Лавкрафт. Я – Провиденс. Книга 2 - С. Т. Джоши

парадоксально, у Дерлета не было дара к интеллектуальной фантастике. Сочинял он вторично (сюжеты о духах, домах с привидениями и так далее), а списывал посредственно. Во многом его «стилизация» не только противоречит идеям Лавкрафта (хотя кое-что, как увидим дальше, получилось удачным), но и по-дилетантски порывиста и безобразна, топорно пародирует его слог (Дерлет часто называл эту задачу нетрудной!), с аляповатым развитием сюжета, смехотворной ширмой эзотерической лексики якобы для аутентичности и вычурными финалами, где добро в мгновение ока одерживает верх (в последнем по хронологии рассказе «След Ктулху» на Ктулху сбрасывают ядерную бомбу!). Словом, эти рассказы страдают от тех недостатков, за которые критика ополчилась против Лавкрафта: многословность, вымученность, патетика и прочее.

Так усердная попытка повторить мастера ужасов с треском провалилась. Что поразительно, почему-то большая часть «Мифов Ктулху» происходит в Новой Англии, которой Дерлет в жизни не видел и, соответственно, не смог внятно передать ее дух. Архаичные древние рукописи воспроизведены у него с комичными ошибками. Присутствует и пафос вроде: «Я снизошел с небес, дабы не допустить возвращения зла в этот мир. Мой священный долг – уберечь его. У меня нет права на ошибку»38. Приводить все его слабые стороны нет никакого желания, тем более что они и так уже очевидны.

Любопытно, что часть ранних исследователей Лавкрафта в своих трудах нарочно игнорировали тенденциозные интерпретации Дерлета. Выделить можно троих. Например, Фрица Лейбера со статьей «Коперник от литературы» о рассказах Лавкрафта из Acolyte и не только, изданной во втором лавкрафтовском альманахе Дерлета «Кое-что о кошках и другие истории» (1949). Это по-прежнему одно из лучших обзорных эссе о нем. Лейбер констатировал: «…не считаю, что следует искать аналогии между сущностями из мифов Ктулху и демонами христианства, как и приписывать первым равные зороастрийские иерархии добра и зла»39. В сороковых годах ряд статей напишет Мэттью Х. Ондердонк, впервые разобрав духовные воззрения Лавкрафта – механический материализм и атеизм, которые попытается увязать с его полным «богов» творчеством. В пятидесятых очерки выйдут у Джорджа Т. Уэтцела; ключевой из них – «Мифология Ктулху: анализ» (1955), где внимание в обход Дерлета уделено сугубо сюжетам и лейтмотивам Лавкрафта. Все это, впрочем, капля в море, ведь по большей части критика принимала переделки Дерлета за должное.

Последняя загвоздка, связанная с продвижением «Мифов Ктулху», носит юридический характер. Вопрос авторских прав здесь чрезвычайно сложен, но я вставлю пару мыслей. В завещании от 1912 года Лавкрафт не оставил распоряжений о литературном наследстве; по закону оно отошло единственной родственнице, Энни Гэмвелл. Мы помним: согласно последней воле племянника та нотариально оформила Барлоу его литературным представителем – без отчуждения авторских прав. Со смертью Энни ее имущество разделили Этель Филлипс Морриш и Эдна Льюис.

Дерлет сразу заявил о праве собственности, первым издав Лавкрафта посмертно, – но какая за этим юридическая подоплека? В 1937 году, когда Корвин Стикни издал буклет сонетов «Г. Ф. Л.» крошечным тиражом в двадцать пять экземпляров, Дерлет взвился. За включение Лавкрафта в сборники он то и дело требовал гонорар (и ему платили, лишь бы избежать ссор). Он также утверждал, что за первые десять лет вложил в «Аркхэм-хаус» двадцать пять тысяч долларов из своего кармана40, чему я склонен верить – как и тому, что без выручки от Лавкрафта издательство пошло бы ко дну.

Так чем Дерлет подкреплял право собственности? Поначалу – тем, что якобы получил его по завещанию Энни Гэмвелл, но там ему с Уондри отведено право лишь на доход со сборника «Изгой и другие» (не на содержимое). В «Аркхэм-хаус» заявляют о некоей «дарственной Морриш-Льюис» от Этель Филлипс Морриш и Эдны Льюис, разрешающей «Аркхэм-хаус» публикацию произведений Лавкрафта. В конце концов ее представили в суде, но права издательству в ней не передаются.

Наконец, Дерлет якобы приобрел у Weird Tales права на сорок шесть опубликованных там рассказов (и действительно, существует такой договор от девятого октября 1947 года), однако все ли здесь сходится? Распоряжаться журнал мог лишь купленными насовсем (не на ограниченное число тиражей) рассказов. Лавкрафт неоднократно признавал, что для первых публикаций по неопытности подписывал отчуждение прав, однако к апрелю 1926 года начнет сохранять их за собой41. Договоров с Weird Tales о частичной их передаче не нашлось, но есть косвенное подтверждение. Вспомним, как в 1932 году Карл Суонсон хотел переиздать рассказы из Weird Tales, но своих исключительных прав Фарнсуорт Райт не продал и, более того, добавил, что «не одобряет вторичную продажу произведений, права на которые частично остаются у меня [Лавкрафта]»42. Единоличный правообладатель не считался бы с его мнением.

Если все так, то до апреля 1926 года Лавкрафт успел продать Weird Tales в исключительное пользование тринадцать рассказов (не считая «Под пирамидами», написанного, вероятно, по заказу). Из этих тринадцати семь к тому времени уже вышли в самиздате, став общественным достоянием. Таким образом, номинально Дерлет приобрел всего шесть рассказов – зато на деле эксплуатировал все. До такой степени, что в 1949 году заявит:

«Будучи хранителем наследия Г. Ф. Лавкрафта, „Аркхэм-хаус“ считает своим долгом пресекать подобные публикации [работ Лавкрафта, не санкционированные издательством]. По счастью, Верховный суд во всем встал на сторону издательства, соответственно, без санкции недопустимо обнародовать даже письма Г. Ф. Лавкрафта»43.

Позже Дерлет сам откажется от этих абсурдных притязаний (и когда это Верховный суд занял его сторону – загадка). Многие фанатские издания с Лавкрафтом он проигнорирует, зато когда Сэм Московитц без спроса включит «Шепчущего во тьме» в свой альманах «Странные вехи» (1966), Дерлет все же пригрозит судом. Московитц не пошел на попятную, и Дерлет самоустранился.

По сути, он только и полагался, что на угрозы и свой образ издателя и протеже Лавкрафта, который сам же и выдумал. Окончательно присвоив себе «Мифы Ктулху», Дерлет запретил бульварному фантасту К. Холлу Томпсону дополнить их сюжетом в Нью-Джерси. К 1963 году он поставит всех перед фактом: «Подчеркиваю, „Мифы“, божественный пантеон и проч. защищены авторским правом и могут использоваться только с разрешения „Аркхэм-хаус“»44. Заявил он это в письме к юному читателю, желавшему приложить руку к «Мифам», а через четыре года констатирует в печати: «Название „Некрономикон“ является литературной собственностью и не может быть употреблено без санкции»45.

Все это дела минувших дней, поскольку произведения Лавкрафта стали общественным достоянием на семидесятом году после его смерти: первого января 2008 года.

Любопытным образом замешана здесь и жена Лавкрафта. В 1933 году Соня переедет в Калифорнию, где в 1936 выйдет замуж за доктора Натаниэля