Мое тело – тюрьма - Кицунэ Миято

приезжала домой в лучшем случае раз в месяц. Кира посоветовала ну хотя бы наладить переписку.

— Только ты это, печатай ей письма, что ли, — вовремя вспомнив про неразборчивый «дохтурский» почерк Лёхи, сказала Кира.

— А можно к тебе в гости прийти? — спросил Лёха, неодобрительно покосившись на Влада, который ждал Киру. — А то Старков из-за тебя сейчас учится, не приезжает, и хоть с кем-то поговорить хочется.

Сразу отчего-то вспомнилась тётя Альбина с её супом, который «можно съесть, а то всё равно выбрасывать».

— М… Ну, мы сейчас с Владом погуляем часок-другой, — задумалась Кира. — Так что приходи после четырёх. Поболтаем часов до шести. А потом мы с Владом на дискотеку пойдём, она в восемь, но мы всегда ещё гуляем перед ней.

— Кажется, тебе нравится его дразнить, — заметил Влад, когда они вдвоём вышли из «Дворца пионеров»: Нюха уже побежала домой.

— Мне всех нравится дразнить, а тех, кто в чём-то меня не одобряет, особенно. Я такая и есть, — захихикала Кира. — Так, кстати, а ты не против, что я тебя так нагло ангажировала? Мы правда на дискотеку пойдём? А то у Лёхи такая… м… морда лица была кислая, что я не удержалась. Просто были у меня такие друзья, которые мне условия ставили и пытались диктовать с кем я гуляю и с кем не гуляю. Чего мне с кем делать.

— И что с ними стало? — поинтересовался Влад. — С твоими друзьями?

— М?.. В какой-то момент мне поставили прям ультиматум и… мы перестали быть друзьями, — пожала плечами Кира. — Мне даже мой парень не указывает с кем мне гулять, а с кем нет.

— Он у тебя… довольно свободных взглядов? — спросил Влад.

— Что? Что это значит? — спросила Кира.

— Ну… Ты же…

— Я, по-твоему, как-то ему изменяю, общаясь с тобой? — Кира склонила голову и заглянула в глаза Влада.

— Ну нет, вообще-то, — выдохнул Влад, смутившись. — Но ведь подумать можно всякое. Мои одноклассницы вот думают… Э… Ну, что ты моя девушка. Мы же летом гуляли каждый день и нас многие видели. И на дискотеки ходим.

— И всем есть до этого дело… — кивнула Кира. — Меня это совершенно не задевает. Мой парень мне полностью доверяет. Родители как бы тоже понимают, что у меня есть друзья и свой круг общения. Мама «за» провожатого на дискотеки, и если не ты, то кто-то другой, может, не так часто. Там очереди из всяких сыновей маминых подруг. Но я как-то привыкла сама определять свой круг общения. Так что, если вдруг тебе как-то неприятно или некомфортно или ты из-за меня не можешь замутить с девочкой, которая тебе нравится, то мы можем, ну знаешь, просто прекратить.

— Что⁈ Нет, — помотал головой Влад. — Мне тоже всё равно, что про меня говорят.

— Да? Тогда, Вла-ад, ты мнительный, — довольно хмыкнула Кира, продолжая их игру, начатую вечером в пятницу.

* * *

— Так он… Твой парень, он знает обо мне? — спросил Влад.

— Кирилл? Не знаю, может быть, и знает. Я же ему фотки показывала, говорила, что делала летом. И я правда не только с тобой гуляю и общаюсь. На учёбе тоже. У нас в соседних общагах сеть, через компьютеры можно общаться, так что я на выходных, если делать нечего, с кем-нибудь знакомлюсь, ну или с кем-то знакомым хожу по кругу гулять. Привыкла уже перед сном. А одной у нас как-то… Короче, вдвоём не страшно. Мы же помним, что я трусишка.

— И что, ты просто знакомишься и гуляешь с кем-то? — поразился Влад.

— Да. Но сначала в личном чате общаемся. Я таким образом прощупываю почву на тему интересно ли вообще будет с человеком познакомиться лично или так, не стоит и внимания. Со многими прикольными парнями познакомилась так, чисто по-дружески. С одним, Палычем, мы вообще конкретно задружили. Он на скрипке играет в группе. Я слушаю его записи, однажды даже ему текст написала. Я же стихи пишу, так что так, накидала пару рифм, когда он пожаловался про творческий затык. Вроде такая ничего песня вышла. Я до знакомства с ним как-то недооценивала скрипку. У нас в школе искусств пиликали на ней просто, оказывается, ужасно. А Палыч очень классно играет. В прошлом году он с этой песней на студвесне с группой участвовал. И меня вроде даже в авторы определили и нашему факультету за песню баллов перепало сколько-то. Вроде бы, но это не точно. Короче, всякие прикольные могут быть знакомства. Почему бы и да?

— Так ты пишешь стихи? — спросил Влад.

— Пишу, — ответила Кира.

— А помнишь что-то на память?

— Конечно помню, мы вроде выясняли, что память у меня хорошая, — захихикала Кира.

— Ты опять дразнишься, да? — покосился на неё Влад.

— Ага, дразнюсь, — улыбнулась Кира. — Просто мои убеждения говорят о том, что нельзя «догнать и осчастливить». И, в общем, если тебе что-то от меня надо или ты хочешь, чтобы я что-то сделала, рассказала, стоит спросить или попросить прямо. А то я так долго могу дразниться.

— А почему?..

— Что почему? — покосилась на Влада Кира, хитро улыбаясь.

— Почему у тебя такие убеждения?

— Я проходила курсы нейро-лингвистического программирования в прошлом году, и там одной из важных позиций был запрет на «догнать и осчастливить». Любому человеку нужно самому прийти со своим желанием ко мне или любому другому консультанту НЛП и попросить помощи. И, в общем, я решила, что это очень хорошая вещь в принципе: делать то, что тебя просят, и не делать того, чего не просят. Сразу столько времени и сил освобождается. И другому человеку хорошо, потому что появляется понимание, чего он вообще хочет. Для начала хотя бы от меня, ну, а потом и от жизни и всякого такого. Как ни посмотри — сплошная польза!

— Интересная позиция, — кивнул Влад. — Кира, я хочу, чтобы ты прочитала мне свои стихи.

— Если меня долго уговаривать, то меня и уговорить-то недолго, — улыбнулась Кира. — У меня их много. Тебе какие-то конкретные? В смысле, по времени написания, по людям, про любовь или про разлуку?

— Какие