Сирахама - Артур Прядильщик

— Ой!

На столе стояли бутылки, но темное стекло не позволяло понять, какую из них оприходовала девушка. И, судя по ее состоянию — как минимум одна бутылка была уничтожена полностью.

«Вот же дилемма! И что теперь? Имею ли я право попытаться воспользоваться ее состоянием? И кто я после этого? Но ведь это не будет изнасилованием? Если она не будет против в таком состоянии, то, получается, вся ее неприязнь ко мне до этого — напускное поведение, которое сейчас смыто алкоголем! А не успокаиваю ли я свою совесть такими мыслями? Впрочем, какая совесть у будущего главы клана, вы о чем?!»

— Иди сюда! — Миу весело помахала рукой, находясь в непрестанном движении. — Иди-иди!

Такое впечатление, что девушка едва сдерживала себя, чтобы не пуститься в пляс под слышимую только ею музыку.

Рююто сглотнул комок в горле. Голос у Миу был такой, что у него зашевелилось все, что только может шевелиться и все, что не может… Он сделал к ней шаг. Другой.

— Ну, же! Смелее! — Рассмеялась девушка. — Ближе! Я не кусаюсь!

Он приблизился к ней вплотную, утопая в глазах, в которых плескалась страсть, и потянул за пояс ее халата… Халат распахнулся. Под ним, как и под всяким уважающим себя банным халатом ничего, кроме девушки, не было. Ничего кроме гибкого манящего женского тела…

— Смелее же! — Горячо шептала Миу.

«В конце концов, это на благо клана!» — Он решительно положил руку на теплую талию и притянул девушку к себе.

Асамия Орочи читал книгу в своем кабинете. В кабинете было тихо — только напольные часы отсчитывали время, да периодически шуршали перелистываемые страницы.

В кабинете было также и спокойно — ход был сделан и оставалось ждать хода противника. Точнее, ход еще не был сделан, но это обязательно произойдет — Орочи бросил взгляд на циферблат — или уже произошло, или произойдет через пару минут. За стенами кабинета по всей территории поместья люди бегали, суетились, готовились к завтрашним торжествам… но главные события произойдут не завтра, а сегодня ночью. Сейчас. А завтра — только формальность, закрепляющая фактическое положение дел. Но ведь противник об этом не знает…

Асамия вдруг застыл. Улыбнулся. Усмехнулся. И пролистал книгу на начало:

— «…Двери заперты. — Стал читать он. — На окнах решетки. Собаки как спали, так и спят. Скрипучие половицы не заскрипели. Как не сработали и другие специальные приспособления, которые даже не стоит перечислять. Это значительно сужает круг возможных кандидатур. Призрак или какой-нибудь дух? Вряд ли. А боги любят появляться эффектно. Разумеется, ты можешь оказаться Смертью, но он также не отличается изысканностью манер, кроме того я чувствую себя превосходно…»

— Добрый вечер, Асамия-сан. — Прошелестел тихий голос из-за спины и добавил. — «Вот они — смертные, все, что у них есть — это совсем немного лет в этом мире, и они проводят драгоценные годы жизни за усложнением всего, к чему прикасаются». Асамия-сан, положите, пожалуйста, книгу на стол и вытяните руки по столешнице. Пальцы растопырьте.

— К чему эта цитата? — Удивился Асамия, выполняя требование.

— Ни к чему. Просто решил поддержать ваш литературный порыв. К тому же у меня под рукой сейчас нет нужной книги, которую было бы уместно сейчас процитировать… — Голос помолчал и добавил. — А у вас хорошее настроение, Асамия Орочи-сан.

— Ну, да! — Удивился Асамия. — Завтра у моего сына свадьба! Совсем взрослый стал. Кстати, спинка кресла бронированная.

— Свадьбы у вашего сына не будет. А пули в пистолете — усиленные бронебойные. И — никакого глушителя.

— Свадьбы не будет? С чего вы взяли?

Шелестящий голос вежливо пояснил:

— Свадьба будет. Но не у вашего сына. Либо Сирахама Кенчи его победит. Либо его убьет Миу Фуриндзи…

Орочи рассмеялся:

— Ты не сможешь прилюдно драться с Рююто, Кенчи-кун, поскольку находишься в розыске — полиция слетится, как мухи на мед. А девочка просто хорохорится! Ей духу на это не хватит!

— … либо Сирахама Кенчи его УБЬЕТ. — Закончил голос и Асамия поперхнулся смехом. — Вы же не будете утверждать, что у прирожденного убийцы не хватит на это духу?

— Это не по правилам! — Возмутился Асамия. — И противоречит договоренностям с Фуриндзи-доно…

— Вы слишком полагаетесь на Фуриндзи-доно, Асамия-сан. Как и члены вашего Семейного Совета… о чем вы, наверняка, уже осведомлены… Ситуация уже изменилась — обещания Фуриндзи-доно давно уже нарушены. Точнее, их ошибочная интерпретация. Кстати, все хотел узнать — Хаято Фуриндзи, действительно, сделал такую глупость и пообещал чистоту и невинность Фуриндзи Миу до свадьбы?

— Ты намекаешь, что…? — Почти не удивился Асамия. — Ну, так это меняет дело! И тогда можно не… А хотя… — Приуныл Асамия.

— Вот именно. Ни у кого почему-то не хватает того самого духу сказать в лицо Хаято Фуриндзи, что он не выполнил свои обещания. За спиной, впрочем, тоже. Человек правильно себя поставил. Уважаю… И почему-то все так зациклились на этой девственности и носятся с нею, как с какой-то величайшей драгоценностью…

— Он не обещал чистоту и невинность Миу. — Признался Асамия. — А всякие иносказания про невинный бутончик и нераспустившийся цветок — к делу не пришьешь… Проклятые чайные церемонии — ни одного слова прямо, без трех смыслов и шести подтекстов!

— Хо-о-о… — Оценил голос. — Сочувствую.

Часы отсчитали ровно двадцать одну секунду тишины.

— Зачем пожаловал, Сирахама-кун? — Полюбопытствовал Асамия. — Прирожденный убийца скорее чиркнул бы меня по горлу или разнес бы башку из пистолета с глушителем и пошел бы себе дальше! А не стал бы поддерживать мои литературные порывы… с шумным пистолетом без глушителя, заряженным бронебойными патронами. А, Сирахама-кун?

Голос хмыкнул:

— «Убийство для нормального короля — самая естественная причина смерти»? Не поверите, Асамия-сан, мимо проходил. Вообще, в гости шел… к одному челвоеку. Решил заглянуть по дороге — поздороваться. Вначале хотел поторговаться с вами — дескать, вы моему сыну — Фуриндзи, а я вам… А потом… как же там было-то? «Люди, которых можно купить, ничего не стоят». Да? К тому же сын обидится, если узнает — привык решать свои проблемы самостоятельно…

— «Моему сыну…» Вот оно как… Сирахама Мототсуги-сан… А я думал, что это будет Кенчи… — Асамия поцокал языком. — Вы в курсе некоторых наших обычаев, Сирахама Мототсуги-сан?

— Например?

— Первая брачная ночь между мужчиной и женщиной Асамия происходит ДО обряда бракосочетания.

— Ожидаемо. — Хмыкнул голос. — Вполне в русле нашей мужской трусости, апофеозом которой являются обычаи Асамия… не обижайтесь, пожалуйста, Асамия-сан! Переспать с женщиной безо всяких формальных обязательств… И сделать этот ритуал официальным. Дайте угадаю — половина браков таким образом не состоялась — на утро жених объявлял, что его невеста была порочной.

— Три четверти. — Асамия все-таки решился. — Но к браку с внучкой Сверхчеловека такое решение вопроса применено быть не может. Я это вот к чему…

— Можете не продолжать. — Остановил голос. — Напитки… Это же так логично — решить вопрос с непокорными женщинами с помощью алкоголя или наркотиков, подмешанных в напитки. — Асамия похолодел, а голос с неподдельным любопытством продолжил. — У меня только один вопрос — вы хоть раз за всю вашу историю пытались таким вот образом опоить женщину-бойца, уже прошедшего несколько активаций?

Асамия даже не дернулся — он не сомневался, что человек за спинкой стула в случае опасности выстрелит не колеблясь. ЭТОТ — выстрелит. Кроме того — взгляд на часы — то, что должно было произойти, уже произошло. Дергаться поздно. Что б там ни произошло…

— Вот оно что… — Понял Асамия. — Вы спокойно ждете, когда Фуриндзи убьет Рююто…

— … и тогда ни у кого не будет иногда выхода, как Миу отдать Кенчи и раскрыть пошире двери, чтобы дать им обоим сбежать… и не доставать их впоследствии некоторыми «нашими обычаями». А семье Асамия после такого «фейла» будет не до мести.

— На нас пришел заказ? Как тогда… на Танимото?

— Нет, хотя, судя по тайникам, заполненным оружием и взрывчаткой, сынок рассматривает все варианты… Это моя собственная инициатива. Использование служебного положения в личных целях, если угодно.

Мототсуги выдержал минутную издевательскую паузу и добавил:

— Впрочем, окончательное решение вопроса семьи Асамия я решил предоставить сыну… Он иногда удивляет даже меня!

— Что ж… — Асамия расслабился и откинулся на спинку кресла, прикрыв глаза. — Тогда будем ждать, какое решение примет ваш сын.

— Я бы еще погулял, кстати. — С намеком сообщил голос и чуть смущенно пояснил. — Свидания со мной ждет одна великолепная женщина… А может, и не ждет… Вот, чтобы это выяснить… Ну… Вы не будете возражать…? Ну… Что б я вас на мушке не держал все это время? М?