Волки скалятся в тенях - Рената Вотинова

Нет разницы: торговый, пассажирский или тот, что перевозит древесину. Пункт назначения один, — бросила Алиса через плечо, подходя к двери в башню. — Мекролв. Мэди послушно прижала кулак с зажатым перстнем к груди и убежала.

— Мы вытащим Лайлу, чтобы она отплатила долг, — спокойно произнес Друг.

— Да, — снова солгала Алиса. Потому что, по правде сказать, Алиса вовсе не хотела, чтобы Лайла умерла. И долг здесь бы ни при чем.

Они миновали лестницу быстрее обычного, ибо опасность того, что стражники вот-вот закончат с разгромом бара и нагрянут сюда, лизала пятки. Алиса не открыла двери в коридор, а резко пнула, не думая, откуда в ней проснулось столько сил после нескольких дней в постели.

— Хорошая разминка, да? — Хохотнул Друг, пока Алиса плечом толкала двустворчатые двери из красного дерева. Лайла закрылась изнутри на один замок, дабы немного осложнить путь стражникам, но не так сильно, чтобы все выглядело так словно она испугалась. На какое-то мгновенье Алиса восхитилась то, с каким достоинством эта женщина прожигала жизнь.

— И не скажешь, что она самая прилежная прихожанка храма Хейли, — язвительно комментировал Друг, а Алиса чувствовала, как силы постепенно покидают ее мышцы. Ноги стали совсем ватными и коленки задрожали, будто ее пнули по ним. Алиса ухватилась за длинную вертикальную ручку и дернула ее, прорычав:

— Не будь идиоткой! Открой дверь!

Не прошло и секунды, как изнутри щелкнул замок, и Алиса ввалилась в ее кабинет, чуть ли не расстелившись на полу. Вот бы был позор! Спасительница, а сама на ногах стоять не может. Через маску, что она вновь накинула по пути, проник удушающий сигаретный дым, из-за которого Алиса зашлась лающим кашлем. Какую по счету сигарету уже курила Лайла, Алиса не взялась бы предположить. Явно не первую, и не вторую.

— Чего ты творишь? — Алиса скинула маску Стервятника на пол. Она с мягким стуком приземлилась на бордовый ковер, чтобы навсегда остаться в башне Лисы.

— И пал Стервятник под извечным правосудием, — процитировал одну из запрещенных пьес Друг. Лишь однажды они побывали на представлении кочующего театра, что представлял пьесу о стервятнике, павлине и лисе. Как иронично, губы Алисы изогнулись в усмешке, ведь стервятник натравил лису на павлина, чтобы тому было чем полакомиться.

— Я думала, ты уже на пути в Мекролв, — выпустила клубок серого дыма Лайла, и он растворился незамысловатыми силуэтами. — А я жду повестку на Границу.

— Она не сдалась, — заключил Друг. И Алиса согласилась с его догадкой по тому, как аккуратные женские брови сведены к переносице, как стиснута ее челюсть с зажатой меж зубов сигаретой. Несколько стражников точно испустят свой последний вдох, когда ворвутся в ее не такой уж большой кабинет. Взгляд Алисы лениво пробежался по стеллажам в попытке воскресить в память, за которым из них и есть тот счастливый билет на свободу.

— Глупо, — наконец ответила Алиса Лайле, но она будто не слушала, продолжая говорить о своем:

— Башня была отстроена при правлении Колва Единственного. Одна из двух, что смогли сохраниться, устоять против всех революций и катаклизмов. Стервятник, ты знаешь, зачем они были построены? — Ее шоколадные глаза исследовали Алису, и она хитро наклонила голову в бок. Нижняя губа Лисы слегка подрагивала, выдавая внутреннее волнение. Ей не по душе такое скорбное ожидание.

— Да, — промычала Алиса, плечом ткнувшись в один из стеллажей. Она усилием воли подавила зевок, хотя веки ее предательски тяжелели. Лечь прямо здесь и проснуться на Границе казалось не самой худшей идеей. — Колв хотел просматривать всю столицу, потому что боялся бунтов после свержения Энтони Узурпатора.

— Справедливый был король, не так ли? — Лайла грациозно стряхнула пепел с сигареты в пепельницу. Как всегда, изысканная, аккуратная. Казалось, она уверена, что вновь вернется сюда управлять любимой бандой. Босс затушила сигарету и достала маленькое бронзовое зеркальце с красной помадой. С величайшей невозмутимостью она обновила цвет на губах, а после уставилась на Алису в ожидании ответа.

— Долго будем играть в кошки-мышки? — Терял терпение Друг.

— Не знаю, — отмахнулась Алиса. — По мне так все короли тупоголовые толстосумы. Я сюда не за лекциями по истории пришла, — оттолкнулась от стеллажа с книгами и роскошными статуэтками Истинных Богов с драгоценными блистательными камешками вместо очей. Одним взмахом руки Алиса скинула все бумаги со стола и ловко запрыгнула на него. Одеревенелое тело плохо слушалось, но ей удался этот привычный трюк, и Алиса села по-турецки перед ней. Все тонкие черты Лайлы обладали особым магнетизмом. Перед ней каждый чувствует себя, как мышь, загнанная в угол с мышеловкой без особого выбора.

Алиса воскресила в памяти ее окровавленный образ в ее ногах и это скверное чувство рассеялось по щелчку пальцев.

— Зачем тогда? — Лайла сглотнула, вцепившись пальцами в стол.

— За долгом, — и тут она уронила локти на стол перед Алисой, зыркнув на дверь за еей спиной.

— Ах да, — вздохнула она и потянулась к выдвижному ящику. — Ты за своими грошами. Я заплачу вперед, ибо уже не имеет значения обведешь ты Джонатана вокруг пальца или нет. Все кончено.

— О нет, — оскалилась Алиса, и Друг одобрительно фыркнул. — Для Джонатана у меня отдельная сделка. А для тебя настало время выплатить долг жизни, Лай- ла, — по слогам растянула ее имя, катая его на кончике языка, словно сладкий леденец. Алиса нависла над ней и прошептала на самое ухо. — Ты расплатишься со мной тем, что не сдашься, босс. Выживешь. Вернешься и возродишь Притон Гончих из пепла, как некогда Хейли Златая вернула к жизни клан Воронов, — Алиса не верила в эту чушь про легендарные кланы, но Лайла верила отчаянно, всем сердцем. Она управляла самым крупным бандитским синдикатом на юге, но каждое второе воскресенье возносила молитвы святым в храме.

— Умница, — мурчал похвалу Друг, когда рассерженная Лайла вскочила и схватила Алису за воротник шелковой черной рубахи. Ее ноздри гневно раздувались, а Алисе в нос ударил сладкий аромат ирисок с терпкими лилиями. До тошноты приторный, что у Алисы защемило под ложечкой. Похоже, все в этой чертовой стране провоняло этими якобы красивыми сорняками. Алиса билась об заклад, что не затуши она сигарету, то тут же бы прижгла ее Алисе об щеку за такую наглость.

— Ты не смеешь, Стервятник! — Рыкнула она, и все намеки на усмешку стерлись с ее уст. — Не такую цену я предполагала, когда ты оставила меня в живых. Я не буду ее платить. Все равно сегодня-завтра издохну на Границе.

— Тебя до нее даже не довезут, — Алиса воспользовалась моментом, когда Лайла