Камень Желания Антайо - Наталия Герастёнок

Ведь теперь райктен обратится против той, которую некогда защищал, как свою хозяйку. Красноволосая в этом попросту не сомневалась.

Падшая, застыв посреди коридора, вдруг расхохоталась, чем привела в чувство сбитых с толку Защитников. Ведь ей, как и демону, пожирающему ее тело, было хорошо известно о воронке Безумия, воровато выглядывающей через распростертый проем. Как и прежде, она не переставала оказывать влияния на Антайо и Райдека. Но, над обращавшейся в нечто иное Синди она не имела власти.

Однако, в отличие от Защитников, одержимая понимала, что уже совсем скоро ей ничем не будет грозить эта чудная лениво вращающаяся штуковина. Что совершенно не могло не радовать.

Поднимаясь все выше, живая жижа вынырнула из-под грязной голубой майки и, растекшись по ключицам, бодро расползлась по рукам.

Но тут что-то навалилось на рыжую со спины и едва не сбило с ног. Мускулистые руки схватили ее за еще не окутанные чернотой предплечья и дернули. Разъяренно зарычав, одержимая резко мотнулась, и сбила с себя цепкие пальцы. Ее глаза лютой ненавистью полоснули ошарашенного Райдека. Отпрянув, он на мгновение оторопел от такой далеко не женской силы, оказавшей ему отпор.

— Что ты себе позволяешь, Защитник? — не своим голосом захрипела Синди, и чернь, забравшаяся на ее лицо, резко взметнулась до лба.

И полностью изменила облик одержимой воительницы. Большие кошачьи глаза с презрением уставились на Райдека, а жутковатая ухмылка вновь поселилась на только секунду назад гневной мордашке.

Не теряя времени, рыжая силой пнула его ногой в живот, и парень бодро отлетел к стене, получив недюжую подачку. Ударившись спиной о каменный рисунок, он болезненно всхлипнул, и мешком развалился на полу.

Наблюдавшая за ним свысока Синди разразилась презрительным хихиканьем. Но тут, резко поменявшись в лице, она развернулась к красноволосой.

— Не смей мешать мне, Антайо, — прохрипела одержимая, и расхохоталась.

По спине лидера пробежала волна холода. Воительница невольно отступила, не веря своим глазам. Перед ней стояла Смоляная Синди, окончательно обратившаяся в демона. Черный овал, сверху покрытый копной взъерошенных волос, выделял в себе только крупные белые миндалины глаз, и широкую, нечеловеческую ухмылку.

Вытянутые зрачки, окруженные синей радужкой, окончательно утратили в себе что-либо некогда принадлежавшее «бестии» Синди.

Ее грязная голубая майка ярким пятном выделялась посреди чернильного силуэта. Однако, обувь и джинсовые потрепанные шорты придавали падшей Защитнице некую несуразность.

Окончательно став Тенью самой себя, одержимая зашлась язвительным хохотом. Ее глаза, вновь уставившись на Антайо, яростно вспыхнули.

— А теперь давай поиграем, — процедил широкий демонический рот.

Чернота, облепившая пальцы падшей Защитницы, неуверенно коснулась белоснежного стержня гаара. Пятно на несколько секунд зависло, как вдруг с жадностью растеклось по сторонам, стремительно приближаясь к большим плоским лезвиям.

И, поймав последний раз тусклый лучик света, копье обратилось в матовой черный гаар.

Одержимая, ухмыльнувшись, вновь продемонстрировала острые зубищи, белыми треугольниками выпирающие на красноватом разрезе на нижней части овала. Виртуозно покрутив в руках новоиспеченное оружие, которое уже не обжигало пальцы, Смоляная Синди вертикально подняла его над полом, и резко опустила, вонзая смертоносное лезвие в ни в чем не повинный камень. Тот дрогнул, когда нож на четверть встрял в нем.

— Что ж… Весьма недурно… — промурлыкала рыжевласка, выдергивая копье.

А затем поднесла его ко рту, и длинным языком лизнула матовое лезвие.

— Намного лучше, чем то, что у меня было, — добавила она.

Изменившийся голос как-то дико растягивал слова, намереваясь, похоже, как можно быстрее вывести Антайо из себя. И, наконец, устремив ехидный взгляд на по-прежнему непоколебимо стоящую воительницу, Смоляная Синди вдруг захрипела от ярости.

За спиной послышалась возня, и падшая резко крутанулась к зашевелившемуся у стены Защитнику. Что-то промычав, тот заерзал, как тут раскрыл глаза.

Первое, что он увидел, был возвышающийся чернильный силуэт, буравивший его страшными миндалевидными глазищами.

— Синди… Прошу тебя… — прохрипел Райдек, пытаясь подняться.

Но та не ответила, продолжая ехидно улыбаться.

Отвернувшись, она медленно, едва ли не модельной поступью двинулась к Антайо. Вновь покрутив гаар, демоница резко обхватила его посередине. Черное острие едва не касалось пола, в то время как его брат-близнец на другом конце стрежня чуть ли не упирался в потолок.

Лидер лишь сощурилась, когда Смоляная Синди остановилась в метре от нее. Задрав голову, одержимая устремила на нее высокомерный взгляд. Она незаметно приподняла руку, и острие, едва не целующееся с полом, осторожно возвысилось.

А та, похоже, и не собиралась атаковать падшую помощницу.

— Берегись! — послышалось сзади, и не успела одержимая чего-либо предпринять, как Антайо словно по команде отскочила к стене.

Сильные пальцы схватились за прохладные, чернильные плечи, и рванули на себя. Падшая Синди взвизгнула, и неистово впилась проступающими коготками в сверкающий металл. Черная пятерня обхватила стальное запястье, и резко дернула на себя. Оторопевший Защитник, не успев среагировать, почувствовал грубый толчок. Звонкий треск в протезе, раздавшийся следом, заставил Защитника вздрогнуть. И, так и не поняв, что к чему, что-то пронесло его вверх и вперед, и силой обрушило на пол. Ударившись спиной о рельефную твердь, парень застонал от пронзившей его вспышки боли. Перед глазами поплыло, зато он как назло отчетливо расслышал презрительный смех.

Силуэт, горой возросший над ним, так и не пошелохнулся. Две белые миндалины с вытянутыми зрачками, безмолвно покосились на него. Как тут правая рука одержимой сдвинулась, и Защитник узрел раздваивающийся клинок черного копья, переметнувшегося в его сторону. Матовое острие едва не касалось скачущего кадыка парня.

— Остановись! — прогремела Антайо, и тогда в воздухе промелькнуло нечто яркое.

Силуэт откинулся в сторону. Заметив, что ему больше ничего не угрожает, парень встряхнул правой рукой, призывая ножи.

Но те так и не высунулись.

Затаив дыхание, Райдек стремглав поднялся на ноги, стараясь не заострять внимание на ноющей боли, все еще раздирающей позвоночник.

Ведь переломы совсем скоро срастутся.

Чего нельзя сказать о металлической руке — изрядно потрепанная, она грозила в любой момент подвести. Помятый и поврежденный корпус, трещавшие, и заскакивающие друг за друга механизмы, вибрацию которых он чувствовал теперь уже каждый раз, издавали нездоровое жужжание.