Виртуальные встречи - Авророва Александра

— Это как? — не поняла Катя.

— Щелкнуть правой кнопкой мыши, появится меню. Там выбираешь соответствующую строку.

— Я не знала. А ты откуда знаешь?

— Трудно сказать. Знаю, и все. Неважно. Этот Осведомленный после меня поговорил с тобой, Незнакомкой и Старым пиратом. Тебя позвал на девятнадцать, Незнакомку на девятнадцать двадцать, а Старого пирата на восемнадцать пятьдесят. Меня все это очень смутило. Я поехала в Репино на электричке, приходящей полседьмого. На ней ехала Эстрелла. Я легко ее вычислила… она бродила по платформе, расспрашивая про восток. В семь десять я сбегала к развилке, хотя, честно говоря, никого встретить там не ожидала. Не разорвется же Осведомленный на части, правда? Ну, никого я там и не встретила. Я осторожно пошла к даче и увидела, как оттуда в панике бежит Эстрелла. Это было примерно в семь двадцать. Через дырку в заборе я залезла в сад и увидела тело в беседке. Я быстро осмотрелась — не оставила ли Эстрелла следов своего пребывания. Ничего не заметила… где был ее телефон?

— Под скамейкой. Труп сидел или лежал? А галстук на скамейке был? А глаза? Открыты, закрыты?

— Почти лежал. Глаза открыты, я даже помню выражение… я еще подумала — у живых такого не бывает. И этот галстук… я потом цеплялась за него, словно за соломинку. Эстрелла, убив, не свернула бы аккуратно галстук, правда?

— Я тоже так думаю. Значит, мы с тобой чуть было не столкнулись?

— Получается, да. Но я тебя не видела. Я хотела догнать Эстреллу, но ее уже не было. Наверное, она побежала не к электричке, а в другую сторону. Я поехала домой. Я думала, труп обнаружит жена, и расследование пойдет по линии семьи и бизнеса, а о сайте и Эстрелле никто не догадается. Я знала, что ты ждешь Осведомленного в семь, но не сообразила, что ты после этого пойдешь на дачу.

— Черт занес, — мрачно произнесла Катя. — Если бы не я, Полухин выбирал бы между Жуковым и Лаймой, а Ира без помех рыдала бы сейчас в подушку. Тоже не великое счастье, но лучше, чем в тюрьме.

— Все равно рано или поздно это бы всплыло, — возразила Таня. — Не верю, что Лайма или твой Жуков покорно дали б себя посадить. Наняли бы лучших адвокатов, и те бы раскопали. Это все из-за меня, Катя. Я должна была предостеречь Иру… убедить, рассказать. А я этого не сделала.

— Предостерегать девчонку против того, в кого она влюблена, бесполезно. По себе помню.

Таня сжала руками виски.

— То же самое я говорила себе про Аньку. Имею ли я право вмешиваться да какой в этом смысл? Я даже помогла ей скрыть все от родителей, представляешь? Я боялась, они устроят скандал, а ее это только подтолкнет. Потом, я думала — они лишили меня личной жизни, неужели я позволю им сделать то же с Анькой? И вот теперь — да, я одинокая старая дева, но я жива, а Аньки больше нет.

— Родители не разрешали тебе встречаться с парнями?

— Ну, это сильно сказано. Просто говорили — порядочная девушка никогда такого не сделает. Она помнит, что дома ее ждут родители, что она нужна им. Вот я и осталась при своей порядочности. А Анька…

— Погоди, — потрясенно прервала Катя, — не хочешь же ты сказать, что ты… что у тебя…

Таня легко, почти незаметно улыбнулась.

— Это не столь редкий случай, как ты думаешь, Катя. Так сложилось. Получается, я жалуюсь, но это не так. У каждого своя судьба. Я просто объясняю, почему не остановила Аньку. Я боялась навязать ей свою судьбу. Я считала, человек должен выбирать сам… пусть неправильно, но сам. Я же не думала… — на Таниных глазах выступили слезы, но тень улыбки все еще не угасала, — я не думала, что Анька покончит с собой в семнадцать, а Ира попадет в тюрьму из-за того, что я, понимаешь ли, полагаю неделикатным вмешиваться. Я часто вспоминаю любимого поэта… «Ничто не вечно, бояться нечего, сядь, молчи, пережди». А может, это просто трусость?

Она тряхнула головой, сжала губы, потом руки — крепко, в замок, а потом другим тоном произнесла:

— Это неважно. У тебя с собой тот список, из милиции?

Катя протянула листок.

— Первый номер не идентифицировался, — прочтя, повторила Таня. — Дальше — твои телефоны, рабочий и домашний. В третьей строке телефон Селиной Маргариты Ивановны. В четвертой — телефон Иры. В пятой два номера вашего Жукова, рабочий и домашний. В шестой — Шагуч Константин Григорьевич, друг Турищева, писатель. В седьмой — мой рабочий телефон. Восьмая строка, целых три номера, снова не идентифицируется.

— Как ты думаешь, это связано с сайтом или просто телефоны знакомых Турищева?

— Если записывают номера знакомых, начинают с сотовых. Уверена, у всех, кроме меня, они есть. А здесь сплошь стационарные. Конечно, это связано с интернетом.

Катя удовлетворенно кивнула. Было приятно, что Таня подтверждает ее мысли. Да и вообще, что нашелся человек, который будет шевелить вместо тебя мозгами.

— Но я кого-то недосчитываюсь, — вспомнила она. — Эстрелла, Старый пират, Невинная девушка, Незнакомка, Скептик и я. Еще Осведомленный. Всего семь, а нужно восемь.

— И модератор, — без промедления добавила Таня. — Он тут обязательно должен быть.

— Модератор… — пробормотала Катя. — А он на нашем сайте точно есть?

— Ну, вряд ли сайт самозародился в интернете, — пожала плечами Таня. — Но ты права, это странная личность. Он ни во что не вмешивается… иногда только выкидывает посетителей, которые забрели случайно. Рекламу еще вычищает. Я и раньше задумывалась — кто создал сайт, зачем? Загадка. Знаю только, когда. Месяца четыре назад.

— Я совсем забыла про модератора, — не могла опомниться Катя. — Наверное, враг Турищева… у него их много.

— По логике вещей, номер модератора у Полухина должен идти первым. Вторым — Осведомленного. Или наоборот. Но, поскольку вторая ты, я бы решила, что номер Осведомленного последний. Причем их в строке три штуки, и все не определяются. Ты смотрела по какой базе данных?

— Не знаю. По пиратской, наверное. В метро купила.

— Есть закрытые номера. Всяких известных личностей, того же Турищева. Иначе его замучили бы звонками.

— Ну, если б он и создал себе сайт, то хвалебный.

— Я назвала его к примеру. Для Осведомленного мне представляется более естественным другой вариант. Если б я всерьез хотела замести следы, я бы не стала выходить в интернет из дома или с работы.

— А откуда?

— Из интернет-кафе, разумеется.

Катя, не выдержав, засмеялась.

— Мы с тобой просто Ниро Вульф и Арчи Гудвин. Я выполняю черную работу — ворую бумаги в милиции, а ты занимаешься их осмыслением.

— Надеюсь, я пока еще не вешу семь пудов, как Вульф, — улыбнулась Таня.

— Еще бы — ничего не ешь. Ты что, на диете?

— Да, — помедлив, ответила Таня.

— Тогда еще кофе.

Катя махнула рукой официантке. Таня наклонилась к сумочке, кажется, залезла в кошелек и быстро произнесла:

— Нет, спасибо, мне достаточно.

— Забыла деньги? — догадалась Катя. — У меня есть, я заплачу.

— Спасибо, не надо.

Катя пожала плечами.

— Ну, хочешь, это будет в долг, раз ты считаешься с такими вещами.

— Нет, спасибо, — отказалась Таня, покраснев под пристальным взглядом. -

Нет.

— В долг, — повторила Катя. — Ты что?

— Я никогда не беру в долг… извини.

— А я — регулярно. И ничего, пока жива.

— У тебя другая ситуация, — мягко объяснила Таня.

— Вам что, страшно не хватает? — вырвалось у Кати.

Таня покраснела еще сильнее.

— Если тщательно рассчитать, то хватает. Но есть в кафе сейчас действительно дорого.

— Бюджетникам мало платят, да? — понимая, что бестактна, не в силах была остановиться Катя.

Таня улыбнулась своей легкой, почти незаметной улыбкой.

— У меня зарплата меньше папиной пенсии — смешно, да? Давно пора уволиться, но я очень люблю свою работу и ничего другого делать не умею. Я знаю, это не оправдание. Я пыталась преподавать историю в школе… до сих пор удивляюсь, что вырвалась оттуда живой.

— Ты, наверное, была бы хорошим программистом. Вон, как разобралась в сайте.

— У меня историческое образование, а не кибернетическое, — удивилась Таня. — Как я могу предлагать себя в качестве программиста? И потом, везде требуются с опытом работы. Причем младше тридцати — уж не знаю, как они надеются совместить. Катя, давай не будем об этом, ладно? Скажи, ты кого подозреваешь в убийстве?

— Жуков врал мне в глаза, что знать не знает о сайте, — помолчав, сообщила Катя. — Сайт был создан четыре месяца назад, так? Как раз четыре месяца назад Жуков понял, что популярность Арт Тура на исходе, и подыскал замену. Но решил, как он выразился, сперва извлечь максимум из Турищева. А максимум продаж будет, если с писателем связан полновесный скандал. Что полновеснее загадочного убийства?

— Хорошенькое у тебя представление об издателях, — удивленно заметила Таня. — Убить автора, чтобы его книги лучше расходились — это не слишком?