Тайпан - Джеймс Клавелл

Сквозь туманящий сон Струан чувствовал, что Мэй-мэй рядом с ним. Он вдыхал запах ее духов, ощущал теплоту ее тела, и душу его обнимал покой, потому что лихорадка осталась далеко в прошлом и она опять была здорова. Они лежали вместе, согретые солнцем, и он физически ощущал исходящую от нее силу и радость жизни. Он спросил, что подарить ей на день рождения, но она просто рассмеялась и тесно прижалась к нему под солнцем, которое было темным, необычным и нереальным, но все же прекрасным. Потом они изо всех сил приникли друг к другу, и он слушал ее счастливое щебетание, а в следующий миг они уже вместе плавали в море, и это показалось ему странным, потому что он знал, что она не умеет плавать, и он изумленно спрашивал себя, когда она успела научиться. Затем они, нагие, лежали рядом на пляже, соприкасаясь друг с другом всем телом. Потом она начала дрожать, и его охватила паника, что у нее снова лихорадка, но тут появился монах в заскорузлой от крови рясе и с чашкой в руке, и лекарство прогнало лихорадку Мэй-мэй, а затем наступила тьма. Тучи сомкнулись над ними, и настала ночь среди дня, и Фэн кричал им из глубины волн: «Тайфун!» А потом они побежали прочь от этих туч и вместе оказались в постели, далеко от опасности.

Он шевельнулся во сне. Наполовину проснувшись, он ощутил прикосновение нежного тела; его ладонь заскользила по нему, накрыла ее грудь, и он почувствовал, как дрожь пробежала по ним обоим.

Он лежал в полутемной комнате на пороге пробуждения. Грудь под его рукой была мягкой, и он чувствовал ладонью набухший сосок.

Он открыл глаза.

Иньси томно улыбнулась.

Струан рывком приподнялся на локте:

– Кровь Господня, какого дьявола ты здесь делаешь?!

Иньси непонимающе заморгала глазами:

– Главная Гаспажа настлала миня.

– А? – Струан попытался обрести ясность мысли.

– Главная гаспажа настлала миня, тайпан.

– Что? Мэй-мэй? Мэй-мэй? Она что, с ума сошла? – Он показал рукой на дверь. – Ну-ка, давай.

– Главная Гаспажа настлала миня, – покачала головой Иньси.

– Мне наплевать, даже если тебя послала королева английская! Убирайся!

– Главная Гаспажа настлала миня! – надув губы, упрямо повторила Иньси, потом решительно уткнулась головой в подушку и яростно посмотрела на него снизу вверх.

Струан расхохотался.

Иньси ничего не понимала. О боги, Главная Госпожа была права! Варвары – поразительный народ. Но я с этой кровати не уйду! Как он смеет ходить в бордель и заставлять меня терять лицо перед тайтай? Что я, в конце концов, старая ведьма, до которой противно дотронуться? О нет, тайпан! Я никуда не уйду! Я очень красивая, и я Вторая Сестра и Вторая Госпожа в вашем доме, вот так-то!

– Клянусь всеми богами, – сказал тайпан, приходя в себя, – я женюсь на Мэй-мэй, даже если это будет последнее, что я сделаю в своей жизни. И чума на них всех!

Он откинулся на спину и начал размышлять о том, что он и Мэй-мэй будут делать дома в Англии. Она станет кумиром Лондона… если только не будет надевать европейских нарядов. Вместе мы устроим английскому обществу хорошую встряску. Теперь я должен торопиться домой. Возможно, мне удастся самому сокрушить министра иностранных дел! Или блокировать Уэйлена. Да. Теперь ключ к Гонконгу находится в Лондоне. Итак – домой, и чем скорее, тем лучше.

Он повернул голову на подушке и посмотрел на Иньси. Только сейчас он по-настоящему увидел ее. Она была очень желанна. Аромат ее духов был столь же изысканным и нежным, как и ее кожа.

– Ах, девочка, нельзя так искушать человека, – проговорил он.

Она придвинулась ближе к нему.

«Белая ведьма» дотащилась в гавань перед самым полуднем. Клипер потерял фок-мачту, главную палубу покрывали обломки рей вперемешку со спутавшимся такелажем.

Корабль медленно двигался к своей стоянке, когда к его борту подошел катер Брока.

– Клянусь Господом, кто-то заплатит мне за это! – прорычал он, поднявшись на палубу. Глядя на порванную незарифленную парусину, запутавшуюся в фалах, он инстинктивно понял, что корабль нес слишком много парусов. – Что случилось?

– Добрый день, сэр, – сказал Майклмас, рослый и крепкий первый помощник со следами оспы на лице. – Я заменил мистера Горта. До тех пор, пока вы не решите насчет капитана. – В огромном кулаке он сжимал плеть. – В двух часах плавания от Макао мы угодили в шквал. Этот чертов шквал едва не перевернул нас кверху килем. Унес мачту и стащил с курса на пятьдесят лиг.

Брок сжал кулак и потряс им перед самым носом первого помощника:

– Ты что, не знаешь, как заранее разглядеть шквал в открытом море? Не знаешь, что в это время года надо брать рифы на парусах?

– Знаю, мистер Брок, – без страха ответил Майклмас. – Но шквал-то налетел с подветренной стороны. Не ругайте меня за шквал, клянусь Богом!

Кулак Брока отбросил его к фальшборту, и Майклмас без сознания сполз на палубу.

– Пенниуорт! – проревел Брок второму помощнику, приземистому молодому силачу. – Ты назначаешься капитаном до дальнейших распоряжений. Выводи штормовые якоря. Погода портится, к чертям. – Он увидел на юте Кулума.

Моряки спешили убраться с его дороги, пока он пробирался через груды порванных снастей и поднимался по короткому трапу. Наконец его гигантская фигура выросла перед молодым Струаном.

– Доброе утро, мистер Брок. Я хотел бы…

– Где миссис Брок?

– Внизу, сэр. Мистер Майклмас был не виноват. И я хотел…

– Заткнись! – прорычал Брок и пренебрежительно повернулся к нему спиной. Кулум вскипел при таком оскорблении: Брок никогда бы не повернулся спиной к тайпану.

– Корабль покидать запрещаю! – прокричал Брок. – Немедленно наведи здесь порядок, Пенниуорт, или отправишься на берег следом за этим содомитом Майклмасом. Уберите его, к чертям, с моего клипера! – Он круто повернулся к Кулуму. – Скоро я с тобой поговорю!

– Я бы хотел поговорить прямо сейчас.

– Еще одно слово, прежде чем я буду готов, – и я сотру тебя в порошок.

Кулум последовал за Броком вниз и пожалел, что рядом нет тайпана. О Боже, как я смогу справиться с этим человеком?! И почему нам обязательно нужно было попасть в этот проклятый шквал?

Тесс стояла у двери своей каюты. Она робко улыбнулась и сделала книксен, но Брок прошел мимо, открыл дверь главной каюты и с треском захлопнул ее за собой.

– О дорогой, да поможет нам Господь! – сквозь слезы сказала Тесс Кулуму.

– Не волнуйся. С нами все будет в порядке. – Кулум старался, чтобы голос его звучал ровно; ему отчаянно хотелось иметь под рукой пистолет. Он подошел к кофель-планке, выдернул из нее кофель-нагель и жестом показал Тесс, чтобы она вернулась в каюту. – Не тревожься. Он дал священную клятву. Он обещал.

– Давай убежим, пока еще есть возможность, – взмолилась она.

– Теперь бежать нельзя, дорогая. Не тревожься. Лучше все решить сейчас. Мы должны поговорить с ним.

– Стало быть, ты проворонила Тесс и позволила этому щенку одурачить тебя, а? – говорил Брок.

– Да. – Лиза пыталась сдержать охватившую ее панику. – Я приглядывала за ней, как положено, и я никогда не думала, что… Но они сбежали, и это моя вина. Только они женаты, дружок, и мы ничего не…

– Это уж мне решать, клянусь Богом! Что произошло с Гортом?

Она рассказала ему все, что знала.

– Горт сам вызвал Дирка Струана, – повторила она. Ее сердце сжималось от страха. Не только за себя, но еще больше за Тесс и Кулума. И за мужа. Если Тайлер вот так выйдет против этого дьявола, он не жилец на этом свете. – Это все Горт, Тайлер. Он называл тайпана ужасными именами. И ударил его плетью. Прямо на глазах у всех ударил. Я говорила Горту подождать – приехать сюда и послушать, что ты скажешь, – но он ударил меня и ушел.

– Что?!

Она убрала волосы, открыв правое ухо. Оно раздулось и почернело, внутри запеклась кровь.

– До сих пор болит так, что просто ужас. – Она расстегнула блузку. На груди темнели огромные кровоподтеки. – Он сделал это. Твой сын. Он сущий дьявол, и ты сам это знаешь.

– Господи, Лиза. Если он… Если бы я знал… тогда оно и к лучшему, что он умер. Но не от руки наемного бандита и не без почетного поединка, клянусь Богом!

С искаженным от гнева и боли лицом, он подставил кружку под бочонок с элем, и Лиза возблагодарила Бога за то, что у нее хватило предвидения сменить старый бочонок на свежий.

– Доктор уверен насчет женской болезни? У этого юного мерзавца?

– Болезни у него нет, и он не мерзавец. Он твой зять.

– Знаю. Будь он проклят!

– Тайлер, прости их. Я умоляю тебя. Он славный юноша и ужасно любит Тесс, и она так счастлива, и…

– Придержи язык! – Брок залпом проглотил пиво и со стуком поставил кружку на стол. – Это все дело рук Дирка. Я знаю. Мне назло! Сначала он задумал убить моего старшего сына, а потом отнял у меня радость выдать мою дочку замуж честь по чести. Будь он проклят! Даже это Струан отнял у меня! – Он запустил кружкой в перегородку. – Мы похороним Горта в море сегодня.