Повесть о кольце - Джон Рональд Руэл Толкин

К нему приходили послы из многих стран и от многих народов. С Востока и с Юга, от окраин Чернолеса, из стран Запада. Он простил и помиловал Людей Востока, сдавшихся ему, и отослал их свободными, заключил мир с народами Харада, а рабов Мордора он освободил и отдал им во владение все земли вокруг Нурненского озера. Многие получали от него похвалу и награду за доблесть.

Арагорн простил и возвеличил Берегонда, который, защищая Фарамира, пролил кровь в Ограде Успокоения. А Фарамиру он отдал во владение Итилиен, но посоветовал ему построить для себя новый город среди холмов Эмин Арнепа, а Минас Итиль в долине Моргула разрушить до основания.

Он, как брата, приветствовал Эомера Роханского, заключил с ним вечный союз и сказал ему: — Твоего отца, Теодена Прославленного, мы положили в гробницу в Ограде Успокоения, и он будет вечно лежать среди правителей Гондора, если ты этого захочешь, а если нет, то мы перенесем его в Рохан, дабы он соединился со своими родичами.

Эомер в ответ обещал ему вечную дружбу и любовь, а о Теодене сказал так: — Многое нужно исцелить и возродить в Рохане, когда же все будет готово, мы вернемся взять прах нашего отца, но до того дня пусть он почиет в Гондоре.

Для всех дни шли, наполненные радостью, а для Арагорна радостным был день, когда Гандальф взял его с собою далеко в горы и показал высоко на голом, каменистом склоне, у самого края вечных снегов, молодое деревце, только что распустившее листья: эти листья были темные сверху и серебряные снизу, а на вершине дерева расцвел пучок цветов с лепестками, белыми, как первый снег на солнце. И Арагорн узнал деревце и обрадовался, оно было точно такое, как то, что стояло, засохнув, у Фонтана во дворе Цитадели и считалось живым образом Цветущего Древа. Он взял деревце и посадил его вместо засохшего, оно укоренилось, стало расти и в начале июня покрылось цветами.

— Я получил свой знак, — сказал Арагорн, — и мой день близится. — И послал дозорных на стены Цитадели.

8.

В канун Дня Середины лета прибыли в Город вестники из Амон Дина и сказали, что видели отряд благородных всадников, скачущий с севера и уже приближающийся к стене Пеленнора. Арагорн сказал: — Наконец — то они приближаются! Пусть Город приготовится встретить их.

Вечером того же дня, когда небо стало синим, как сапфир, на востоке появились белые звезды, но запад еще оставался золотым, а воздух был прохладным и ароматным, всадники подъехали по северной дороге к воротам Минас Тирита. Впереди скакали Элладан и Эльрохир из Ривенделля, а затем — на белых конях — прекрасная Галадриэль и Келеборн, правители Лориена, и с ними многие из их народа, в серых плащах, с белыми алмазами в волосах; последним ехал мудрый Эльронд, могучий среди Людей и Эльфов, и в руке у него был серебряный жезл, а рядом с ним ехала на сером иноходце Арвен, его дочь. Вечерняя Звезда своего народа.

Когда Фродо увидел ее, мерцающую в сумерках, со звездами во лбу, окруженную облаком аромата, он сильно поразился и сказал Гандальфу: — Теперь я понимаю, почему мы медлили здесь и чего ждали! Вот завершение всему. Теперь не только дни будут прекрасными, но и ночи — благословенными, и все ночные страхи исчезнут.

Правитель Города приветствовал своих гостей, и они спешились. Эльронд отдал сыновьям свой жезл и, взяв руку своей дочери, вложил в руку Арагорна; все вместе они вошли в Цитадель, и все звезды расцвели над Городом.

Фродо видел все это, и в сердце у него была радость, когда он понял, что Странник, которого он так полюбил, достиг цели своей жизни. Но потом он подумал о себе и своих друзьях, и ему стало тревожно: время шло, а между ними и Широм оставалось еще много дней и много миль.

ГЛАВА XIV

ВОЗВРАЩЕНИЕ. ВСТРЕЧИ. РАЗЛУКИ

1.

Дни ликования кончились, и Фродо начал задумываться о чем — то.

Однажды он пришел к новому правителю Города и нашел его и прекрасную Арвен у Фонтана под цветущим Деревом, они встали, чтобы приветствовать его, и Арагорн сказал:

— Я знаю, о чем вы думаете, Фродо: вы хотите вернуться домой. Что ж, дорогой друг — дерево растет лучше всего у себя на родине; но во всех странах Запада вы всегда будете желанным гостем.

— Да, я хочу вернуться в Шир, — ответил Фродо, — но сначала хотел бы побывать в Ривенделле. Если можно говорить о какой — нибудь нехватке в такое счастливое время, то мне не хватает Бильбо; я был очень огорчен, когда увидел, что его нет в свите Эльронда.

— Не удивляйтесь этому, Кольценосец, — сказала Арвен. — Вы знаете силу той вещи, которая теперь уничтожена, и все, что было сделано с помощью этой силы, теперь исчезает. Ваш родич носил ее дольше, чем вы. Теперь он очень стар, по вашему счету времени, и ждет вас, так как не совершит больше никакого долгого пути — кроме одного.

— Тогда, — сказал Фродо, запинаясь, — я прошу разрешения покинуть вас поскорее.

— Мы выедем через семь дней, — ответил Арагорн, — потому что я хочу проводить вас до дальних границ Рохана. Через три дня приедет Эомер, чтобы перевезти прах Теодена в Рохан, и мы вместе будем сопровождать его. Но сейчас, пока вы здесь, я подтверждаю то, что сказал вам Фарамир, и объявляю вас и всех ваших спутников навсегда свободными в пределах Гондора.

— У меня нет подарков, которые были бы достойны ваших подвигов; но я вам дам все, что вы захотите взять, и вы поедете с почестями, какие подобают великим вождям.

Арвен добавила: — Я могу подарить вам вот что. Я дочь Эльронда; но я не поеду с ним, когда настанет его час отправляться в Гавань. Ибо я сделала свой выбор, как некогда Лютиен, и остаюсь с Людьми на радость и на горе.

Вместо меня поедете вы, Кольценосец, — если вы захотите этого.

Фродо невольно вздрогнул, поняв, что означают ее слова. Эльфы не умирают так, как прочие живые существа, но каждый из них, почувствовав, что его срок исполнился, отправляется в Гавань Луны, где — то далеко на севере, и там вступает на серый корабль под серыми парусами. Тогда поднимается ветер с востока, корабль выходит из Гавани, уплывает в Море и исчезает на западе. Редко кому из смертных