Сага о халруджи - Вера Александровна Петрук

Арлинг вздохнул. Все, кому он когда-то поверил, его предали. Сначала отец, потом Даррен, затем Абир. Магда тоже была предательницей. Потому что умерла одна.

— И какова цена вашего лечения? — задал он главный вопрос. — Ничто не делается бесплатно.

— О цене мы поговорим тогда, когда ты скажешь мне, что вылечился. Справедливо?

Не совсем… Регарди хотел бы быть уверенным, что от него не потребуют ограбить императорское золотохранилище в Самрии.

Наверное, мысли отразились у него на лице, потому что иман усмехнулся.

— Обычно излечившиеся сами выбирают вид и размер вознаграждения за мою работу, — пояснил он. — Зависит от результата и … твоей благодарности. Я приму все кроме денег. За золото я продаю иные услуги.

— Какие это? — не сдержавшись, спросил Арлинг.

— Обучение в школе стоит недешево, — уклончиво ответил иман.

— Хорошо, — кивнул Регарди. — Мне нравится все, что вы сказали. Если вы сможете…

— Если мы сможем, — поправил его мистик. — Тебе придется работать столько же, сколько и мне. И даже больше.

— Я готов. С чего начнем?

Арлингу не терпелось приступить к лечению немедленно, но иман, похоже, не торопился.

— Нам предстоит вкусить неизведанное, — загадочно произнес он. — Любая спешка может привести к неотвратимым последствиям. А начнем с того, что тебе нужно освоиться. Будешь жить вместе с моими учениками. Среди них есть пара человек твоего возраста. Думаю, вы поладите. С Беркутом ты уже знаком.

Регарди молча склонил голову. Ему еще долго предстоит только соглашаться.

— И еще, — вдруг сказал иман, когда Арлинг подумал, что разговор закончен. — Я хочу, чтобы ты запомнил. Потеря зрения — это не конец. Это лишь другая возможность изучать мир.

* * *

Строение, где жили ученики, называлось Домом Утра. В нем была всего одна комната. Деревянный пол, свободно гуляющий под потолком ветер, окна без стекол на каждой стороне, два ряда матрасов, набитых свежей соломой, — вот и все, что Арлинг смог узнать о своем новом убежище. Временном, как он надеялся.

Ученики имана в нем только спали, а занимались и ели в другом месте. Оно находилось в десяти шагах от спальни и носило название Дома Полдня. Здесь же ученики отдыхали и проводили свободное время. Иман не пригласил его внутрь, но Регарди догадывался, что оно не сильно отличалось от Дома Утра.

А еще на территории школы находились Дом Вечера и Дом Солнца. В вечернем помещении жили учителя, которых приглашали со всех стран мира. Иман рассказал, что в школе работало пять мастеров, однако о том, чему они обучали, умолчал. Решив, что сейчас не самое лучшее время для любопытства, Арлинг от расспросов воздержался.

В Доме Солнца жил хозяин школы, то есть сам мистик. Входить в дом, равно как и приближаться к нему, было запрещено.

— Если услышишь звон колокольчиков, значит, ты не на своей территории, — предупредил иман. — Еще я поставлю у двери плошку с розовым маслом. Этот запах будет предупреждать тебя о том, что следует повернуть. У моего дома так же растут кипарисы. Ветер шумит в их кронах иначе, чем в листве садовых деревьев. Слушай внимательно.

Такая забота трогала, но чем больше иман принимал мер, чтобы к нему в дом случайно не забрел слепой, тем интереснее становилось Арлингу. Однако каким бы сильным не было его любопытство, Регарди был уверен, что сможет с ним справиться. В конце концов, он прибыл сюда не для того, чтобы находить скелеты в чужих шкафах.

Самым большим зданием на территории школы был Дом Неба. Он состоял из пяти комнат и Смотровой Башни. В нем проходили занятия, а также жили гости и родственники учеников, приезжавшие их навестить. Оказалось, что почти половина обучающихся была из других городов.

— А псарня называется «Дом Желтой Собаки»? — не удержавшись, спросил Арлинг.

— Ах да, псарня, — спохватился иман. — Молодец, что напомнил. Она занимает большую часть школы и находится за Домом Неба. Надеюсь, тебе понятно, что туда ходить не стоит. Не все собаки содержатся в клетках, а у многих весьма длинные цепи. Не хотелось бы лечить тебя еще и от собачьих укусов.

— Это шумит городской парк? — спросил Арлинг, чтобы сменить тему.

— Это мой сад! — ответил иман с такой гордостью, словно представлял любимого сына. — Я собрал в нем растения и деревья со всего мира. У меня есть тис, которому тысяча лет. Ты можешь гулять там, только не приближайся к крепостным стенам. В целях безопасности я посадил возле них пару хищников.

Арлинг не стал уточнять, что за хищников имел в виду мистик. Сад интересовал его меньше всего. Ему хватит «прогулок» между утренними, вечерними и солнечными домами, в которых он уже успел запутаться.

— Ориентируйся от фонтана, — сказал мистик, останавливаясь у шумного источника, брызгающего водой. — Я построил его в самом центре школы. От него до каждого дома примерно по пятьдесят шагов. Кроме Дома Солнца — он дальше. Со временем я привяжу к дверям разные предметы, по которым ты будешь определять здания. Ступеньки тебе тоже помогут. К примеру, в Доме Утра их всего три.

Иман ошибся. В Доме Утра их оказалось четыре, и Арлинг ощутимо сбил о порог большой палец ноги, когда мистик повел его показывать помещение.

— Чтобы не беспокоить остальных, будешь спать у двери — распорядился кучеяр, когда они вошли в единственную комнату спального дома. — Скажешь ученику, который здесь спал, что я так решил. Отхожее место в пяти шагах за домом, найдешь по запаху. Завтра с утра я за тобой приду.

— А где все? — вопрос был уместен, так как, судя по холодному воздуху и бодрящему сквозняку, в Балидете давно стояла ночь.

— Отрабатывают, — усмехнулся мистик. — Кто-то сломал куст черной розы, а признаваться не хочет. Поэтому бегают все. Думаю, скоро приползут. До завтра, сын канцлера.

До завтра, добрый человек, подумал Арлинг с сарказмом. Доброта имана имела очень странный характер. Она напоминала мясной пирожок с Улицы Шутов в Согдиане — пышный, горячий, безумно вкусный, но с загадкой в начинке. Никогда нельзя было знать наверняка, родилась она на мясных фермах Флерии или выросла в трущобах Ярла, нож мясника стал причиной ее гибели или голодная смерть, мыла ли повариха руки или отерла их о грязный фартук, после того как вынесла помои. В свое время они с Дарреном проглотили несметное количество этих пирожков — их так удобно было запивать пивом. Холгер всегда безошибочно угадывал, если Арлинг питался на Улице Шутов, и еще долго потом портил ему настроение брюзжанием. Интересно, где сейчас был Холгер? Мысль была пугающей, потому что тянулась туда, куда дороги не было.

Арлинг потер голову и постарался найти удобное