Приют грез - Джулия Джеймс

Он резко открыл глаза. Взял несколько листов печатного текста, которые получил сегодня от директора медицинской исследовательской лаборатории в Оксфорде. Алексею не обязательно было читать документы, он уже решил, что будет финансировать эти исследования.

Но даже несмотря на это и другие хорошие новости, мужчина пребывал в дурном расположении духа. От своих агентов из Южной Америки Алексей узнал, что цель его жизни достигнута. Джилс Хоквуд убит.

Теперь он должен был бы испытывать облегчение и радость.

Все так просто. Но…

Алексей ощутил лишь небывалую боль.

Почему я снова чувствую боль оттого, что потерял что-то, чего никогда не имел? Ее не существовало, женщины, о которой я мечтал, она оказалась не той… так почему я чувствую эту боль?..

Но сколько бы Алексей ни повторял себе это, память играла с ним злую шутку. Он помнил не последнюю ночь с Ив, а первую. Ту самую, когда он впервые увидел девушку…

Лунный свет серебрил темную воду. Играла медленная приятная музыка. Ее волосы блестели при луне. А в ее глазах, блестящих странным светом, хотелось утонуть. Ее хрупкое тело дрожало в его объятиях. Ее аромат, тонкий и возбуждающий… И сладость ее губ…

Это было не воспоминание. Это была греза. Мираж, растаявший с рассветом.

Ив Хоквуд, пустышка, готовая на все ради собственной выгоды, продолжает спокойно жить на этом свете – в то время как Илеана…

Нет! Безумие снова размышлять об этом.

Душа Илеаны нашла свое успокоение. Ее боль отомщена. Но сколько еще таких же, как Джилс Хоквуд? И сколько таких Илеан? Алексей знал ответ. Тысячи. Миллионы. И он даже со своими деньгами мало что может сделать против них.

Алексей посмотрел в окно. Машина плавно ехала мимо какого-то маленького городка. Название показалось мужчине знакомым. И Алексей понял почему. Это был ближайший городок от того дома, что Ив Хоквуд так отчаянно хотела заполучить. Дома, который служил клиникой, где ее аристократическая мамочка лечила свою расшатанную психику.

Он отдал распоряжение о продаже Бомонда и забыл о нем. Интересно, дом уже продан? А если нет, может ли он пригодиться мне? – подумал Алексей.

– Мэттленд, мы едем в Бомонд, – скомандовал он водителю.

Ив сидела за компьютером, изредка поглядывая в окно. День выдался чудесный. Никогда еще Бомонд не казался девушке столь прекрасным. Может быть, потому, что летом здесь было особенно красиво, а может, потому что скоро она навсегда покинет этот дом.

Ив любила бывать на свежем воздухе в такие дни, но сейчас прогуляться в саду не представлялось возможным. Нужно успеть сделать кучу дел – оплатить счета, разослать почту, рассортировать файлы. Денег не хватало. Но трудности не пугали Ив.

Благодаря работе она забывала обо всем. Чувствовала, что живет.

Ив замерла. Это что, шум колес подъезжающей машины? Девушка оторвалась от своего занятия, подошла к окну и выглянула на улицу. Только незнакомцы подъезжали к парадному входу. Может, это потенциальные покупатели, о которых ее предупреждали? Блестящий черный «мерседес» остановился. Открылась передняя дверца, из которой вышел водитель.

Ив не имела ни малейшего представления о том, кто это может быть. Никакого. Но когда водитель открыл заднюю дверцу и помог своему хозяину выйти из машины, сердце Ив замерло. В голове застучало, а перед глазами все поплыло. Девушка вцепилась в штору, боясь упасть.

Не может быть… этого не может быть…

И тут Ив ощутила небывалый прилив сил. Словно что-то могущественное завладело всем ее существом.

Телом и душой.

Она развернулась, подошла к двери и вышла в холл. Уверенным шагом приблизилась к парадному входу и шагнула на улицу. Ее лицо было совершенно непроницаемым, когда она смерила холодным взглядом Алексея Константина, только что ступившего на первую ступеньку лестницы, ведущей к дому.

– Убирайся отсюда, пока я не вызвала полицию! – бросила она со злостью.

Ее глаза горели от ярости.

Алексей замер на месте. Какого черта здесь забыла Ив Хоквуд? – пронеслось у него в голове.

Меньше всего мужчина ожидал обнаружить здесь эту женщину. Если бы он знал, что найдет ее здесь, то объехал бы это место за тысячу миль!

Алексей так долго пытался изгнать ее образ из своей головы. Меньше всего на свете ему хотелось еще когда-нибудь в своей жизни взглянуть на Ив Хоквуд. И вот она стоит перед ним. Одетая в простую майку и хлопковую юбку. И никаких дизайнерских лейблов и этой аристократической напыщенности.

Алексей почувствовал себя так, будто ему только что воткнули нож в спину. Он пытался снова убедить себя в том, что Ив Хоквуд продала ему свое тело в обмен на этот самый дом. И теперь, кажется, чувствует себя здесь хозяйкой.

Алексей ступил на следующую ступеньку, тогда как Мэттленд, который был также и его телохранителем, остался стоять поблизости, в любой момент готовый вмешаться.

– Я сказала, проваливай отсюда или я вызываю полицию!

Алексей проигнорировал очередной злобный выпад, кивнув Мэттленду. Мужчина вышел вперед.

– Отойдите, мисс, – произнес он бесстрастно. – Так будет лучше.

Ив посмотрела на телохранителя, затем снова на Алексея.

– Вы можете быть здесь хозяином, мистер Константин, но английский закон требует, чтобы вы предоставили прошение о том, что хотите вступить в права собственности. В письменном виде и за двадцать четыре часа. Возвращайтесь, когда оно у вас будет.

Алексей и бровью не повел. Мэттленд прошептал что-то ему на ухо, и тот кивнул.

Прежде чем Ив успела что-то сообразить, телохранитель блокировал ее, заломив руки.

Алексей Константин с довольным видом прошествовал в дом.

– Вы ведь не будете больше сопротивляться, мисс? – поинтересовался Мэттленд.

– Если вы немедленно не отпустите меня, я подам на вас в суд за применение насилия! Вы меня поняли?

Мужчина отпустил ее, но проследовал за ней в дом и теперь не отходил ни на шаг.

Алексей Константин тем временем оглядывал просторный холл.

– Я уже сказала, – объявила Ив. – Если вы немедленно не покинете этот дом, я звоню в полицию. У вас еще нет права собственности.

Проигнорировав ее тираду, Алексей обратился к своему телохранителю:

– Мэттленд, найди кого-нибудь из медицинского персонала и скажи, что мисс Хоквуд нуждается в помощи.

Мужчина кивнул и уверенным шагом вышел из холла.

Алексей повернулся к Ив. Его глаза не выражали ничего. Одно безразличие. Он заговорил, и каждое его слово ударом ножа отзывалось в душе девушки:

– Полагаю, вам следует вернуться в ту часть дома, откуда вы пришли, и продолжить терапию. Ваша мать когда-то владела этим домом, но вы, – холодно произнес он, – всегда были здесь только пациентом.