Когда мечтаешь - Нара Андреева

— Кто бы говорил! — подразнил её Вадим, — Еще скажи, чтобы я проваливал обратно, а тебе и без меня хорошо.

— Будешь выделываться, скажу!

— Никогда не скажешь, котёнок! — самоуверенная улыбка расцвела на его лице. — Ты же от меня без ума.

— Знаешь, по-моему, ты всё-таки себя переоцениваешь.

— Тебе напомнить, что ты шептала ночью?

— Я хоть шептала, — ничуть не смутилась Ника, — а вот ты…

Вот так, подначивая и огрызаясь, они выбрались из кровати, вместе приняли душ, причем в пылу дискуссии умудрились просто помыться без малейшего намека на сексуальность и продолжили перебрасываться фразочками, даже когда разошлись по комнатам, чтобы одеться. Только на кухне, когда перед Никой оказалась тарелка с аппетитным омлетом, она немного остыла. Вадим тоже замолчал, демонстрируя за столом незамеченные ранее манеры аристократа девятнадцатого века, даже салфетку использовал, разумеется, льняную. А когда она попыталась недовольно пробурчать на эту тему, он со снисходительной улыбкой достал из шкафчика еще одну и бросил ей на колени.

— А кого тебе предлагали сыграть? — прервала затянувшееся молчание Ника, когда от омлета остались одни воспоминания и крошки.

— Имя не помню, — Вадим ловко собрал грязную посуду со стола и разлил чай, — священника, который внезапно осознал, что влюбился в свою секретаршу.

— О Господи! Этана Боннера! — она едва удержала поданную чашку. — Это же один из моих любимых персонажей! И он совсем не грубиян!

— Мне согласиться? — Вадим сел и задумчиво потер лоб. — Миссис Филлипс говорила, что у меня есть время. Кроме того, я слышал, что на роль секретарши утвердили…

Ника прервала его, грохнув чашкой по столу, и нарочито охнула, когда не такой уж горячий чай выплеснулся на кисть. Однако реакция Вадима от души порадовала. Ника мгновенно оказалась у него на коленях и была тут же зацелована — сначала в «обожженную» руку, а потом уж…

— Но если ты предпочитаешь дубинку, то скажи, — шепнул Вадим, расстегивая верхнюю пуговичку её блузки, а добравшись до нижней, дополнил: — Оформлю в лучшем виде.

— Нет уж, уволь! — хихикнула Ника. — Не уверена, что шишка и сотрясение мозга добавят нашим отношениям правильности.

Глава 14

Раньше Ника и не предполагала, что в жизни возможно такое чередование приятного и обыденного. Только что она наслаждалась ласками Вадима, а уже принимает у коренастого мастера работу по замене стекла. Ну а потом… Поскольку новую статью Орлова собиралась прислать только в понедельник, Вадим предложил съездить в деревню, при этом так нахваливал тамошнюю речку и качество молока соседской коровы, что Ника поддалась, несмотря на то что была горожанкой в седьмом поколении и к лубочной красоте деревенской жизни относилась как к сказке… очень страшной сказке.

Звонок с незнакомого номера застал их, когда на попытки Ники выведать, зачем они везут с собой столько еды на пару дней, Вадим отшучивался, мол, в деревне у него всегда просыпается зверский аппетит.

Нет, звонил не псих. Вадим не позволил ей ответить и сделал это сам, а через секунду по его расслабленному голосу и словам Ника поняла, звонит курьер от Виктории Косогоровой. Спустя полчаса к ним подкатил украшенный логотипом микроавтобус. Ника расписалась за доставку, пожелала молодцеватому курьеру легкого пути, и они наконец отбыли в так расхваленную Вадимом Осиновку.

К месту назначения подъехали спустя три часа. Обычный деревенский дом совсем не напоминал современный коттедж её родителей. Аккуратный дворик, скрипучие ступеньки, выкрашенная масляной краской дверь и… Чёрт подери! В глубине двора ясно просматривалась деревянная будочка с характерной покатой крышей и вырезанным в дверце сердечком. «Вот и приехала, дурында, на природу, майся теперь с удобствами во дворе!» Да уж, подсознание совсем распустилось и никакого уважения к собственной хозяйке не испытывало.

Дверь распахнулась, и из дома вышла светловолосая женщина, которая, завидев Вадима, добродушно улыбнулась.

— Приехал всё-таки старушку порадовать?

— Привет, бабуль, — Вадим поставил сумки на крыльцо и взял Нику за руку. — Познакомься, это моя Ника.

Бабушка Вадима с доброжелательным интересом оглядела её и, заговорщически подмигнув, обняла, и звонко чмокнула в щеку. Сопротивляться было бессмысленно: до внука дама ростом не дотягивала, но всего на каких-то сантиметров десять.

— Елена Петровна Косогорова, бабушка этого красавца, — представилась она, приглашая Нику в дом.

Навстречу вышел высокий пожилой мужчина, Вадим пожал ему руку, представил Нику ещё раз, на что тот со смешком пропыхтел в пышные усы:

— Здравствуй, красавица. Я, Вениамин Павлович Светлов, счастливый молодой супруг старушки Ленки.

Ника вежливо поздоровалась, надеясь, что никто не заметит, в каком раздрае она пребывает. Ведь и понятия не имела, что Вадим привезет её к бабушке, рассчитывала провести всё время с ним наедине, а тут… Ей стало совсем не по себе, когда Елена Петровна велела мужчинам разобрать сумки и разжечь мангал, а её проводила в небольшую спальню.

— Вот, Никуша, располагайся, это комната Вадима. Хочешь отдохнуть? Дорога-то сюда долгая. Ох, — всплеснула она руками, — подушку-то сушить унесла. Погоди, сейчас принесу…

— Простите, — Нике не надо было видеть свое отражение в зеркальной двери старого шкафа, чтобы понять, что она красная, как рак: щеки горели, уши тоже, а еще её чуть не трясло от стыда. — Я прошу прощения… Мне надо поговорить с Вадимом, — выпалила она, попятившись к выходу, и пулей вылетела из комнаты. Ника сделала вид, что не заметила удивление Вениамина Павловича, выдавила из себя самую любезную улыбку и, уточнив, где Вадим, с решимостью валькирии вытрясти из него всю душу направилась во двор.

— Ты какого чёрта не сказал мне, что здесь твои бабушка с дедом! — гневно начала она. — Неужели ты забыл эту маленькую, но важную деталь, когда так нахваливал дачу?

Вадим, будто не видя её, сосредоточенно разжигал мангал. Его волосы растрепались, и на секунду показалось, что вернулся тот странноватый наглый парень, который пришел чинить её комп.

— Поправочка — муж бабули. У них как раз медовый месяц.

— Не меняй тему! — раздраженно заметила Ника. — Я должна была знать, что мы здесь будем не одни. В таком случае с радостью отпустила бы тебя, помогла собрать сумки, но сама бы не поехала!

— Поэтому я и не сказал, — Вадим, наконец, шагнул к ней. — Я догадывался, что ты будешь стесняться и нервничать, но не мог оставить тебя в городе. Тебе надо было развеяться.