Силы Хаоса: Омнибус - Кристиан Данн

— Говори как Корифей, а не как Кол Бадар, — тихо распекал его Ярулек.

Кол Бадар плотно сжал свою челюсть, смотря вниз:

— Темный Апостол, какие слова вы хотите услышать?

После шелковых слов Ярулека его голос казался уродливым и грубым.

— Я хочу, чтобы ты говорил от имени Воинства, как Корифей. Примет ли его Воинство?

— Мой повелитель, Воинство без сомнения исполнит ваш приказ.

— Естественно. Конкретнее?

— Они примут его и станут его почитать, если таковой будет ваша воля, — тяжелым голосом ответил Корифей.

— А что ты скажешь от своего имени? — мягко спросил Ярулек.

— Он малолетний выскочка, прыгнувший выше своей головы. Его не было с нами с самого начала. Он не сражался вместе с нами, когда мы атаковали проклятых шавок Ложного Императора на Терре, — кипя от злости, Кол Бадар добавил. — Ты должен позволить мне убить его.

Ярулек засмеялся.

— Малолетка… Я не слышал, чтобы ты называл его так раньше. Старый друг, он сражался против псов Ложного Императора немногими столетиями меньше чем мы.

Лицо Кол Бадара потемнело.

— Его не было с нами с самого начала.

— Да, но много времени прошло с тех пор. В мире смертных минуло десять тысяч лет.

— Мы живем не в мире смертных, — возразил Кол Бадар. Время не имело власти над варпом: воин мог провести в его нестабильных пределах месяц, и обнаружить, выйдя в материальный мир, что галактика изменилась и пролетели бессчетные десятилетия. Для Кол Бадара осада дворца Императора казалась чем-то, произошедшим не пугающие десять тысячелетий, а всего лишь несколько сотен лет тому назад. Его воспоминания ещё были свежи.

— Его избрали боги, — ответил ему Ярулек. — Не противься их воле, Кол Бадар. Наши повелители беспощадны, а душа вроде твоей стала бы для них прелестной игрушкой. Не позволяй своей ненависти к нему стать причиной твоей гибели.

По каведиуму эхом пронеслись медленные, мерные и печальные звуки колокола. Наступила тишина, и ни один из собравшихся Несущих Слово не двигался. Это означало начало проповеди, и Воинство замерло.

Кол Бадар был полководцем, убийцей и разрушителем миров. Но и он стоял терпеливо и неподвижно, безмолвно ожидая прибытия Темного Апостола. Он простоял бы без движения минуты или даже недели. Он ждал.

— ВПЕРЕД, — раздался голос в комм-линке. Одетые в черную броню силуэты Шинарских силовиков вышли из сумрака узкой аллеи. Лейтенант Варн прицелился и выстрелил из боевого дробовика в замок ржавой двери. Эхо от выстрела, пробившего в металле дыру размером с кулак, было оглушительным. Варн широко распахнул дверь ударом тяжелого сапога и ринулся внутрь. Другие силовики вбегали за ним.

За дверью простирался заваленный мусором осыпающийся коридор, тускло освещаемый жужжащими световыми шарами. Сидевший в коридоре человек ошалело на них посмотрел, его ноги лежали на уродливом синтетическом столе, а палочка лхо медленно вываливалась у него изо рта. Второй выстрел из дробовика отбросил его назад и забрызгал кровью стену.

— Вход захвачен, — произнес в комм-линк Варн.

— Всем командам войти в здание. Действуем по плану, — ответил капитан.

— Да, сэр, — Варн непристойно выругался, как только связь прервалась.

Двигаясь на корточках вдоль коридора, он быстро перебирался через разбросанные груды искореженного металла и расколотых кирпичей.

— Пахнет, словно проклятая выгребная яма… — прошептал один из силовиков. Варн согласился с ним. Он резко указал на закрытую дверь, мимо которой прошел. Позади него двое силовиков заняли позиции по обе стороны двери. Один из них высадил её, а затем оба ворвались внутрь с поднятыми дробовиками. Резкие и сфокусированные лучи света с их шлемов завертелись, когда они осматривали комнату на предмет возможной угрозы. Другие два силовика из команды двинулись следом за Варном, который остановился в конце коридора и быстро выглянул за угол. Там был ещё один пустой и грязный коридор, ведущий к единственной двери. Световые шары впереди слабо мерцали.

Варн выступил из-за угла и осторожно двинулся вперед, мощный луч его шлема пронзал темные уголки, которые не могли осветить слабо сияющие световые сферы. Крысы быстро убегали от яркого света. Запах был невыносим.

— Во имя Императора, кто захотел бы здесь прятаться? — проворчал один из силовиков, добавив пестрое ругательство.

— Тот, кто не хочет, чтобы их тревожили, — резко ответил Варн. — Захлопни варежку, Ландерс. Мне надоело твоё нытьё, — силовик что-то проворчал про себя, а Варн боролся с желанием врезать здоровяку. Сконцентрируйся, сказал он себе, подходя к двери. Он слышал звуки приглушенных голосов, крик. Он вдохнул.

Варн впечатал свой тяжелый сапог в дверь, сломав давно заржавевшие петли. Дверь упала внутрь. Двое поднимали тяжелую металлическую заслонку с пола. Один, чьи глаза залил страх, спрыгнул во тьму люка. Второй, чье лицо исказилось от ненависти, вскинул автопистолет, и выстрелы полетели из похожего на обрубок дула оружия. Дробовик Варна рявкнул, и секунду спустя пули врезались в его нагрудник, а голова противника взорвалась кровавым фонтаном.

Варн упал от удара пуль в панцирную броню и прохрипел:

— Возьмите второго…

— Я туда не пролезу, — пожав плечами, сказал Ландерс. Он с ухмылкой кивнул на самого маленького из силовиков.

— Один из вас, черт подери, пойдет за ним! Немедленно! — Заорал встающий на ноги Варн. Невысокий силовик вздохнул, увидев, как на него все посмотрели. Он положил дробовик на пол, достал автопистолет, взвел его курок и прыгнул во тьму люка. Снизу раздалось громкое эхо, когда он начал протискиваться сквозь металлическую трубу.

Варн включил комм-линк. Его голос все ещё был хриплым.

— Они убегают. Через незакрытый люк. Приказы?

Ожидая ответа, Варн вытаскивал пули из нагрудника. Он ощущал их жар сквозь кожаные перчатки.

— Капитан? — нетерпеливо сказал он. — Вы меня слышите? Какие будут приказания?

Из люка раздались три выстрела, а затем приглушенный вопль боли. Секунду спустя из него появился силовик.

— Ублюдок попал в меня, — сказал он, зажимая свою левую руку. Между его пальцами сочилась кровь.

— Удерживайте позицию. Ждите подкрепление, — наконец принял решение капитан.

— Что!? Они убегут отсюда раньше, чем мы дождемся подкрепления!

— Удерживайте позицию, лейтенант, — связь прервалась.

— Фиг вам, — сказал Варн. Выдернув из нагрудника последние патроны, он бросил их на землю. — Ладно, выдвигаемся.

— Лейтенант? — спросил один из силовиков.

— Эти ублюдки уходят, но мы пока близко к ним. Если на то будет воля Императора, мы еще сможем выполнить задание. Пошли!

— Разве это нам приказал капитан? — недоверчиво спросил Ландерс.

Варн резко развернулся и впечатал ему в лицо сжатый кулак. Ландерс отскочил, издав крик, в котором было больше шока, чем боли.

— Я, черт побери, твой лейтенант, и ты, чертов подобострастный жополиз, исполнишь мои приказы! — рявкнул Варн. — Теперь выдвигаемся. Все вперед!

Варн спускался первым по крошащейся и воняющей лестнице. Он слышал, как за ним спускались остальные, и как тихо матерился Ландерс. Лейтенант ухмыльнулся. Он уже несколько месяцев хотел его ударить.

Силовики продвигались, прикрывая друг друга, пробираясь по коридорам и спускаясь по заржавевшим металлическим лестницам. Варн услышал впереди быстрые шаги, и низко пригнувшись, поднял руку. Он выключил фонарик на шлеме, остальные последовали его примеру, и они погрузились в вязкий полумрак. Из-за угла беспечно выскочил силуэт, и Варн вскочил, всаживая в голову неизвестному заряд дроби. Раздался хруст, и неизвестный упал. Включив обратно свет, он увидел коротко подстриженную женщину. Её глаза были широко распахнуты от шока, а из раны в голове текла кровь. В мертвых руках она сжимала автоган.

— Мы близко… — прошептал Варн.

Осторожно спустившись на ещё один лестничный пролет, силовики увидели внизу вспыхивающий оранжевый свет. До их ноздрей донесся запах прометия.

Спустившись вниз, команда оказалась перед немного приоткрытой тяжелой дверью, плас-глассовое окно которой было выбито. С другой стороны виднелось пламя.

— Быстрее, — зашипел Варн, и силовики пробрались в комнату. Она была большой и квадратной. Одна из световых сфер взорвалось, когда её настигло пламя. Стулья и кресла горели, как и длинный стол, обложенный бумагами и документами. Стены были покрыты надписями и трещинами, а в восточном углу была сделана самодельная кухня. Человек, очевидно не заметивший внезапного появления силовиков, спокойно выливал содержимое металлической канистры на стол в дальнем углу комнаты.