Силы Хаоса: Омнибус - Кристиан Данн

Десятки советников, офицеров СПО, политиков, консультантов и членов Эклезиархии сидели за длинным столом. Здесь собрались самые влиятельные люди Танакрега, но, несмотря на свои высокие должности, они ругались как маленькие дети. Губернатор Флински почувствовал, как у него начинает болеть голова.

— Мой лорд, холодной воды? — спросил его тихий голос. Флински кивнул головой, как всегда благодаря Пиерло, своего слугу и телохранителя, за заботу. У каждого из сидевших за столом заседания людей была своя группа помощников замерших в ожидании позади высоких шелковых кресел, и эти маленькие избранные круги сильно отличались друг от друга. За полковником и старшими офицерами СПО стояли суровые адъютанты, одетые в жесткую униформу. Позади бранившихся политиков, бюрократов, адептов и министров находились сервиторы-лексографы, записывающие их слова, их тонкие металлические пальцы выводили изречения хозяев на крошечных свитках чистой бумаги и вставляли их в отверстия дата-катушек. Позади старших членов Эклезиархии стояли младшие жрецы и конфессоры с опущенным взором. По бокам от потевшего в официальном облачении кардинала стояли на коленях две бритоголовые женщины с зашитыми ртами. На груди они несли аквиллы, а к их бледным робам были приклеены печати чистоты.

На противоположной стороне стола тихо сидел одетый в алую мантию техник-администратор Фарон. На груди у него висела двадцати зубчатая шестеренка, символ Адептус Механикус, а его правый глаз заменял черный объектив, слабо жужжащий при фокусировке.

Спиной к собравшимся стоял судья-арбитр, смотревший то на окрашенный пол, то на потолок, то сквозь синтетические окна на раскинувшийся внизу город. Его руки были скрещены, и он не делал никаких движений и молчал, пока обсуждали повестку дня. Он был одет в полный панцирный доспех, не считая шлема, и черную накидку. Большой и бросающийся в глаза автопистолет висел на его бедре; во дворце не было никого, кто посмел бы потребовать его сдать оружие. Его безмолвное присутствие действовало Флински на нервы, и губернатор легко дотрагивался до лба, бросая взгляд на судью каждые несколько секунд. Присутствие старшего офицера Адептус Арбитрес говорило о том, что дело действительно серьезное, но он понятия не имел, зачем судья пришел на заседание.

— Друзья, начнем, — его тренированные и тонко аугментированый голос разнесся по залу. Несмотря на вызванное неожиданным приходом судьи беспокойство, его голос был привычно уверенным. — Адепт Траск, пожалуйста, проведите свой доклад сжато. И не стоит риторики, — с широкой улыбкой сказал он. — Похоже, она раздражает полковника.

За комментарием последовал вежливый смех, и адепт Траск снова встал на ноги, прочищая глотку. Он опустил папку и начал читать. Губернатор громко кашлянул, прервав бесцветный и тусклый голос маленького человека, который ожидающе оторвался от папки.

— Говорите в целом, министр, — произнес все ещё улыбающийся губернатор, — поскольку иначе вы смогли бы потратить не меньше часа нашего драгоценного времени, так?

Адепт не понял, был ли он оскорблен или нет, но видя, что губернатор улыбается, нервно ухмыльнулся и столкнул в папку толстую пачку бумаг. Дебил, подумал Флински.

— В… в целом, — начал адепт, — за последние три недели в Шинаре произошло семьдесят восемь рейдов, и силовики выявили сто двадцать мятежников. Ситуация под контролем.

Адепт быстро сел.

— Под контролем? Вы в своём уме, адепт? — Спросил одетый в мантию и тощий как скелет бюрократ. — В городе буйно разрастаются из-за деятельности мятежников демонстрации и грабежи. С каждой неделей все становиться только хуже. Ситуация под контролем? Я вынужден не согласиться. Силовики больше не могут контролировать Шинар. Я не пытаюсь их очернить, но у них просто нет необходимых ресурсов для борьбы с мятежом.

Пожилой министр внутренних дел Курц поднял руку, желая высказаться. Несмотря на возраст, это был сильный и приземистый человек, но десятки лет назад он потерял ноги и стал прикован к силовому креслу. Прежде чем он их лишился, он служил капитаном силовиков и офицером СПО. Будучи опытным старым бойцом, он был известен среди министров Флински за своё упорство. Многие считали его грубым, лишенным утонченности высокородных людей. Губернатор вздохнул, увидев толстую кипу бумаг в руках Курца.

— Уважаемый Бюрократ из Третьего говорит правду. Я просмотрел множество рапортов, описывающих деятельность так называемых мятежников. Они оказались гораздо более выдержанными и организованными, чем кто-либо мог подумать.

За столом раздались недоверчивые смешки, и губернатор посмотрел на Курца.

— И какие есть доказательства этого, благородный министр? — спросил он, покосившись на судью.

— Обширные планы Шинара и Шинарского полуострова. Точные карты, показывающие ущелья и проходы, ведущие сквозь горы.

Смех перерос в хохот.

— Так вы говорите, что силовики нашли некие карты, министр? — спросил Флински. — Им вовсе не необходимо проводить рейды, чтобы найти карты. Я уверен, что наши картографы могут одолжить их им.

— Также, у них был и детальный план вашего дворца, — твердо произнес Курц, глядя на лежащую пред ним карту, — с указанием проходов, не отмеченных на официальном плане дворца, к которому есть общий доступ. В частности, прохода в вашу спальню.

Губернатор целиком проглотил орех, который жевал. Многие сидевшие за столом вскочили. Поднялся гвалт. Он почувствовал, как Пиерло подошел ближе.

— Мой лорд, должен ли я отправиться и сменить коды доступа в ваши личные апартаменты? — тихо спросил он.

Губернатор кивнул, и его телохранитель выскользнул из комнаты.

— Из собранных силовиками доказательств, — продолжил Курц, перекрикивая гул в комнате, — я могу сделать вывод, что эти тайные отряды скоординировано осуществляют подрывную деятельность, угрожая безопасности Шинара. Это не изолированные банды восставших соляных рабочих, желающих избежать выплаты налогов. Это хорошо подготовленная и вооруженная организация мятежников, тайно проникшая в учреждения Шинара и других городов.

Он поднял карту.

— Здесь указано большое несанкционированное сооружение в горах Шакос, примерно в трех сотнях километрах отсюда. Я считаю, что там находится их сборный пункт или возможно тренировочный лагерь.

— Министр, я предпочел бы, чтобы эти документы изучили мои люди. Пожалуйста, предайте их мне после окончания заседания.

— Губернатор? — Недоверчиво переспросил Курц. — Вы… вы не намерены немедленно действовать после полученной от меня информации?

— Я буду действовать, министр, — ответил Флински, — если сочту это необходимым.

— Далее, — продолжил он. — Полковник? Я слышал, что сейчас у СПО проблемы?

— Я сожалею, но это так. Комиссариат был вынужден казнить многих офицеров за… разные нарушения. А что до мятежников, я предлагаю ввести в город больше подразделений СПО. Думаю, что присутствие войск сдержит народные волнения.

— Народные волнения? — Взревел министр внутренних дел. — Это скоординированная деятельность культа, губернатор, а не народные волнения, — он сплюнул. — Я уверен, что эти мятежники поклоняются губительным силам и…

— Достаточно, министр! — закричал губернатор. Его голова заболела ещё сильнее, и Флински отпил немного воды. — Без неопровержимых доказательств я не потерплю подобных разговоров! — Он сделал глубокий вдох. — Благодарю, полковник.

Он повернулся к вспотевшему кардиналу:

— А что думает Эклезиархия? Святой отец, что вы скажете?

— Наши службы посещает больше людей, чем обычно. Думаю, это связано с грядущим парадом планет. Распространяемая по нижним уровням жилых блоков паникерская пропаганда утверждает, что он приведет к концу света. Суеверные добытчики соли напуганы, — кардинал пожал своими толстыми плечами. — Также, больше людей присутствовало на дневных гимнах.

Губернатор фыркнул.

— Мне кажется, что начало мятежа, волнений и паники связано с этим пресечением. Но, во имя Шинара, это всего лишь парад планет! Трон, почему это всех так заботит?

— Красная планета Корсис вращается по странной, эллиптической орбите, и иногда она проходит очень близко к Танакрегу. Ещё реже, прохождение Корсиса совпадает с парадом планет, когда все они выстраиваются в рад. В последний раз это происходило десять тысяч, две сотни и девяносто девять лет тому назад. И подобное совпадение произойдет меньше чем через три месяца. — Произнес одетый в мантию человек в очках.

— Благодарю, просвещенный, — резко произнес губернатор. Головная боль стала почти непереносимой.

— Если не возражаете, губернатор, — произнес техник-адмнистратор, — я бы хотел вернуться на подстанцию. Я благословлял духи машины турбин, когда вы потребовали моего присутствия здесь.