Сборник 'ИЗБРАННОЕ' - Теодор Гамильтон Старджон

вы можете попытаться вызвать в памяти лицо своего первого учителя, свою первую драку, день, когда она... или он пришел к вам и сказал... Понимаете? Эти вещи с вами всегда, но они не дают о себе знать, пока вы не позовете.

Так Кейз посмотрел на Землю глазами современника через десять веков после своей смерти и медленно покачал головой. "Она не должна была до этого дойти".

- Ей пришлось. Либо это, либо умереть, - сказал голубой человек; Кейз подумал немного и понял, что это действительно так.

- Вы можете вернуться, Кейз. Вашу жизнь можно будет поддержать гораздо более эффективно, чем до этого и намного дольше. Чтобы доставить вас туда, потребуется - о! - еще пятнадцать сотен лет, и невозможно предсказать, что будет представлять собою Земля, когда вы до нее доберетесь. И все же это будет Земля - это будет... дом.

- Домой нельзя вернуться снова, с горечью процитировал Кейз из какой-то книги. - Полагаю, есть альтернатива.

- Есть. И это дело вашего свободного выбора. Понимаете, Кейз, хоть некоторым из нас вы и можете показаться примитивным, вы обладаете качеством которого нам не хватает и которым мы восхищаемся - желанием что-то делать, открывать, исследовать, находить, фактически и физически а не в теории и не в воображении. Этот корабль был создан и использовался людьми, подобными вам, и когда последний из них умер во время исследовательского полета замены не было, и кроме того, корабль находился уже так далеко что до него мог добраться только человек, чья жизнь поддерживалась в течение очень долгого времени.

Корабль сам по себе является самообеспечивающимся и не только имеет превосходную компьютерную систему, но связан со всеми компьютерами Земной Группы. У нас здесь то, что можно было бы назвать состоянием стоячей волны, постоянно замкнутой на этом корабле. По ней мы можем передавать только информацию - но мы можем выделить вам любую ее часть. Благодаря этому мы получим возможность ощутить вместе с вами те места, в которые вы отправитесь, увидеть то, что увидите вы и узнаете то, что вы узнаете.

- Вы даете мне этот корабль? Чтобы отправиться куда?

- Куда угодно.

- Но вы будете наблюдать за всем что я делаю.

- Если вы этого захотите.

- Я не хочу. Мне необходимо иметь что-то личное, в том числе и внутри своей головы.

- Это для нас святое дело. Мы не будем вмешиваться, и если вы хотите, мы выделим вам зону личного, в любом месте на корабле.

- А как насчет этого: вместо какого-нибудь особого места, мы сделаем так что она будет возникать где бы я ни был в любое время, когда я об этом скажу?

- Вы не откажете нам в...

- Нет, нет, нет. - Ответил Кейз нетерпеливо. - Я приучен держать слово, если оно дано. Вы даете мне корабль и право свободно им распоряжаться и вы хотите что-то взамен. Я позабочусь о том, чтобы вы это получили, и я не обману вас.

- Очень хорошо, - сказал голубой человек. - Вас уже тщательно ознакомили с работой корабля и с теми вещами, которые представляют особый интерес для общества в целом и для специалистов. В вашем распоряжении банки памяти этого компьютера и других, с ним связанных. Кейз Хардин, корабль принадлежит вам.

Это казалось убийственно кратким, но, похоже ничего не оставалось сказать кроме "Спасибо", что он и сделал.

Если это средство связи подходит вам, - сказал голубой человек, позовите меня и я немедленно продемонстрирую вам этот способ. Есть и другие, спросите компьютер. Удачи и спасибо ВАМ. И он исчез.

Кейз долго стоял, глядя на то место, где до этого был голубой человек, потом покачал головой, усмехнулся и пошел к центральному креслу.

Он сел и произнес:

- Компьютер, твое имя Беззбокс.

- Да, Командир.

- Кейз.

- Да, Кейз.

- А теперь, я хочу, чтобы ты сделал следующее...

Кейз летел над пляжем, низко и медленно. Его корабль находился на орбите, а он заходил на посадку в маленькой и очень сложной шлюпке, обладающей способностями, о которых люди его времени и мечтать не могли. В маленьком кармане на груди находилось компактное устройство, при помощи которого он мог управлять обоими кораблями и всей связью. Его компьютер быстро отыскал этот сектор космоса, работая с траекторией, по которой он следовал до того, как его подобрали, и проведя доскональные наблюдения всего, что могло бы изменить движение гроба в течение всех этих мертвых лет.

- Ты почти ничего здесь не изменил, - пробормотал он планетоиду или тому, кто на нем жил. Озеро находилось на прежнем месте, а через пляж была протоптана тропинка, ведущая к опушке леса к тому месту где находился дом.

Находился. Именно сейчас.

Он подлетел к нему и посадил шлюпку. Да, покрытая плетеной крышей хижин с обтрепанным куском обшивки, трепещущим на легком ветерке, внутри знакомые глиняные тарелки и даже остатки засохших фруктов, которые она... собственными руками... глядя на... Джен... Джен. И наконечники для стрел, и скребки - о! - и ее диктофон.

Он взял их.

Вернувшись в шлюпку, с замершим сердцем и затаив дыхание, он направился к тому месту, где стояли гробы.

Их не было. Обоих.

Он снова приземлился. И медленно пошел на скалу. Вот здесь она стояла, называя ему показания приборов, когда он проверял все перед стартом, воздух был сладким и полным пыли после обвалов пляжа. Здесь он наклонился над открытым гробом и она поцеловала его, поцеловала его так, что...

Он увидел следы от огня: его старта. Там, где стоял ее гроб, ничего не было - совсем никаких следов. Если она не взлетела, и тем не менее ее здесь не было...

ДА, НО ПРОШЛА ТЫСЯЧА ЛЕТ!

Ему показалось, что он услышал какой-то звук (смех) и краем глаза заметил какое-то движение, высоко, вдали.

Всего лишь птица.

Птица! Единственное, чего они никогда не видели на этом планетоиде, так это птиц.

Он повернулся и стал за ней наблюдать. Она летела в пятидесяти метрах над лесом, направляясь прямо к нему. Он мрачно ждал ее приближения. С виду он казался голым человеком с какой-то штукой