Играя в жизни. Полное издание - Мери Ли

толкнул меня в узкий проем между домом и гаражом, сам сиганул следом. Там было так мало места, что мы оказались прижаты лицом друг к другу, я хотела что–то спросить, но Гаррет приложил палец к моим губам и отрицательно качнул головой. Я кивнула. Мы смотрели друг другу в глаза, адреналин бушевал в крови. Я думала о том, что Гаррет что–то услышал, то, что не входило в наши планы. А потом, и я их услышала. Разговор шел между тремя мужчинами. Они беседовали про женщин, про работу блюстителей и про то, как они уже устали нести свою службу, но ни за что бы не поменялись местами с работягами на заводе. Из их разговора стало понятно, что они заступили на ночное дежурство у дома мэра.

Пока они вели диалог, мы стояли не шевелясь. Темнота сгущалась все больше и больше, но я не отводила взгляда от глаз Гаррета. На какое–то мгновение я перестала слушать слова блюстителей, и они стали для меня шумом, который не имел значения. Взгляд Гаррета медленно опустился на мои губы, и я тут же вспомнила поцелуй, который произошел из–за моей болтливости. Я сглотнула, взгляд Гаррета вернулся к моим глазам. Он смотрел так, что стало жарко. Неожиданно я начала чувствовать его прижатое ко мне тело. Я ощущала жар. Гаррет поднял руку и убрал пряди выскочивших из хвоста волос за ухо, провел пальцами по щеке. Это была непрошенная ласка, но я не оттолкнула его руку и прекрасно понимала, что Гаррет слышал отбойный молоток моего сердцебиения. Он гипнотизировал меня взглядом зеленых глаз. Я привстала на цыпочки, проскользив по его телу вверх и прошептала на ухо:

– Прекрати.

Гаррет немного сместил голову и прошептал мне в ответ, я почувствовала жар его дыхания на шее:

– Не хочу.

Я повернулась, между нашими губами практически не было свободного пространства, но я не сократила то, что еще оставалось. Мы дышали одним воздухом и частота дыхания стала увеличиваться, в горле пересохло. Мы не касались друг друга руками, но воображение уже во всю дорисовывало остальное. Расстояние между нашими лицами еще сократилось, нос Гаррета задел мой. В одно мгновение я вспомнила про Чейза и на душе тут же стало погано. Я опустила голову, упершись Гаррету в грудь. Даже если бы я сейчас поцеловала Гаррета, то с моей стороны это не было бы предательством по отношению к Чейзу, но я не смогла.

Так мы простояли еще пару мгновений, а потом один из блюстителей сказал на октаву громче:

– Парни, какого хрена оранжерея открыта?

Гаррет глубоко вздохнул, я подняла голову и он прошептал мне одними губами:

– Стой здесь.

Он вышел из нашего укрытия, в это мгновение мне стало холодно и жутко.

– Парни, привет, – сказал Гаррет, и я закатила глаза. Он не может просто сделать все молча.

– А ты… – начал один, но так и не договорил.

Я прислушивалась, как могла, периодически были слышны какие–то шорохи, но ничего однозначного, ни единого звука, который я бы могла разобрать и понять, что происходило во дворе дома мэра. Гаррет появился передо мной так неожиданно, что я дернулась и врезалась локтем в стену.

– Пошли, – сказал он.

Мы вышли, и я увидела связанного блюстителя, он был без сознания.

– Он жив? – спросила я.

– А ты думаешь я связывал бы мертвеца?

Мы подошли к входной двери, Гаррет прислушивался, а потом спросил:

– У тебя нет аллергии на собак?

– Не знаю.

– Я их отвлеку на себя, – сказал Гаррет. – А ты должна взять мэра на мушку и держать, пока я не приду. Он нужен нам живым. Если будет буянить разрешаю сделать ему больно.

– Хорошо, – ответила я и достала пистолет из–за пояса брюк.

Гаррет открыл дверь и ворвался в дом, по–другому это нельзя было назвать. Он громко и четко закричал:

– Мэр! Мэр, срочно нужно ваше присутствие!

А потом Гаррет вылетел из дома на запредельной скорости, за ним следом неслись три высокие лоснящиеся псины, рыча и раскидывая слюни по сторонам. Я забежала в темное помещение и услышала быстрый топот ног на втором этаже. Побежала к лестнице и стала подниматься, целясь вверх, в проем. Нужно было добраться до мэра быстрее, чем он бы добрался до рации и вызвал подкрепление.

Стоило мне ступить на второй этаж, как я увидела его силуэт. Мэр стоял с пистолетом в руках, с тем самым, которым убил Элвиса.

Мэр узнал меня. Его глаза расширились, и он успел сказать только:

– Ты…

А потом он выстрелил, я сделала то же самое и отпрыгнула в сторону. Ведь если бы его пуля попал в меня, я бы этого не пережила. Мэр промазал, точнее, он бы точно попал, если бы не мой неуклюжий прыжок. Я целилась ему в ногу, но промазала и попала… в голову.

Черт.

Поднявшись, я быстро подбежала к мэру и приложила пальцы к его шее, но это было не нужно, выстрел пришелся в глаз. Море крови растекалось вокруг головы мэра.

За спиной раздался быстрый топот ног, это Гаррет поднимался на второй этаж. Я обернулась, когда он подошел.

– Ну нет, – протянул он. – Рэйвен. На кой хер ты его застрелила?

– Я целилась в ногу.

Гаррет приподнял брови.

– Ну что я могу сказать. – Он развел руки в стороны. – Ты промазала.

Что мы теперь будем делать? Мэр был нам необходим. Его голос должен был собрать блюстителей в здание суда, а теперь это было невозможно.

– Надо пересмотреть план, – сказал Гаррет.

– Я не хотела его убивать.

– Он скорее всего тоже этого не хотел.

Оставшуюся часть ночи мы провели в кабинете мэра, Гаррет притащил девушку из оранжереи и положил в кровать. Что с ней делать, мы не знали. Гаррет нашел чертежи завода, это было уже хоть что–то. Мы поняли, что нам никак не убрать блюстителей с улиц Синта, но мы могли освободить завод от людей, осталось всего–то устроить там пожар. По технике безопасности людей должны были согнать на площадь с экраном, нам это и было нужно. Пока я сидела в кресле мэра и читала речь, которую должна сказать с экрана Синта, Гаррет продумывал план, как все это сделать так, чтобы нам не нужно было разделяться.