Перед бегущей - Иван Мак

- Сколько прошло времени?

- Пятнадцать минут, Джинн. Он ушел, но сказал, что вернется. Я сообщил командиру.

Он потребовал от нас постараться дать понять этому Айвену, что мы не враги. Надо сделать так, чтобы он перешел на нашу сторону, Джинн.

- Тогда будем ждать. Если он появится, скажи, что мы готовы с ним говорить.

Джинн перешел в центр управления и через несколько секунд вернулся к своим делам.

Он так и не понял, что произошло, когда внезапно оказался в тюремной камере, где постепенно появлялись и другие его знакомые. Последним там оказался командующий, а через месяц его заместитель.

Никто ничего не понимал. Не было тюремщиков. Пища появлялась каждый день на столах, которые нельзя было даже сдвинуть. Весь мир превратился в одну тюремную камеру. Из нее не было выхода. И стены не поддавались никаким попыткам разрушения. Они пробыли в камере десять лет, может, больше, может, меньше. Они потеряли счет дням. Они могли говорить друг с другом, могли есть пить, спать. Но больше ничего. У них не было ничего, чем они могли заняться, кроме разговоров, иногда драк, обвинений друг друга.

Кончилось все так же внезапно, как началось. Стены камеры в какой-то момент исчезли, и они оказались рядом со средневековым городом, который оказался покинутым.

И не было вокруг никого, кто бы смог им что-то объяснить. Тысячи километров отделяли их от тех мест, где жили люди. Тысячи километров пустыни вокруг небольшого оазиса, в котором были только они. И любая попытка пройти через пустыню приводило к возврату в город через несколько недель, когда они умирали от жажды.

Они были бессмертны.

Айвен, Авурр и Джек совершили совместный прыжок в космос, в межзвездное пространство, где была замечена линия, прочерченная биополем. В следующее же мгновение перед ними возникли новые линии, которые прочерчивались между одиннадцатью звездами, расположенных в сотне световых лет от тоого места, где они оказались. Звезды располагались компактной группой, и между самыми дальними было около двадцати световых лет. Другие ближайшие звезды находились примерно в пятидесяти световых годах, и к ним не направлялись никакие линии.

Линии прочерчивались между этими звездами, и они они были такими, что в объектах производящих эти линии, проходило довольно долгое время.

Чтобы пролететь между самыми дальними звездами, требовалось около двух месяцев пути. А сколько проходило в действительности, было понять сложно.

Прыжок к тому миру был отложен, потому что рядом, всего в нескольких световых неделях, было слабое полевое пятно. Именно к нему и направились хийоаки.

В космосе висел корабль. Его скорость относительно звезд была невелика. Джек определил, что корабль находится в этом месте почти год. Потому что именно около года назад находился конец той линии, которую он увидел.

Корабль испускал радиосигнал, основная сила которого уходила в сторону системы из одиннадцати звезд. Но частично сигнал расходился во все стороны. Его ритм и структура говорила о том, что это может быть лишь сигнал бедствия. Другой причины посылать столь странный сигнал не было. Айвен вышел из энергетической фазы и направился к кораблю со скоростью около сотни километров в секунду.

Он двигался прямо на корабль. Через несколько мгновений он уловил сигнал радара, а еще через несколько минут с корабля ударил луч нейтронного излучения. Айвен свернул с его пути, после чего вновь направился к кораблю. Больше в него не стреляли, хотя курс опять был направлян прямо к кораблю.

После этого Айвен передал Джеку и Авурр предложение продолжить исследования без него, а вместе с этим назначил и точку встречи. Это была точка в пространстве-времени. Джек передал еще несколько точек на всякий случай и последнюю точку в Триаде. После этого они исчезли, переместившись в систему с линиями.

Айвен подлетел к кораблю и затормозил так, чтобы находившиеся в нем существа не подумали стрелять.

Тендер находился на посту, когда возникла метеоритная тревога.

«Метеорит? В пустом пространстве?» — мелькнула у него мысль, но на мониторе показались координаты и примерный размер объекта, приближавшегося к кораблю и летевшего прямо в его центр. Размер был слишком мал, чтобы его принять за корабль. Мозг сразу отдал команду об уничтожении. Но через мгновение появилось новое сообщение.

Объект свернул с пути нейтронного луча, а затем вновь направился к кораблю. Мгновенная мысль отключила команду на уничтожение, а следующая включила тревогу по всему кораблю.

Объект был явно искусственного происхождения. Но он был слишком мал для корабля. На мониторе возникли данные объекта.

Скорость восемдесят, ускорение ноль, направление прямо на корабль.

«Что это? Ракета? Но что она делает здесь?» — появлялись мысли. Корабельный компьютер не смог классифицировать объект. Он был слишком далеко, чтобы его увидеть, да и слишком темно.

Рядом появился комадир экспедиции. Он молча просмотрел последние данные на мониторе и надел шлем, связывавший его с управлением корабля. Теперь Тендер мог слышать его голос в своей голове без слов. Несколько лет тренировок научили общению таким образом, в три раза быстрее, чем словами.

«Что ты о нем думаешь?» — возник вопрос командира.

«Искусственный объект. Возможно, самонаводящаяся ракета, но отсутствие ускорения говорит, что она не боевая. Надо подпустить поближе и попытаться ее рассмотреть.»

«Сдвинуть корабль с курса объекта.» — приказал командир, направляя мысль в корабельный компьютер. Раздалось предупреждение об ускорении и через несколько секунд появился толчок. Цифры, характеризующие объект, побежали и остановились, когда корабль отошел с места встречи на две десятых вдиницы.

Объект не изменил свой курс и продолжал следовать, как раньше.

«Похоже он понял нас.» — передал Тендер.

«Или эта ракета слишком умная, чтобы второй раз менять курс.»

«Но зачем она шла прямо на нас?»

«Возможно, она нас обнаружила и, чтобы привлечь наше внимание, полетела прямо в нашу сторону.»

«Тогда скорее всего она не боевая, командир.»

«Будем надеяться. Приготовить противоракетную систему.» — передал командир корабельному компьютеру.

Через несколько мгновений появилась надпись о готовности ракет к пуску.

«Вирант на месте.» — ворвалась в головы командира и его помощника мысль другого члена экипажа. Через некоторое время появились новые сообщения от других ликанцев.

Командир удовлетворенно заметил, что команда была готова на пять сотых быстрее нормы. Это был не предел, но после почти целого года безделья на корабле это было неплохо.

Восемнадцать ликанцев оказались запертыми в космическом корабле из-за поломки двигателя. Ракеты не могли донести коорабль обратно, и топливо экономили для экстренных случаев. Ремонт оказался невозможен. Перегрузка, возникшая в реакторе, привела к выходу из строя всех элементов генератора Нейсона. И теперь корабль не мог двинуться с места.