Измени (мне) меня (СИ) - Мануэлла

Почему 1840? Да потому что только тогда, наверное, так изъяснялись. Но черт знает почему я стал себя так вести.

От нее исходила одуряющая смесь неловкости, невинности и сексуальности, уверенности в своей красоте, воздействию на мужчин. Кто знает, может, даже ее якобы невинные уловки- тут будто бы млеет от аромата моего парфюма, там словно случайно оступилась, позволив мне ее подержать- хитрые и не раз опробованные на мужчинах методы. Рядом с такой чувствуешь себя 100 % самцом, а желание лишь одно- подмять под себя эту охранительно красивую самочку и не слезать с неё до самого утра. Мне никогда не нравились тощие модели или светские львицы, как гордо именовал себя контингент, что со скрипом стал приглашать меня на свои приёмы и мероприятия, стоило мне преуспеть в бизнесе. Увы, но именно они меня осаждали больше всего. Точно конкурс какой проводили- кто первее окольцует. Это я без ложной скромности, особой любви в их глазах не читалось. Только сухой расчет- не только деньги, но и молодой физически привлекательный муж, а не старик с пузом, которого придется терпеть каждую ночь. Нет, такого счастья мне не было нужно. Да и не вставляли они меня — одинаковые, лишь имена разные. А вот такую фигуру — пышную во всех нужных местах, женственную, с ох…ох, какими изгибами, я и мечтать не мог рядом с собой видеть. Она шикарна!

Как дурак я пялился на ее губы, представляя, как офигенно они бы смотрелись на моем члене. Красная помада, волосы вот так же собраны, моя рука на них, направляя, насаживая на член. Твою ж… Заметив, что она слегка растерянно глядит на меня, понял, что завис. Выключился из реальности на время, потерявшись в фантазиях. И, вроде, с сексом проблем нет. Женщины сами вешаются, ещё и отбиваться приходится, подыскивать вежливые формулировки отказа, чтобы ненароком не задеть- я ж не мудак какой-то. А все равно эта заводит так, что п…здец.

— Арсений Михайлович говорил, что вы планируете заняться благотворительностью, — нежным голосом начала моя фея, выручая такого поплывшего чурбана как я.

— Эээ…да, хотел бы. — поставив пустой бокал на стол, откинувшись назад, на спинку скамейки. Быстро оглядевшись по сторонам, понял, что все подушки она забрала к себе, обложившись ими точно бронёй. Чтобы я не подсел. Ладно, хорошо. А мне чем стояк прикрыть в таком случае?

— А в какой именно области? — вежливо поинтересовалась она, видимо, годами обучавшаяся и умению завлекать мужчин, и умению вести светские беседы. В нас вообще всё было диаметрально противоположное — она, вся такая холеная, красивая, уверенная в себе. Выросшая в достатке, в хорошей семье. И я, простой парень с района, что и универ-то не закончил. И как я тогда, в торговом центре не рассмотрел её? Совсем ослеп? Или, может, та запарка, в которой я был с самого утра, сыграла роль? В любом случае, уже неважно. Достаточной и того, как меня штормит сейчас, рядом с нею. Какая же она обалденная…Точно из моих тайных фантазий созданная. Вот только я ей нафиг не сдался, у нее, наверное, после развода ухажёров покруче и побогаче, её круга, вагон и маленькая тележка. А со мной так, из вежливости и нежелания задеть крестного общается.

"Мы прям — красавица и чудовище, млять!" — усмехнулся я, а она лишь изогнула высокую бровь, точно молчаливо спрашивая, что в её вопросе показалось мне смешным. "Соберись, Семёнов!" — скомандовал сам себе.

— В изучении психических расстройств, реабилитации и помощи больным. — ответил я, кажется, сумев её удивить.

— Неожиданный выбор. — призналась она, чуть подавшись вперёд. Было видно, что ей действительно интересно. Это оказалось приятно — не пустые, полные фальши " охи-ахи" моих временных любовниц, когда те узнавали или о моих планах, или о диагнозе Кирилла, а реально искренняя заинтересованность.

— Да. В тот раз, в торговом центре, вы видели моего сына?

— Да, милый мальчик. И очень чуткий. — её сочные губы изогнулись в мечтательной улыбке. Будто она мечтала о ребенке. Стоп, а вдруг у нее есть дети? Нет, меня это ни капли не пугало- и не понимал я муда…мужиков, что называли женщин, которым за героизм нужно медали вручать в Кремле вместо всех этих певцов ртом, " разведенка с прицепом". Да ты, чудила с буквы " М", подумай лучше о том, где папаша? Осуждать ту, что не бросила ребенка, не соскочила также легко с обязанностей, как его папаня, но при этом ни слова плохого не говорить про урода, что забил на родного ребенка?

Вот только если у неё есть дети, то это могло означать, что ради них она может вернуться к мужу. Да и вообще, если он навещает их, то видится и с ней…

Тааак, это уже- совсем нездоровая хрень. Я сам испугался того направления, которое приняли мои мысли. В своей голове я уже едва ли не убил, расчленил и закопал ее бывшего за попытки наладить с ней отношения. А, может, он давно и счастливо женат. Или детей нет.

— Почему именно психиатрия? — аккуратно подтолкнула меня обратно к диалогу Милана. Ска, и имя же такое. Как она сама. Нежное, воздушное.

— Потому что у меня сын с аутизмом — выдал, не успев подготовить более мягкий ответ. И с замиранием сердца ожидал хоть малейшего проблеска отвращения или испуга, сочувствия в её глазах. Но Милана и тут смогла удивить.

— Надо же. — только и сказала она- И в чём это проявляется?

Я не ослышался? Обычно все старались свернуть неудобную тему, не зная, что и сказать в ответ.

— Ну, много разных признаков, так всего и не рассказать сразу…

И, сам того не замечая, я впервые за всю жизнь принялся изливать свои чувства, мысли и даже страхи совершенно постороннему человеку. Много лет я копил это в себе, не делясь даже с близкими, а сейчас же выворачивал наизнанку душу перед первой встречной.

Милана внимательно слушала, не перебивая, лишь иногда переспрашивала или уточняла какие-либо нюансы, точно пометки для себя делала. То ли ее нераскрытый талант психолога, то ли офигенная внешность виной, но я как те бабенки на ток — шоу, разве что не рыдая, рассказал ей почти всю свою жизнь.

12. Разговоры. Милана

Мучимая стыдом за то, что сперва приняла мужчину, сидящего передо мной, за очередного поверхностного красавца, которому, хоть уже и начало приедаться, интересны лишь новые завоевания в виде женских сердец. Нет, он оказался гораздо глубже. Его жизнь не назвать лёгкой,