Некромант - Андрей Петерсон

И тогда…

Глава пятнадцатая

Ул по кличке Алор заложил крутой вираж, намереваясь с клекотом пронестись над строем вурлоков и пугнуть напоследок отступающего врага. Чтобы, значит, помнили, не забывали, и впредь неповадно было.

Траектория его падения была рассчитана, что называется, в мгновение ока и в это же самое время выверена до толщины волоса. Ошибки быть не могло.

Во-первых, просто потому, что не могло, а, во-вторых, еще и потому, что никогда раньше их не было. Чувствовал себя в воздухе Алор уверенно и непринужденно и вираж такой был для него не забавой и не шалостью, а просто образом жизни. По сути, он даже ничего не рассчитывал и не выверял, а просто летел, и было для него это также естественно и незамысловато, как для нас дышать, для Ходы — говорить, а, скажем, для Мея — откусывать головы.

Вот Мея-то он и не учел…

Хотя, по большому счету, и не мог он его учесть, потому как видел его впервые. Повадок его посмертно-кошачих не знал и не ведал. А про страстную «любовь» Мея к своим собратьям даже и не догадывался. С другой стороны, ограниченная разумность, она ограниченная и есть. Что с нее взять…

Два оставшихся ула мгновенно распознав в этом вираже своего товарища классический демонстрационно-устрашающий маневр, решили его поддержать. Причем не только морально, но и непосредственным, так сказать, участием. И вот уже с неба в полной тишине, изредка разрываемой раскатистым гортанным бульканьем, валились все три ула — то есть звено воздушной поддержки Керта Абатемаро в полном своем составе, и во всей красе.

Траектория движения Алора в самой нижней своей части, а точнее — в точке выхода из задуманного им пике, пересекала сферу досягаемости Мея, о чем сам Алор, понятное дело, ни сном, как говорится, ни духом не знал и не ведал. Да и дела ему до этого, по большому счету, никакого не было.

А, вот, Мею было. Да еще какое… Уж больно он ненавидел этих летунов, и свежа еще в памяти была та такая неудачная драка, когда не смог он ни защитить, ни уберечь свою неловкую и неуклюжую, но такую забавную подружку…

А потому он прыгнул.

С места и без подготовки. Как умел.

Неожиданно для всех.

Неожиданно для Осси, которая даже и не поняла в первый момент, что за пепельный ветер взвился из-под ног. Неожиданно для коронного вампира Керта Абатемаро, совсем недавно, нежно и любовно наглаживавшего эту милую и такую ласковую кису. Неожиданно для вурлоков, над которыми обезумевшим вихрем пронеслась безмолвная тень, для Кройссо Веллы, Шайи и для замерших в недоумении аколитов. Ну и, конечно же, это было совершенно неожиданно и для самого Алора, в последний миг раскинувшего в стороны свои перепончатые крылья, в попытке затормозить и избежать столкновения.

Безуспешно.

Не был бы Мей Мейем, если бы не учел такого простого и очевидного маневра и позволил бы это сделать.

Не позволил.

Перелетев замерших в полуприсяде вурлоков, Мей с чудовищной силой врезался в Алора, сминая к бесам хрупкие крылья и с треском ломая кости. Предсмертный вой ула вспорол тишину ущелья, и тут же смешался с истошным криком Кройссо.

– Нет!

Но было поздно.

Прав все-таки был Абатемаро. Как не крути — прав. Хромала дисциплина у магов. На обе ноги хромала.

Нервы, и без того натянутые до самого крайнего предела, не выдержали нового напора эмоций и впечатлений, и аколиты, и так уже сильно напрягшиеся после неясного и непонятного для них маневра ула, а потом еще и стремительного как молния броска Мея, воя этого перенести уже не смогли.

Как отмашка он для них был.

Ничего толком не поняв, — а понять-то кроме леди Кай вообще никто ничего не мог — и, соответственно, ни в чем не разобравшись, маги посчитали катящийся к их ногам клубок нападением, и посохи их хвостатые один за другим полыхнули жгучим ветром.

– Стой! — Где-то далеко, будто в запределье надрывался Магистр Велла, безуспешно пытаясь остановить своих подопечных. — Стой, кому говорю! Назад!

Слишком поздно. Драка уже заварилась и процесс, так сказать, пошел.

Вурлоки, едва только почуяв шевеление нарастающего поля в волосатой бахроме посохов, прыснули во все стороны, а, теперь пропустив над собой первый удар аколитов без какого-либо вреда для себя, устремились к магам. Двое из них неслись прямо по стене ущелья, цепляясь за малейшие неровности отвесной стены, причем скорость их бега была просто ужасающей. Пятерка оставшихся, тем временем, неторопливо заходила полукругом, явно намереваясь отсечь послушников от их оперативного командования, то есть — от Кройссо Веллы и Мастера-приора.

Осознав это, и понимая, что бойцам его сейчас придется весьма и весьма туго, Шайя рванулся было к ним, но Кройссо рывком отдернул его назад, довольно бесцеремонно ухватив приора за рукав. Да еще и шар из рук выбил.

Почему-то в этот миг хрустальный звон перекатывающегося по камням, но не разбившегося, шара был единственным звуком, который слышала леди Кай. И это притом, что других шумов, скрежета, хрипа и окриков вокруг хватало, ибо бой уже кипел во всю, расплескиваясь по сторонам, как вырвавшийся из-под контроля огонь.

– Назад! — Еще раз рявкнул Кройссо, оттаскивая упирающегося приора подальше от эпицентра схватки. — Уходи, дурак! Не поможешь! Сдохнешь только зазря!

А два оставшихся ула уже валились на аколитов сверху. Траектории их падений должны были сойтись на невысоком рыжеватом парне, который, едва только осознал это, как тут же тоненько взвыл и, отбросив в ужасе посох, прикрыл голову руками.

Не обращая внимания на скулящего рядом собрата, его напарник возился с какой-то малопонятной, похожей на рыбный садок штуковиной. Затем что-то щелкнуло, штуковина раскрылась и метнулась вверх навстречу улам, стремительно разворачиваясь в блестящую серебром сеть, опутанную острыми трезубыми крючьями.

Тем временем, вурлоки, ломящиеся к цели по стене ущелья, уже вплотную подобрались к аколитам и изготовились к прыжку, который разом покончил бы со всем этим фарсом.

И ведь так и было бы все, да только в самый последний момент кто-то из лиловых, — в суматохе боя Осси так и не разобрала, кто именно, — успел плеснуть в готовых уже спрыгнуть сверху кровососов, мутным желтоватым дымом из небольшой склянки. Этого оказалось достаточно, чтобы атака их захлебнулась, а сами они растеклись по камням шипящей и неприятно пузырящейся массой.

Почти в этот же самый момент ловчая сеть, подброшенная магом, встретила рушащегося сверху ула. Обмотала его, впиваясь в шкуру острыми зубьями крюков и с жутким хрустом, от которого аж зубы свело, разорвала летуна на мелкие, сочащиеся кровью лохмотья. Дождь мертвой плоти осыпался на площадку, окрашивая все вокруг цветом крови, а в воздухе повис терпкий сладко-солоноватый запах.