Фантастика 2025-69 - Вадим Бурденя

представь, что у тебя десятки рук. Сознание человека просто не справиться с этим, разум начнёт плыть, путаться… То же самое и с нитями энергии. Удержание каждой, даже без каких-либо действий, само по себе отнимает часть твоего внимания. Я не могу понять, как человек вообще может быть способен на такое…

— Учитывая, на что эта тварь способна, я и сам не уверен, можно ли считать её человеком. — процедил сквозь зубы Аттарок, не отрывая взора от облака серого тумана, из которого вырывались чёрные щупальца.

Элеонора хотела спросить что-то ещё, но в этот момент король резко закричал:

— СЕЙЧАС!

Наверно, одни боги знают, как владыке песков удалось уловить момент, выигрывая драгоценную секунду для защитниц города: но он успел вовремя. Руки целительниц сомкнулись, образуя линию, и масса антрацитовых щупалец, состоящих словно бы из чистого мрака, с грохотом обрушилась на зелёный щит, сотканный в тот самый момент, когда первая из круга жизни вскинула руки.

Грохот удара был столь силён, что половину из стоящих в барбакане оглушило, заставил скрючиться и схватиться за уши. Некоторым разорвало барабанные перепонки…

Элеонора пошатнулась, а лицо женщины искривилось в чудовищной гримасе боли:

— Ко мне… Всё… — прохрипела повелительница жизни.

Оглушённые, вяло поднимающиеся целительницы с мрачными лицами превратили семёрку первых защитниц в кольцо, сцепляя руки.

Глаза Элеоноры заволокла непроглядная пеленой зелёного огня. С удивлением Аттарок понял, что даже он различает тонкие, почти незаметные ветвистые жгуты жизни, что идут от рук верховной волшебницы круга жизни прямо в стены, создавая перед ними непроницаемый щит.

Щит, за которым бушевала чёрная буря. Щит, на который раз за разом с грохотом обрушивался монстр, равных которому ещё не знало человечество.

Владыка пустыни скрипнул зубами, остро ощущая чувство бессилия. Но что может его верная секира против этой проклятой магии?

Атака продолжалась минуту, но для всех воинов, что находились внутри барбакана, она растянулась на долгие часы… С мрачными, скупыми лицами пустынники смотрели, как бушующая смерть пытается добраться до них. Пытается, но не может.

Элеонора рухнула на пол, как сломанная кукла, мгновенно опуская руки и голову. В тот же миг ближайшие из соратниц окружили её, помогая подняться.

— Настолько плохо? — тяжело поинтересовался мужчина.

Женщина подняла голову и на мгновение их взгляды встретились. В это самое мгновение Аттарок уловил в чужих глазах обречённое отчаяние: а затем целительница поднялась, отряхивая мантию, и принялась отдавать команды.

— Аманда, Розалин, берите своих и смените первую шестёрку. Круг я долго не выдержу, поэтому сделаем иначе: работаем сменами. Шестеро вливают в меня силу, остальные - сменяют их. Всю силу, досуха! Иначе нам не выстоять.

Повелительница жизни повернулась к королю и требовательно сказала:

— Отправь гонцов к другим башням, к баракам, в город, даже в больницы. Сегодня мне потребуются все мои девочки, что есть.

Владыка пустыни принялся отдавать приказы солдатам, не спрашивая больше ничего.

— Эта тварь двинулась вдоль стены! — крикнул один из солдат, наблюдавший за их противником.

— Идём. — Коротко приказала Элеонора остальным женщинам, и вереница таллистриек последовала за ней к внутреннему коридору стен.

Но только ради того, чтобы спустя всего минуту резко остановиться от крика Аттарока:

— Щит!

Сонм щупалец вновь обрушился на защитниц города, заставляя стонать, казалось, само пространство.

— Держать… До конца… — гримаса боли на лице некогда красивой женщины страшно уродовала её, словно накидывая сверху десяток лет сверху.

А мгновением позже две целительницы, стоявшие с краю, пошатнулись и рухнули, разрывая связку.

— Держать, я сказала! — закричала Элеонора.

Лицо целительницы превратилось в страшный оскал… Но остальные лишь смотрели с расширяющимися, неверящими взглядами на упавших соратниц.

— Убрать тела. — мгновенно определил смерть целительниц бывалый воин. — следующие, в строй! — рявкнул Аттарок.

Грозный рык короля Ниоры словно заставил женщин очнуться ото сна: двое подруг, переглянувшись, решительно взяли за руки женщин с края оставшейся пятёрки, и остальные, пощупав пульс, с мрачными выражениями лица принялись оттаскивать тела.

В этот раз их враг бил сильнее, дольше… Трижды сменилась шестёрка, поддерживающая силы лучшей из них. И ещё четверо пали замертво, отдав последние силы.

Дальнейшее действо превратилось в мрачную, уродливую картину. Вновь и вновь чёрные щупальца с грохотом разрывали воздух. Потоки чёрного тумана словно оживали, с разных сторон впитываясь в горячий чистой зеленью жизни несокрушимый щит.

Иногда их враг ходил вдоль стен, а иногда, делая редкие передышки, раз за разом атаковал вновь, не давая передышки.

Никогда, ни в своей жизни, ни даже в самых страшных кошмарах, Аттарок Ниора не представлял себе, что увидит что-то подобное. Невероятно могущественная магия сталкивалась здесь, прямо на его глазах: ни одна из сторон, казалось, не могла взять верх.

Король пустыни не знал, чего стоила их врагу его магия, но знал, чего она стоила альянсу.

Спустя всего полчаса магического боя его воинам пришлось выносить двухсотое тело, потому что сами таллистрийки уже едва стояли на ногах, постоянно сменяя друг-друга…

— Я не могу больше, я больше не могу…

Одна из молодых женщин, что заменила выбывших старух и держала свою руку на левом плече Элеоноры, рухнула на колени едва закончилась очередная атака.

Ответом ей был дружный стон стоящих сзади.

— Я тоже… Мы все умрём, если так пойдёт дальше…

Шлёпок!

Звонкая пощёчина обрушилась на щеку молодой целительницы.

— Подняла свою задницу и встала, Мия. — Элеонора обвела вмиг притихших целительниц грозным взором. — Хотите сдаться? Вперёд! Можете задрать юбки сразу, и повернуться раком: так будет больше шансов, что вас первыми используют по назначению! Может, у мертвецов и не стоит хер, но уверяю вас, этой тварь точно хватит фантазии приказать им использовать удобную палку!

— Лорд Аттарок, будьте так любезны, велите своим людям открыть ворота и выпустить желающих. — вежливо обратилась к королю женщина.

Пустынник пожал плечами и было собрался так и сделать, но молодая целительница тяжело поднялась, посмотрев на предводительницу исподлобья, и глухо сказала:

— Не надо. Я поняла.

— Тогда возьми себя в руки и сражайся, как подобает дочери Таллистрии! — жестоко ответила Элеонора.

Девушка молча положила руку на плечо наставницы, вновь выстраиваясь в цепочку. Они выдержали следующую атаку без потерь. А на третьей, последовавшей за ней, сама Мия уже упала замертво.

Элеонора тяжёлым, мрачным взглядом проводила солдат, что уносили тело её мёртвой ученицы. А затем подняла взгляд