Коммандер Граймс (Сборник) - Бертрам Чандлер

Ларвуд подошел поприветствовать группу, которая спускалась по трапу первой, и салютовал старшему на вид мужчине.

- Вы... руководитель, сэр?

- Да, сын мой, я гуру Уильям, - ответил высокий старик, седовласый и седобородый. - Надеюсь, все готово?

- Все готово, ваше... преподобие, номера на двести человек. В конференц-зале оборудован храм - в соответствии с вашими пожеланиями.

- Очень хорошо, - ответил гуру.

- Очень хорошо, - эхом отозвались его спутники, которые внимательно прислушивались к диалогу.

- Что-то здесь не так, Шкипер, - шепнул Вильямс на ухо Граймсу.

- Гхм... да. - Коммодор разглядывал проходящих мимо них поклонников Церкви Ворот. Они двигались словно в трансе, скользя по плотно утоптанному красному песку как сомнамбулы. И на всех лицах - женских, мужских, старых, юных - застыло одно и то же выражение... блаженства?

"Когда святые маршируют... - с усмешкой подумал Граймс, - меня что-то не тянет к ним присоединиться".

Клаверинг спустился по трапу из ближайшего шлюза, терпеливо дождавшись, пока он коснется земли. Вид у капитана был откровенно встревоженный. Направившись было к Ларвуду, который беседовал с гуру, он остановился около Граймса, Вильямса и Биллинхарста.

- Любо-дорого смотреть, капитан, - произнес Граймс. - Воскресная церковная школа на пикнике.

- Это не смешно, коммодор! - рявкнул Клаверинг и быстро пошел прочь.

- Какая муха его укусила? - спросил Вильямс.

- Возможно, та же самая, от которой мне удалось отмахнуться, пробормотал Граймс. - А вы, коммандер? Неужели вы чувствуете себя уютно среди религиозных фанатиков, среди мужчин и женщин, которые со страстью одержимых верят во что-то иррациональное? Вам доводилось общаться с кем-нибудь из них? С человеком, который с воодушевлением пытается влезть вам в голову и перекроить там все по своему образу и подобию? Примерно то же самое я чувствую, когда любуюсь на это стадо.

- Живи сам и дай жить другим, - отозвался Вильямс.

- Готов согласиться. Это позиция либерального и в меру циничного агностика. Только не забывайте о том, что среди верующих есть куда менее терпимые люди. Те, для кого высшее наслаждение состоит в истреблении неверных. Крестовые походы, джихад, кровавые революции ради установления диктатуры пролетариата - примерам несть числа.

- Надеюсь, эти чудики достаточно безобидны, Шкипер. Ну, выглядят странновато. Те же "люди-цветы", только слегка постарше и поприличнее. "Шары", которые пока еще не стали "чурбанами", но уже не способны по-настоящему, от души, кататься.

- Гхм... Возможно, вы правы. Очень на это надеюсь, - он покосился на дьяволов, которые разгружали багажное отделение. - А они не обременяют себя излишествами.

- Думаю, им немного надо, - ответил Вильямс. - Балахон на смену, пара сандалий и туба с кремом-депилятором. Вот и все. Можно сказать, путешествуют налегке.

- Ну что, коммодор, - вступил в разговор Биллинхарст, - шарик вот-вот взлетит.

- Шарик?! - Граймс вздрогнул, будто его разбудили.

- Разумеется! - прорычал толстяк. - И вы прекрасно знаете, что должны сделать, когда он взлетит.

- Если он взлетит, - уточнил Граймс.

- Непременно взлетит, коммодор, не сомневайтесь, - и шеф таможни вразвалку направился прочь.

Граймс повернулся к Вильямсу.

- Будь я проклят... но боюсь, он прав.

Но прежде, чем это случилось, прошло ни много ни мало пять дней.

Эти пять дней были... можно сказать, весьма интересными. "Люди Ворот" совершенно не походили на обычных туристов. Они отказались от экскурсий, не варились в Адском Котле, не мерзли в Чистилище и даже в "Игорный Ад" заглядывали нечасто. Их рацион состоял из самых простых блюд, и шеф-повар был готов рвать и метать, однако уровень потребления алкогольных напитков в отеле явно не снизился. Утром, днем и вечером они встречались в переоборудованной столовой и проводили богослужения. Они никому не проповедовали, но и не мешали любопытным поближе познакомиться со своей религией.

Среди последних оказались Граймс, который посетил целых две службы, Вильямс, офицеры "Маламута", Биллинхарст со своей командой и почти весь обслуживающий персонал "Объятий Люцифера".

Все происходило без песнопений и церемоний. Верующие сидели на полу почти в полной темноте, а в центре на возвышении восседал гуру Уильям.

- Братья мои, начнем медитацию. Откройте сознание истинной реальности, - этими словами он начинал каждую встречу.

Воцарялось молчание - зачастую очень долгое молчание, нарушаемое лишь негромкими вздохами. Потом кто-то произносил одно-единственное слово.

- Мир.

И опять тишина.

- Тьма вечно длящаяся.

И снова тишина. Напряжение нарастало.

- Конец света.

- Конец жизни.

- Не-жизнь, не-смерть. И снова тишина.

- Ворота в бесконечность.

- Откройте Ворота! Откройте Ворота!

- Ворота в Никогда!

- Откройте Ворота!

- Знаете, Шкипер, меня трясет, - шепнул Вильямс.

- Мне больше по душе культы, где распевают гимны в стиле Мууди и Сэнки, - ответил коммодор.

- Конечно. По крайней мере, к большинству их мелодий можно подставить свои слова, - и он уныло затянул:

Белей самой белой известки!

Белей самой белой известки!

Искупай меня в той же воде,

Где купались пятнадцать немытых детей,

И я стану белей

Самой белой на свете известки!

- Коммандер, я вас умоляю!

- Простите, Шкипер. Но после того как посидишь, скрестив ноги, в окружении хронических наркоманов, хочется чуть-чуть побогохульствовать. Тем более вы говорили, что Мууди и Сэнки вам по душе.

- Начинаю в этом сомневаться. Кстати, что слышно от наших шпионов?

- Аэробот капитана Клаверинга, как и остальные катера, в состоянии готовности номер один. Равно как и наш катер. "Жучок" на катере Клаверинга стоит. Состояние нашего радиооборудования оставляет желать лучшего. Но вахтенные следят за обстановкой, и если что случится, они сразу же сообщат нам.

- А старина Биллинхарст держит в состоянии боеготовности своих мальчиков и девочек. Но мне кажется, что Клаверинг отправится на рандеву с СБ-3 на закате или на рассвете.

- А миссис Клаверинг? Что она говорит?

- Да ничего. Совершенно ничего. Само собой, обеспокоена. Намекнула, что все начнется в самый последний момент, и если я придержу собак, то... буду достойно вознагражден, - он криво усмехнулся. - К несчастью, ищейки Биллинхарста, равно как и мои, уже вышли на охоту, а я не могу представить женщину, которая захочет строить глазки Биллинхарсту.

- Возможно, то же самое можно сказать и о вас, Шкипер.

- Напомните мне, коммандер, разжаловать вас в астронавты четвертого класса, когда мы вернемся в цивилизацию.

29