Воровская трилогия - Заур Зугумов

Сам он был детдомовцем, родственников не имел, и, если бы не один благодарный еврей, которого Александр когда-то выручил по пустячному поводу, гнить бы ему на нарах лет пять, не меньше.

Но это была лишь половина истории. Освободившись из Матросской Тишины, он узнает, что его бывший кореш преспокойно наслаждается жизнью на Кипре, а любовница заражает на панели СПИДом залетных фраеров. Ей он мстить не стал: ее уже и так судьба покарала, а вот кореша своего бывшего он решил наказать, и не просто наказать, а уничтожить, но сделать это по уму. Ведь месть – это блюдо, которое всегда подается холодным.

Глава 17

И вот что он задумал. На Кипре, где в тот момент притухал этот подонок и где у него был процветающий бизнес, отдыхала некая юная супруга одного из влиятельных в России политиков, единственный недостаток которого заключался в том, что он был уже достаточно стар. Но на свою молодую жену, как обычно бывает в таких случаях, денег не жалел, а она разъезжала по курортам всего мира, соря его деньгами, и отрывалась по полной программе.

Во время одного из таких круизов она и познакомилась с подонком, который, не так давно засадив своего кореша на нары, перебрался на Кипр, и стала его любовницей. Но проблема Александра заключалась в том, что он слишком хорошо знал: ему есть что терять – и был предельно осторожен. Единственным доказательством любовной связи была фотография, которую эта мразь сделала не в кипеш на яхте при весьма пикантных обстоятельствах и которую он постоянно носил с собой в портмоне.

В погоне за жизненными благами этот гад не брезговал ничем. Это его в конце концов и сгубило, как и многих ему подобных сгубили жадность, подлость и предательство.

Кстати, за эту информацию Александр выложил кругленькую сумму в зеленых.

Так вот, мне нужно было выкрасть эту фотографию, но так, чтобы терпила не заподозрил того, что мне нужна была именно фотография, а не его кошелек. То есть нужно было красть ее вместе с лопатником или барсеткой.

В Польше я должен был получить кое-какие дополнительные инструкции, а также, по поручению ряда доверенных лиц из преступного мира, информацию о недавнем выходе пятидесятитысячных купюр, но не в российском Гознаке, а в его тайном «филиале» в Кракове, и уже из Варшавы вылететь в Никосию.

Ни самого клиента, ни настоящей цели операции Наташа не знала. Так хотел Александр, так я и поступил, хорошо его понимая, как мужчина мужчину. Но ей это было и не обязательно знать. Главным как для нее, так и для меня были наши отношения, то есть порядочность буквально во всем, с чем бы ни столкнула нас жизнь.

В Польше мы провели около недели и после получения нужной информации, подождав очередную группу туристов, отправлявшихся на Кипр, вылетели из Варшавы.

Никогда не забуду то время. Даже за границей Российской империи я не мог спокойно себя чувствовать и забыть хотя бы на время об этой варварской стране, о ее легавых и деградировавших чиновниках, ибо в то время у всех на устах была только Россия.

Ни один из блоков новостей ни в Польше, ни на Кипре не обходился без сенсационных заявлений российских политиков, кровавых разборок с расстрелами криминальных авторитетов какой-нибудь из московских группировок или Воров в законе.

Многие процессы в российском обществе регламентировались в то время силой мышц и отсутствием рефлексии. Опытному преступнику, хорошо знающему черные ходы и выходы в своем отечестве, нетрудно было догадаться, что в России идет настоящая гангстерская война и торопиться возвращаться туда нет никакого смысла.

Туристическая путевка по Кипру была рассчитана на 22 дня, так что времени у нас было более чем достаточно для того, чтобы успешно провернуть операцию.

Глава 18

Итак, в один из солнечных мартовских дней 1993 года я вместе с группой туристов из разных стран бывшего СССР выходил из аэровокзала столицы Кипра Никосии, таинственно переговариваясь с дамой бальзаковского возраста, и ни на минуту не сводил глаз со своей подельницы. Она тоже времени зря не теряла, весело переговариваясь с пожилым донжуаном из Львова и, по ходу пьесы, также пробивала все вокруг. У выхода группу туристов, в которую входили и мы, ожидал автобус, на котором через несколько минут мы благополучно добрались до трехзвездочного отеля «Афина Паллада».

Кипр еще в 1974 году разделился на две части – греческую и турецкую, но это обстоятельство не играло какой-нибудь заметной роли для иностранцев, передвигавшихся по острову. Были бы баксы…

В Никосии разделительная полоса шириной в три метра была выкрашена в зеленый цвет и проходила прямо посреди города. Зная наперед, куда предстоял наш путь, я заручился в Москве рекомендациями некоторых Урок-грузин, да и сам знал здесь кое-кого и, как показало время, с некоторыми из них даже чалился у хозяина.

Здесь, в древней стране эллинов, выходцев из России, Казахстана, Молдавии и Грузии называли понтийскими греками. И надо сказать, в то время не только на Кипре, но и во всей Греции их было более чем достаточно, что безусловно упрощало нашу задачу.

Прекрасно понимая, что в данном случае не следует действовать наудачу и встречать опасность (а фактор риска был велик, ибо у терпил на карту было поставлено очень многое, если не сказать – все), как следует не подготовившись к ней, мы почти на всю ночь заперлись у Наташи в номере и обдумывали план действий, а следующим утром начали претворять его в жизнь.

Для начала Наташа взяла напрокат почти новый трехсотый «мерседес»-кабриолет.

Эта мразь жила в 120 километрах к югу от Никосии, прямо на берегу Средиземного моря, в городе Лимасол. Место тихое и достаточно живописное. Здесь всегда было много туристов, особенно «новых русских», так что и в этом плане удача сопутствовала нам. Главным было правильно сыграть свои роли.

Договорившись со старшим группы, как делали многие, мы покинули отель в Никосии и, чтобы не привлекать лишнего внимания, расположились в маленьком домике у одинокого рыбака на мысе Гата, в нескольких километрах от Лимасола. Он отказался брать с нас плату, зато мы, в благодарность за его доброту, во время каждой поездки в город пополняли его запасы в погребе несколькими бутылками «Зивиании» отличного качества или при случае покупали в каком-нибудь баре русскую водку, от которой он был в особом восторге.

«Хижина дяди Тома», как ласково прозвал я дом этого простого и доброго человека, был потрясающим местом, настоящей идиллией для влюбленных. Здесь было все для того, чтобы окунуться в пучину неги и сладострастия: рыбацкая лачуга на берегу лазурного моря, величественные скалы, силуэты сверкающих огнями в ночной дали кораблей и поистине райское благоухание из маленького лесочка поблизости.

Киприоты – очень благодушный и гостеприимный народ, впрочем, как и все южане, населяющие Средиземноморское побережье, и принимают все сказанное вами за чистую монету. Им нет надобности сомневаться в ваших словах, проверять ваши документы или быть слишком любопытными. Этот народ чист и открыт для любого порядочного человека.

Я это к тому, что сезон наплыва туристов по большому счету еще не начался, а в городе с населением в несколько десятков тысяч человек и окрестностями в сотни раз меньшими окрестностей Москвы затеряться было не так-то просто. Поэтому и приходилось изворачиваться и лгать направо и налево.

Эту падаль мы выследили на следующий же день по прибытии на мыс Гата и в течение нескольких следующих суток были у него на хвосте, периодически меняясь у руля и импровизируя, как только можно, но все наши ухищрения не приносили нужного результата.

В рестораны и бары он никогда не заходил, в магазины и лавки тоже. Несколько раз побывал в банке в Никосии, через день ездил в пригород, на виллу к старому немцу-антиквару, остальное время проводил либо у себя дома, либо с проститутками на яхте какого-то бобра.

Я уже было занервничал, но вовремя взял себя в руки и решил использовать запасной вариант, который предусмотрительно разработал еще в первый день, как будто сердцем чувствуя, что именно он принесет нам удачу.

Глава 19

Это был, так сказать, «сухумский вариант». Почему именно «сухумский»? Да потому, что первыми, кто начал его применять на столичных автострадах, были выходцы именно из этого города.

Какое-то время и я был в доле в одной из таких бригад, но потом понемногу отошел от них. Не знаю почему, но мне этот вид воровской деятельности был не по душе, хотя он и приносил большие доходы.

В чем же заключалась эта работа? Ну, во-первых, для ее осуществления нужен был надежный автомобиль, отличный водитель, хорошо знающий город, сноровка и подельник или подельники, так как одни предпочитали работать вдвоем, а другие – втроем.

Разъезжая по престижным и «хлебным» районам города, бригада подыскивала подходящего клиента (на хорошей машине и обязательно с барсеткой в руке), а вычислив такого потенциального терпилу, тут же падала ему на хвост.