Лавкрафт. Я – Провиденс. Книга 2 - С. Т. Джоши

Между тем в 1965 году после всех переносов Дерлет все же разродился первым томом «Избранных писем». Причина многолетней задержки в том, что из-за все новых и новых писем приходилось корректировать выстроенную хронологию, вдобавок наверняка мешал и финансовый вопрос. Второй том выйдет в 1968 году, третий – в 1971-м. Несмотря на ошибки из-за неразборчивого почерка и местами одиозные купюры (в одном случае от письма остались только приветствие и прощание), появление этих книг стало важной вехой. Однако Дерлет на тот момент слабо терпел широкую прессу – ведь первые книги «Аркхэм-хаус» она раскритиковала и с годами все хуже смотрела на него самого (ярчайший пример тому – статья Синклера Льюиса в Esquire), – посему выход книг отметили только в научно-фантастической и фэнтезийной средах. Также он еще издаст один разнообразный альманах «Ночное братство и другие рассказы» (1966), антологию «Мифы Ктулху» (1969) и «Ужас в музее и другие редакторские работы» (1970).

Пару слов стоит уделить ранним экранизациям и постановкам Лавкрафта. В 1949 году «CBS» выпустит радиоспектакль по мотивам «Ужаса Данвича» (настолько патетичный и не страшный, что ровно поэтому Лавкрафт в свое время отказал в постановке «Грез в ведьмовском доме»), но киностудии его внезапно заметят лишь в начале шестидесятых. Один за одним на экраны выйдут три ленты: «Заколдованный замок» (1964), «Умри, монстр, умри!» (1965) и «Запертая комната» (1967). Первая названа по стихотворению По и входит в цикл его адаптаций Роджера Кормана, хотя на деле снята по «Делу Чарльза Декстера Варда» (что и указано в титрах). Вторая – экранизация «Цвета из иных миров», третья же основана на «Мифах Ктулху». Все три стали любопытными экспериментами (в первом играет Винсент Прайс, во втором – Борис Карлофф, в третьем – Гиг Янг), хотя оставляют желать лучшего – тем ироничнее, что «Запертая комната», пожалуй, интереснее всех. В 1970 вышел «Ужас Данвича» – провальный гротеск с импозантным Дином Стокуэллом в роли Уилбура Уэйтли и очаровательной Сандрой Ди в роли выдуманной для фильма героини. Древних же явно играют хиппи под кислотой.

В шестидесятых критика практически затихнет, хотя те же «Избранные письма» дадут толчок многим работам. Самая невзрачная – «Мираж Лавкрафта» (1965) Джека Л. Чалкера. Лучшая, увы, не увидела света: это магистерская диссертация Артура С. Коки из Колумбийского университета «Г. Ф. Лавкрафт: обзор жизни и творчества» о жизненном пути писателя, подкрепленная документами. За границей между тем писателя не забудут. В Германии выйдет сборник рассказов «Cthulhu: Geistergeschichten» в переводе выдающегося поэта Х. К. Артманна. В 1969 году Лавкрафту посвятит двенадцатый выпуск видный французский журнал L’Herne: в нем изданы переводы его рассказов и американских статей о нем, а также французские рецензии.

Остановимся подробнее на одной критической работе – «Сила грез: литература и воображение» Колина Уилсона (1961). Уилсон заявил о себе в двадцать четыре года с дерзким социологическим исследованием «Изгой» (1956). Увлекшись фантастикой, он набрел на Лавкрафта – и отнесется к нему странно: «Кое в чем Лавкрафт поистине ужасает. Своей „войной против рационализма“ он схож с У. Б. Йейтсом – только, в отличие от него, безумен под стать дюссельдорфскому маньяку Петеру Кюртену… Лавкрафт – социопат, отвергший „реальность“ и приличия, которые не дают вменяемому зайти так далеко»52. Чем дружелюбный Лавкрафт вызвал такой яд – загадка, достойная психологического исследования. Нужно ли говорить, как вздорна тирада Уилсона, как обрывочно он читал критикуемые работы (вплоть до того, что запутался в сюжете «За гранью времен») и с какой безответственностью углубился в его жизнь и взгляды. Как он позже признается, его жизнерадостный оптимизм просто не вынес пессимизма Лавкрафта (за который Уилсон – якобы философ – принял присущую Лавкрафту разновидность безучастности).

Дерлет, предоставивший часть источников, остался в глубоком возмущении от статьи и бросил Уилсону вызов: воспроизвести дух Лавкрафта самому. Очень быстро это увенчается романом «Паразиты сознания» (1967), которые в Америке издаст «Аркхэм-хаус». В предисловии Уилсон скрепя сердце признает свою «излишнюю резкость» в «Силе грез», хотя в будущем продолжит называть Лавкрафта «чудовищным писателем», чье творчество «любопытно лишь как симптом, а не литература»53. На деле Уилсон просто не вынес мрачности Лавкрафта, не разделявшего его наивной веры в некое светлое будущее человечества.

Тем не менее «Паразитов сознания» есть за что похвалить, хотя сюжет об «умственном раке», порождающем с восемнадцатого века творцов-пессимистов с мрачными убеждениями, абсурден даже по меркам фантастики. Однако Уилсону в лучших традициях литературной преемственности удалось, оттолкнувшись от Лавкрафта, сплести самобытное произведение – здесь ему почти нет равных даже среди авторов «Мифов Ктулху». Он напишет два продолжения: «Философский камень» (1969) и «Космические вампиры» (1976). Первое еще ближе к Лавкрафту, хотя страдает от многословности и пафосной философии, тогда как «Космические вампиры», наоборот, отходят от него в сторону обычных фантастики и ужаса. Уилсон, чья необоснованная критика Лавкрафта на том не кончилась – чего стоит предисловие к сборнику «Хаос наступающий: избранные работы 1920–1935 гг.» (1993), изданному Creation Press, – перечеркнул свою славу интеллектуала рядом крайне наивных оккультных работ, отвечавших его философии: определенные оккультные явления он считал предвестием грядущего прогресса человечества. Вот он, литературный экспонат куда занимательнее Лавкрафта.

Если в шестидесятые с критикой был дефицит, то теперь «Мифы Ктулху» притягивали молодых авторов. Двое самых видных, что примечательно, жили в Англии: Дж. Рэмси Кэмпбелл (родился в 1946 году) и Брайан Ламли (родился в 1937-м). Первый интереснее. В четырнадцать лет он написал первые рассказы во вселенной Лавкрафта и смело отправил их Августу Дерлету (не раскрывая возраста). Дерлет, похвалив их, посоветовал перенести место действия из Новой Англии в Великобританию. Так Кэмпбелл вплетет ее в цикл «Мифов». Дерлет издаст сборник Кэмпбелла «Обитатель озера и менее приятные жильцы» в 1964 году, когда тому будет восемнадцать. Его рассказы живее многих стилизаций под Лавкрафта, но все равно посредственны. Наверняка осознав это, он почти сразу же принялся развивать свой, в корне отличный слог. К 1967 году Кэмпбелл примется за «странную» фантастику, которая составит его второй сборник «Демоны белого дня» (1973) – пожалуй, самый значимый со времен «Изгоя и других». Прежнего Рэмси Кэмпбелла там не узнать: его слог стал сказочно-фантасмагоричным, сюжеты полны современных отверженности, сексуального влечения и психологии девиаций. Пожалуй, после Лавкрафта в «странном» жанре он поднимется выше всех.

С Ламли же не все так удачно. Он начнет печататься в 1960 году (частично – в малотиражке Дерлета Arkham Collector, выросшей из неплохого, но скоротечного журнала Arkham Sampler [1948–49], которая продержится десять номеров с 1967