Андеграунд - Виктория Рогозина

— Вит?

— Девиант.

— Что?!

— У Демонессы наблюдается девиантное поведение…но, что-то не так…она бы не стала носиться за нами просто так по планетам. Что-то не так.

— Это может на что-то повлиять?! — мягко уточнила подруга.

— Мне кажется, что да…но я пока не понимаю.

Анечка уже шустро накрыла на стол и вздохнув, поинтересовалась:

— Итак, какие наши планы и действия?

Витторина усмехнулась.

— Будем наводить суету. Рустем будет ждать знак и он его получит.

— Но ведь они могут быть не первыми. Плюс в информационном пространстве очень много информации гуляет о тебе. Нужно будет каким-то образом показать, что это именно ты, а не какие-то воспоминания.

— Да…поэтому очень важно, чтобы ты была как можно ближе ко мне. Настолько, насколько это вообще возможно. Я смогу тебя защитить, — спокойно протянула Витторина.

— А кто защитит тебя?! — подруга грустно вздохнула.

— Нас найдут. Остается надеяться, что друзья найдут раньше, но это не точно. Если мы попадем в плен к Демонессе, то нас спасут. Как я уже поняла — они не убивают сразу. Она любит наслаждаться своим величием. И еще что-то мешает ей убить меня сразу. Это что-то — очень важное.

— Ты бы смогла узнать ответ через Катарсис?

— Высока вероятность.

Анечка несколько минут подумала и кивнула.

— Значит будешь беспредельничать?!

— По полной, — Витторина коварно улыбнулась. — Сейчас поем и начну. Главное будь рядом.

* * *

Когда спустя две недели (по местному времени) сумасбродства и беспредела в бар вошёл вооруженный отряд, Марена даже бровью не повела, лишь отметила, что их нашли относительно быстро, даже учитывая общую бестолковость. Значит и отряд Рустема был где-то на подходе. Хотелось бы надеяться на спасение в последнюю секунду, да только такое бывает лишь в кино. Вздохнув, она покинула сцену, спрыгнув в зал. Наглядятся махнув рукой, Смерть заключила Анюта в прозрачную сферу Барьера, при этом разместив сам Барьер у потолка, тем самым убита «с глаз залой из сердца вон».

— Ну что? Добровольно пойдём или как всегда? — устало поинтересовался Мор. Он спросил это так, будто не хотел терять время.

— Пойдём длинным путём, — Витторина пожала плечами и лениво допила пакет с кровью.

— Взять ее! — приказал кто-то из стражи.

— И помните, они нам нужны живыми, — вклинился Война, когда отряды сделали шаг навстречу собственной смерти.

Многие не заметили, как переместилась Витторина, лишь взлетевшие в воздух отрубленные головы, отдельно от тел медленно опадали на пол, как в немом кино.

Первыми сориентировались Всадники Апокалипсиса. Им стало ясно, что сейчас неудачное время для шуток. Витторина не настроена вести переговоры, также и добровольно сдаться, а значит пришло время отчаянных мер.

Ее раз за разом пытались окружить, напасть тихонько со спины, били в лобовую атаку и все бестолку. Что ни говори, а Смерть четко знала свою функцию и умела ей пользоваться. Она являлась оружием. Беспощадным, смертоносным и невероятно опасным. Противник падал пачками, но с упорностью барана, все новые и новые существа шли на верную смерть. Их не спасали ни дополнительные щупальца, ни скорость, ни две головы. Коса Виты уравнивала всех. Анечка сидела в своей сфере тише воды ниже травы, стараясь не отвлекать подругу. В ее голове настойчиво крутилась мысль о том, что их все равно рано или поздно скрутят, и поэтому очень боялась, чтобы Витторина не сильно пострадала. Тем временем Соколова-Соколовская-Бессмертная настойчиво уменьшала численность противника, снуя по залу как маленький торнадо. Импульсы и фантомы разлетались во все стороны, сея Смерть и разрушения.

Копье Лонгина мелькнуло слишком быстро и женщина охнула, когда оказалась прибита им к противоположной стене бара. Боль была адской и сознание в один момент отключилось.

— Снимай ее быстрее, — Мор первый дернулся вперёд. — Она нам живая нужна.

— Не выходит, — с удивлением отозвался кто-то из стражи отмечая, как вампирская регенерация уже «присвоила» себе знаменитое копье, вживляя в тело.

Резким движением выдернув оружие, Война придержал свободной рукой падающую Смерть, а в следующее мгновение охнув, отскочил в сторону, наблюдая, как замертво упал еще один несчастный. Коса Смерти выбравшись из тела владелицы нанесла смертельный удар в живот и снова скрылась в теле Марены. Витторина сильно качнулась и, с трудом удержавшись на ногах, все же опёрлась на свою Косу, которая вновь выскользнула из ее тела.

— Ну что, продолжим? — устало произнесла она, кривовато усмехнувшись.

* * *

Матвей с трудом подавил приступ тошноты. Его милая нежная любящая мама и вынуждена принимать участие в подобном. Он был в ужасе.

— Мы опоздали, — заметил Нюд, глядя на разрушенный бар с кучей трупом и огромным количеством крови.

— Они наверняка оставили засаду. Наша задача сдаться в плен под предлогом, чтобы ей не навредили. А там уже вместе думать будем, — оборотень пристальным взглядом окинул окрестности.

Он уже приметил выставленную охрану, и дав знак своим, первым приблизился к обломкам, которые когда-то являлись баром. Компанию повязали без лишнего шума и вот уже мир померк в телепортационной вспышке, и в мгновение ока друзей доставили на базу заперев в отдельной камере, больше напоминающей обычную клетку, в которых перевозят животных.

— Мама! — Матвей первым заметил вторую подобную клетку. Анечка сидела в дальнем углу и настороженно следила за прикованной подругой. На шее Витторины «красовался» уродливый шипастый ошейник. Женщина находилась без сознания и выглядела мертвенно бледной, из-за чего могло показаться, что она уже мертва.

— А она хороша, — по ту сторону клетки, напротив Рустема, остановился Мор. — Она вновь удивила всех. Прежде чем ее повязали, наша миленькая смертушка унесла с собой почти две тысячи воинов и третью часть Оскаров. Можно сказать, для нас это внушительные потери. Еще никогда Демонесса не теряла столько.

— Что вы с ней сделали?

— Ничего. Вас сюда телепортировали. Эту веселую парочку мы тащили через Порталы выиграв тем самым два месяца. Она просто голодна. Голодна настолько, что я думаю съест свою подругу, — Всадник улыбнулся, наблюдая за Мареной.

— Мама никогда не поступит так! — с вызовом проговорил Матвей.

— Мама? Надо же, у такого монстра есть дети. Ну что ж проверим.

Упирающегося Матвея вытащили под конвоем и втолкнули в клетку с Мареной, одновременно ослабляя кандалы. Рустем чертыхнулся, но не смог ничего сделать.

Вита! Вита, услышь меня! Я понимаю, что ты голодна. Но рядом с тобой твой сын и твоя лучшая подруга.

Матвей обернулся к маме и вздрогнул, увидев, что та пришла в сознание и открыла глаза.

— Мама, это я, — парень почувствовал, как им овладевает страх.

Алые глаза без намёка на осмысленность вперились в горло Матвея. Во взгляде читался лишь голод.

Соколова!

Она