Фигуры из песка - И. Пфлаумер

Селиться в доме после таких событий никто не решался, поэтому здание приходило в упадок, до тех пор, пока кто-то из «коллег» Вэна не решил, что дурная слава дома и его расположение в стороне от центральных дорог могут сослужить добрую службу.

С тех пор здесь делили награбленное и периодически решали возникшие споры, в результате чего на потрескавшихся ступенях время от времени находили трупы с перерезанным горлом. Порядочные граждане обходили дом за версту, барды слагали легенды о проклятом доме, в котором поселились призраки, а городская стража не видела дома в упор, его застил блеск золотых монет, которыми это невидение оплачивалось.

Этой ночью дом был совершенно пуст. Вэн трижды всё проверил — ни следа магии, ловушек или живых существ. Пыль старой развалины не тревожили уже пару недель — и это мастера вполне устраивало. Успокоенный, Вэн вернулся в номер. Там он поправил шерстяное одеяло на спящей девушке, и позволил себе пару часов вздремнуть перед дальней дорогой.

VI

Утро в городах на юге начинается раньше, чем встаёт солнце. Едва восточный край неба за горами светлеет, меняя тёмно-синий на синий, распахиваются двери храмов, выпуская наружу первые утренние звуки — скрежет мётел и веников о плиты городских улиц. Затем в диалог с дворниками ненадолго вступали собаки. До тех пор, пока ботинок хозяина, брошенный наугад сонной рукой, не прерывал их взволнованное тявканье. За собаками просыпались птицы, и громким, натужным от необходимости накричаться сейчас, пока солнце не подняло огненный глаз над горизонтом, гомоном, будили город.

Когда проснулись птицы, мастер и Альрауне уже шли по городу, зябко кутаясь в куртки. Местную одежду путешественники бросили прямо в гостинице, вместо чаевых юному портье. Альрауне, стуча зубами, поинтересовалась, почему никто не догадался купить куртки потеплее, а мастер пообещал ей, что к полудню, когда город останется далеко позади, ей захочется вместо куртки сорочку, а то и тонкий платок, только бы стало чуть прохладнее. Девушка поверила ему на слово, хотя Вэн чувствовал, что подобная покорность останется в ней ненадолго. В девочке из великой пустыни начинал просыпаться характер. Перед выходом, подчиняясь непривычному желанию порадовать другое существо, мастер подарил ей маленький кинжал. Сам Вэн первое оружие получил от сото в Ормроне. Кажется, это были метательные ножи, но мастер так и не проникся к ним нежными чувствами. Ножи казались ему слишком грубыми. То ли дело иглы. Острые, тонкие стержни, которые могут исцелить, а могут и убить. Альрауне, правда, тут же попросила дать ей парочку игл, и мастер уступил, поделившись набором игл для чжень-цзю — лечебной терапии. После разговора о куртах, Вэн добавил к подаркам сегодняшнего дня мешочек с золотыми, взяв с девушки обещание, что если днём ей будет так же холодно, она будет оплачивать обед на ближайшем постоялом дворе. Памятуя о том, как тяжело Альрауне даются разговоры с другими людьми, Вэн решил, что чем чаще он будет заставлять подопечную общаться со случайными встречными, тем быстрее она сможет взять этот рубеж.

Дом дагомана в свете затухающих звёзд, казался не пугающим, а, скорее, таинственным. Тёмные впадины окон, полуприкрытых ставнями, прятали внутренности дома от интересующихся глаз, и только одно из окон на первом этаже, предусмотрительно распахнутое Вэном прошедшей ночью, приветствовало путников как старых знакомых.

Внутри обнаружилась цепочка следов, ведущая вниз, к подвалу. Если это был Протагор — он пришел один.

— Ты ведь не оставишь меня у входа? — поинтересовалась Альрауне, в ассортименте которой появился новый жест — воинственно выставленный вперёд подбородок.

— Как раз собирался, — честно признался мастер. — А ты не хочешь оставаться?

— Мне очень, очень-очень интересно что там, — девушка неопределённо махнула в сторону скрытой в темноте половины дома.

Вэн заколебался.

— Держись сзади. Если почувствуешь опасность, тут же убегай. Хорошо?

— А как же ты?

— Я тоже хорошо бегаю, — мастер ободряюще улыбнулся. Он и сам чувствовал лёгкое беспокойство, хотя поводов для этого не было. Следы только одного человека. Никакой магии в доме. Ни одной живой души вокруг.

Осторожно ступая по рассохшейся деревянной лестнице, мастер оказался перед темнеющим проёмом, ведущим в подвал. Дыхание уткнувшейся в спину мастера Альрауне оставило тёплое пятно на куртке мастера. Вэн шагнул в темноту. Вспыхнул факел, освещая худую, сутулую фигуру Протагора.

— Всё принёс? — мастер говорил шепотом, хотя сам не знал почему.

Протагор кивнул

— Ты один?

Вэну не понравился этот вопрос. Очень не понравился. Мастер дёрнулся назад, стараясь оттеснить Альрауне к двери, в подвале вспыхнул яркий синий свет, глубокий, словно возникший из океанской толщи воды стон, вздымил предутреннюю тишину. У противоположной стены, опираясь бледной рукой на каменную кладку, стояла дато Мора. Сияющие тёмно-синие потоки энергии собирались из воздуха и входили в тело Грандмастера рассекая пространство с громкими, как от бича щелчками.

О, Вэн знал что это было. Магия такого уровня не была ему подвластна. Наверное, она не была подвластна никому на земле. Чтобы остаться незамеченной любыми волшебниками в этом городе, Мора выпустила линии силы. Капля за каплей вывела из своего тела и духа всё, что связывало её с магическими нитями. Это хуже, чем выпустить всю кровь. Болезненней, чем отделить плоть от костей. И сейчас сила Моры возвращалась.

— Во сколько ты меня оценил? — Как ни странно, Вэн не чувствовал ни ярости, ни ненависти по отношению к Протагору. Раньше он и сам наверняка поступил бы также, разве можно корить себя за то, что оказался хорошим учителем.

Всё было продумано безукоризненно. Скорее всего, Протагор продал их ещё до того, как Вэн прошел через городские ворота. Сам виноват, с чего он взял, что независимость и свобода, которые мастер так ценил, играют такую же роль в жизнь мальчишки? Между регулярным заработком, защитой гильдии и свободой действий Протагор выбрал первое. Он сдал мастера Море, и, увы, не только мастера. Невезение или просчёт? — да какая теперь разница. Чтобы усыпить его бдительность Протагор потребовал прибавки и назначил встречу в хорошо известном месте. Море не нужны были ни войска, ни помощники. Грандмастер хотела получить Альрауне лично в руки. Она хотела этого так сильно, что по собственной воле разорвала своё существование напополам, только бы получить желаемое. Вэн ненавидел её, боялся её, но не восхищаться ей он не мог. В другое время мастер бы посочувствовал несчастному Протагору. Вряд ли Мора отпускала того от себя хоть на минуту. Первый раз встретиться с Морой и сразу же провести столько времени в обществе этой женщины — у парня оказалась крепкая крыша, раз он ещё не в доме для умалишенных.