Волчицы из Машкуля - Александр Дюма

Пока Малыш Пьер, улыбаясь, все это выговаривал Мишелю, подошли еще двое: они должны были сопровождать Малыша Пьера; после короткого совещания они согласились с тем, что их слишком много и они могут привлечь к себе внимание. И им пришлось остаться.

Так Малыш Пьер, Мишель и Мари вышли без провожатых.

Набережная казалась пустынной. На мосту Руссо не было видно ни одной живой души. Мишель освещал дорогу.

Мост они прошли без приключений.

Мишель вышел на берег; Мари и Малыш Пьер, держась рядом, следовали за ним.

Ночь была ясная, настолько ясная, что беглецы не осмелились идти по открытой местности.

Мишель предложил свернуть на дорогу в Ле-Пельрен, пролегавшую среди деревьев параллельно реке. Его предложение было принято, и они пошли по дороге, соблюдая тот же порядок, что и раньше.

Благодаря лунному свету время от времени перед ними широкой серебристой лентой представала река с разбросанными то тут, то там поросшими лесом островками, видневшимися темными пятнами на светлом фоне реки и уходившими в небо кронами деревьев.

При всех своих недостатках лунный свет имел и свои преимущества. Мишель, который выполнял роль проводника, был, по крайней мере, уверен, что не сбился с дороги и мог еще издали увидеть корабль.

Когда они прошли или, вернее, обогнули, поселок Ле-Пельрен, молодой барон оставил Малыша Пьера и Мари в укромном месте около реки, а сам, подойдя к самому берегу, свистнул, подавая сигнал Жозефу Пико.

Жозеф не ответил тревожным криком и Мишель, который до сих пор не мог унять свое волнение, начал успокаиваться. Не услышав ответа, он уже не сомневался в том, что шуан вот-вот появится.

Мишель ждал минут пять; вокруг стояла не нарушаемая ничем тишина.

Ему пришлось подать сигнал во второй раз, но теперь его свист был более протяжным и резким.

Никто не ответил, никто не пришел.

Подумав, что, возможно, он ошибся и вышел не на то место, Мишель побежал вдоль берега.

Через двести шагов он увидел, что остров Куерон и деревня с тем же названием остались позади.

Впереди не было ни единого островка, за которым могло бы укрыться судно.

Оно должно было ждать его именно в том месте, где он останавливался в первый раз, между деревнями Куерон и Ле-Пельрен; судно должно было стоять на якоре как раз позади острова, мимо которого он пробежал. Отсутствие Жозефа Пико Мишель не мог объяснить ничем, кроме как несчастным случаем.

И тут ему в голову пришла мысль.

Ему с самого начала не понравилась физиономия шуана, и он опасался, что огромные деньги, обещанные за выдачу Малыша Пьера, могли его прельстить. Мишель поделился своими опасениями с Малышом Пьером и Мари, когда они подошли к нему.

Однако Малыш Пьер недоверчиво покачал головой.

— Не думаю, — сказал он, — если бы этот человек нас выдал, мы уже давно были бы арестованы; впрочем, это не объясняет отсутствие корабля.

— Вы правы: я не вижу лодки, которую должен был выслать капитан.

— Возможно, еще не время.

Не успел он произнести эти слова, как словно в ответ раздались два удара колокола в селении Ле-Пельрен.

— Вот слышите, — сказал Мишель, — пробило два часа.

— А время встречи было согласовано с капитаном?

— Сделав приблизительные расчеты, моя мать просила его быть на месте встречи в пять часов.

— Возможно, он не рассчитывал, что мы явимся на три часа раньше, и потому нас не ожидает.

— Что же нам делать? — спросил Мишель. — Я несу слишком большую ответственность, чтобы брать инициативу на себя.

— Надо взять лодку, — ответил Малыш Пьер, — и попытаться найти корабль. Возможно, капитан, зная, что нам известно место стоянки корабля, решил, что мы доберемся до него самостоятельно.

Мишель сделал сотню шагов в сторону Ле-Пельрена, когда заметил причаленную к берегу лодку. На ее дне лежали еще не высохшие весла: это говорило о том, что лодкой пользовались совсем недавно.

Вернувшись к своим спутникам, чтобы сообщить им эту новость, он предложил переждать в укромном месте, пока он переплывет реку.

— Вы хотя бы умеете управлять лодкой? — спросил Малыш Пьер.

— Признаюсь, — ответил Мишель, покраснев, так как не умел этого, — что я не очень-то силен в этом.

— В таком случае, — предложил Малыш Пьер, — мы поплывем вместе с вами, и я буду вашим лоцманом; раньше мне не раз приходилось это делать ради забавы в Неаполитанском заливе.

— А я, — сказала Мари, — помогу ему грести, мы с сестрой часто переплывали озеро Гран-Льё.

И они забрались в лодку втроем; когда они уже были на середине Луары, сидевший на корме и следивший за течением реки Малыш Пьер крикнул, наклонившись вперед:

— Вот он! Вот он!

— Кто? Что? — спросили в один голос Мари и Мишель.

— Корабль! Корабль! Посмотрите, вот там, там!

И Малыш Пьер указал рукой вниз по течению реки в направлении Пембёфа.

— Нет, — сказал Мишель, — не может быть, чтобы это был он.

— Почему?

— Потому что он удаляется от нас, вместо того чтобы плыть нам навстречу.

В эту минуту они поравнялись с мысом островка. Мишель спрыгнул на землю, помог своим спутникам вылезти из лодки и, не теряя ни минуты, побежал к противоположному концу островка.

— Вот где наш корабль! — крикнул он, возвратившись, Малышу Пьеру и Мари. — Скорее в лодку! И наляжем на весла!

Все трое снова бросились к лодке. Мари и Мишель сели за весла, в то время как Малыш Пьер устроился у руля. Они гребли изо всех сил.

Плывя по течению, лодка быстро нагоняла шхуну, и нагнала бы, если бы шхуна плыла с той же скоростью, что и раньше.

Вдруг неожиданно веревки и мачта, четко вырисовывавшиеся на фоне светлого неба, скрылись за черным квадратом раскрывшегося грота.

И тут же над ним развернулся второй кусок полотна — марсель.

Затем пришел черед расправиться бизани.

Воспользовавшись поднявшимся попутным ветром, «Молодой Карл» поднял все паруса.

Мишель принял весло из слабых рук Мари; он склонился над веслами, словно каторжник на галере; его отчаянию не было предела, ибо ему хватило секунды, чтобы понять, какая незавидная судьба ждала их после отхода шхуны.

Он хотел крикнуть, позвать, поднять весло, однако Малыш Пьер из предосторожности приказал ему ничего не делать.

— Ба! — воскликнул Малыш Пьер, который, невзирая на все превратности судьбы, никогда не терял присутствия духа. — Смотрите, Провидение не желает, чтобы я покинул благословенную землю Франции.

— Ах! — воскликнул Мишель. — Лишь бы речь шла только о Провидении!