Фантастика 2025-46 - Маркус Кас

Не более вашего знаю. Да и министр-то я… игрушечный, что ли… Придем в Нижний, узнаем больше. Нашу баржу твой самовар потянет, Денис Васильевич?

– Пароход!

– Я и говорю, самовар.

Если Давыдов и обиделся на пренебрежительное отношение к своему кораблю, то виду не показал. Ну что могут понимать сухопутные? Сам император Павел Петрович, напутствуя лейтенанта, говорил о грандиозных перспективах, открывающихся при использовании силы пара. Когда-нибудь дымящие и пыхтящие, шлепающие по воде плицами суденышки с двадцатью человеками экипажа превратятся в бронированных мастодонтов, перевозящих по нескольку дивизий и способных одним залпом сметать с лица земли целые города.

– Наш «Гусар» три таких баржи потянет. – Подумал и поправился: – Против течения – только две.

– Слабовато, – отметил Беляков.

– Да у нас совсем другие задачи! Вот посмотрите на «Гусара» в баталии!

– Нет уж, спасибо за предложение, – отказался Александр Федорович.

Но Ермолов заинтересовался:

– А можете ли принять на борт десант, Денис Васильевич?

– Это смотря какой численности и на какую дальность похода. Места маловато. Считайте сами – восемь кочегаров, десять канониров при трех орудиях, два механикуса, именуемые инженерами, лоцман, в море заменяемый штурманом, да два палубных матроса.

– А что они на берег-то не сходят?

Лейтенант смутился:

– Я их в трюме запер.

– Зачем?

– Да как вам сказать… по нам уже в третий раз стреляют, как бы до мордобоя, простите, не дошло.

– Серьезные люди.

– Добровольцы не менее пятого года службы. Да утром сами посмотрите, авось за ночь добрее станут.

* * *

Увы, за ночь никто так и не подобрел. Экипаж «Гусара» встретил бурлаков, тянущих буксирный канат, неприветливо. Напрасно те пытались объяснить свою полную безоружность и кивали на охраняющих баржу егерей – нет у военного моряка веры штатскому человеку. Да и не человек это вовсе, ежели не служит. Так, половинка…

Лейтенант предложил Белякову с Ермоловым продолжить дальнейший путь на пароходе:

– И вам удобнее, и мне спокойней.

– В этакой тесноте?

– Ветер встречный будет, – пояснил Давыдов.

– И что?

– Дым из трубы прямо на баржу пойдет.

Он оказался прав. Мало того, злопамятные кочегары наверняка подбросили в топку… хм, лучше не знать, чего они там подбросили.

Пароход бежал на удивление резво, и менее чем через час Александр Федорович смог увидеть собственный дом. Вон, стоит, блестит окошками второго этажа и весело подмигивает – загулял, мол, хозяин? Сжало сердце, и в груди неизвестно почему отдалось болью, памятью о прошлогоднем покушении. А ведь так и не нашли стрелявшего. Следы злоумышленников, поначалу уводившие к Керженцу, поворачивали и, в конце концов, пропадали вблизи Нижнего. Не в буквальном смысле следы, но нашлись люди, видевшие и слышавшие кое-что, да вот толку…

А канонерке на переживания и воспоминания плевать – идет себе да пугает гудками противно орущих чаек. Беляков проследил без всякой цели за удирающими к заволжскому берегу птицами и зацепился взглядом за грандиозную стройку:

– Здесь что такое?

Давыдов пожал плечами:

– Вроде как братья Нобели стекольный завод ставят.

– Немцы, что ли?

– Шведы.

– Они откуда?

– Не знаю, скорее всего, оплатили кандидатскую пошлину.

– Это как?

Оказалось очень просто – теперь любой иностранец мог претендовать на российское подданство только после определенного срока пребывания в кандидатах. Затем следовало принятие православия и экзамен по русскому языку, разумеется, платные. Кандидатский стаж напрямую зависел от полезности будущей деятельности – для промышленников не более года, купцам же от пяти до десяти лет.

– Но зачем им? Неужели в родной стране так плохо?

– Не в этом дело, Александр Федорович, – вместо Давыдова ответил капитан Ермолов.

– В чем же?

– В том, чего мы везем на барже.

– Но откуда они могли знать?

– Именно про это? Никто и не знал. Нюхом чуют… собаки.

Беляков промолчал. А о чем говорить-то? Государь строг, но справедлив, вот он и определит, кому откусить от золотого пирога, а кто простым хреном перебьется.

* * *

Вот и Нижний показался – блестят маковки церквей, зеленый шатер Михаила Архангела в небо стремится, сбегают с откоса к воде ступенчатые стены. В одном месте, правда, вместо стены огромная дыра, которую каждый назначаемый губернатор клятвенно обещает заделать. Но то ли все недосуг, то ли денег не хватает, а то вовсе боятся новых оползней, только давно уже нижегородский кремль смотрит на Волгу щербатой ухмылкой завзятого буяна и выпивохи.

В аккурат напротив пролома и причалили. Набежавшую подивиться на пароход толпу тут же оттеснили высыпавшие на пристань егеря капитана Ермолова, а немного погодя появилась подмога – неизвестного рода войск солдаты в синих мундирах с малиновыми прямоугольниками на воротниках.

– А это кто такие, Денис Васильевич? – поинтересовался Беляков.

– Эти? – Давыдов оторвался от заполнения вахтенного журнала и бросил взгляд на берег. – Из Министерства государственной безопасности.

– Давно ли появилось?

– Еще в ноябре указ вышел. Его сиятельство граф Бенкендорф и возглавил. А вы разве не знали?

– Да откуда?

– Ах да, простите, совсем позабыл. Вас встречают, кстати.

Действительно, сквозь раздавшуюся в стороны толпу к «Гусару» быстро шел офицер. Или не офицер? С этими новыми мундирами сам черт ногу сломит! Вот он (не черт, разумеется) вступил на сходни.

– Прапорщик, вы ли это? Какими судьбами, Сергей Викторович?

– Старший лейтенант! – Акимов рассмеялся и крепко пожал протянутую руку. – Вот и опять увиделись, Александр Федорович.

Обернулся к Ермолову, щелкнул каблуками:

– Здравия желаю, господин подполковник.

– Капитан, – поправил Алексей Петрович.

– Как? – Грозный взгляд на Давыдова. – Разве Денис Васильевич не сообщил о прошедшей переаттестации?

– Да я же… – попытался оправдаться лейтенант.

– Понятно. Впрочем, и сам могу рассказать за обедом. Не возражаете, господа?

– А это? – Ермолов сделал неопределенный жест, изображающий беспокойство за груз на барже.

– Куда оно денется? – пожал плечами Акимов. – Это же не новый чин, который при отсутствии должного обмытия может обидеться и перестать расти. Или вообще усохнет. Так что не переживайте, сейчас прибудет губернатор с докладом, вот ему и сдадите под расписку. А мои люди перевезут и обеспечат безопасность.

– Чью?

– И вашу в том числе.

* * *

Спустя три часа

Коляску ощутимо потряхивало на выбоинах, и Александр Федорович недовольно морщился – после удобств и спокойствия водного путешествия ехать по разбитой дороге не самое приятное занятие. И это почти в центре города, черт бы его