облизывает губы. Тут Эйдан запищал, и она погладила его по головке.

Эдрик же вдруг вспомнил давно прошедшее… Как-то раз, еще малышом, он вбежал в спальню матери и застал родителей в постели. Они лежали довольные и умиротворенные после любовных утех. Впоследствии он часто мечтал о том, что разделит такие же минутки со своей женой.

Увы, его супругой стала нормандская гарпия.

Кейт с грустью посмотрела на малыша.

– Как жаль, милорд, что ваш сын никогда не узнает своей матери.

Слова девушки вернули Эдрика в настоящее. Кейт – нормандка, и у них с ней нет будущего. Поднявшись на ноги, он направился к двери.

– Она сказала, жаль? – бормотал он себе под нос. – Эта женщина, оставив меня вдовцом, сделала мне одолжение. Настоящая ведьма… Без нее будет гораздо лучше.

ГЛАВА 7

Еще никогда Кэтрин не чувствовала себя такой одинокой. Она ужасно скучала по Изабель и по аббатству, скучала по добрым улыбкам всех, кто жил в Кеттвике. Здесь же с ней разговаривали только при крайней необходимости. Лишь Лора, Дроган и Брайс не были настроены враждебно.

Поведение же лорда Эдрика не очень-то ей льстило. И слепому было понятно, как он относился к нормандцам. Казалось, он терпел ее присутствие только из-за Эйдана. Тогда, у черного входа в замок, он всего лишь хотел унизить ее, хотел, чтобы она почувствовала свою беззащитность.

Она постарается впредь не допускать ничего подобного.

Покормив утром Эйдана, Кэтрин спустилась с ним в кухню, где ей дали хлеба с медом и чашку сидра. Там она встретила Гвен, но девушка по-прежнему держалась с ней холодно.