Маг имперской экспедиции (СИ) - Коновалов Артём

В меня с шипением полетела змея с хвоста зверя. Я тут же отшатнулся, увеличивая расстояние от нас. А вот это все значительно усложняло. Если она будет бороться хвостом, то шансов у меня значительно меньше становится. Даже не удивлюсь, что в змеиных клыках полно смертоносного яда, который меня убьет за считаные часы.

На этом холме даже не было ничего, кроме травы и цветов. Так бы хоть магией можно было что-то бросить него для отвлечения внимания.

Я попятился спиной к горе, из которой текла речушка. Хоть какие-то обломки должны были оказаться на ней, учитывая как вода точит гору. Химера брела за мной, сверкая единственным оставшимся на ее основной голове глазом.

Главное только не свалиться в реку, которая через несколько метров уходила вниз водопадом. Это действительно была странная магия, раз я в упор не слышал течение воды.

Я окинул гору взглядом. Вода вытекала потоком из крупной пещеры. Внутри виднелись широкие выступы, которым бы можно было бы пройти вдоль стены. Глядя на них у меня родился один хитрый план.

- Ну давай, уродец, посмотрим какой ты на трех лапах ловкий, - с усмешкой произнес я.

План был достаточно простым, хоть с реализацией были вопросы. Если заманить его внутрь, то можно с помощью магии и моей катаны свалить химеру в воду. Поток был сильным и тварь скорее всего не справится с ним и вскоре упадет с водопада.

Я пошел по каменным выступам в пещеру. Химера не отставала от меня ни на метр. Хоть зверь не может прыгать и толком быть, но ходить по-прежнему ему было не сложно. Мне даже показалось, что он нагоняет меня. Я чуть ли не на бег перешел, но чуть не подскользнулся на мокрых камнях. Надо быть осторожнее, а то мой план будет использован против меня же самого. Рядом с этим местом уходило ответвление в темноту пещеры. Оно выглядело глубоким, но в отсутствие хоть какого-то освещения было трудно сказать насколько. Из этой темноты решительным рывком можно свалить химеру в воду. Тем более и камни подходящие для этого есть.

Сердце в груди начало стучать с утроенной силой. Главное не испортить мою задумку плохой реализацией. К тому же ковыляющий на трех лапах зверь уже на подходе.

Я поднял в воздух несколько булыжников. Для этого пришлось отпустить от рукояти катаны одну руку. Ну ничего, у меня будет полсекунды, чтобы успеть меч обхватить. Лучше всего ударить с той сторону, где у него поврежден глаз.

Химера встала в проходе этой темной пещеры. Раззявив свою обезьянью пасть для рыка, она процарапала скалу тигриными когтями.

С громогласным боевым кличем я побежал вперед. Камни тут же ударили химере в морду. Не ожидав такого подвоха зверь растерялся. Он попытался ударить меня своим хвостом с размаха, но с гулким шлепом вмазал змеиной головой по последнему парящему в воздухе булыжнику. Камень со страшной силой отбросило в темноту пещеры, но сейчас я его не контролировал.

Взмах катаны. Змеиная голова с шипением покатилась по выступам пещеры и с шлепком упала в воду. Я замахнулся для второго удара, но мне пришлось отступать, когда взревевший зверь поднял вверх обе передние лапы, пытаясь достать до меня.

Я почувствовал возле своего лица ветер от взмаха тигриных когтей. Забыв о своем плане отступал назад в темноту пещеры. Химера с каким-то безумным ревом шла на меня.

С каждым шагом тьма становилась какой-то осязаемой. Воздух тут был спертым и затхлым, отчего дышать стало до невозможности тяжело. У меня даже появилась отдышка.

Внезапно химера остановилась. На ее едва видимой в этой темноте морде отразился… Ужас? Стоп, что? Но почему?

Темнота не везде была однородной густой пеленой. Возле химеры было что-то странное в воздухе. Как-будто тьма рядом со зверем имела очертание… Безголового ворона. На секунду тьма поглотила и выход из пещеры, откуда долетал хоть какой-то дневной свет. Всего мгновение и тьма исчезла вместе со спертым воздухом.

Я наконец-то смог сделать нормальный вздох. Тут даже перестало быть так темно, как мне казалось раньше. Ответвление было не таким уж глубоким. Да и ушел я от пещеры с рекой всего на десять метров. Сделай еще несколько шагов и мне пришлось бы упереться спиной в стену.

Сперва я услышал шаги, а потом увидел в проеме Самуила. Он сжимал в руках свой мушкет.

- Это ж что ты за зверь, - сказал парень, забрасывая ремень себе за спину.

Я не до конца понял, к кому были адресованы сказанные Самуилом слова.

- Это ж как ты его пополам перерубил?

Видимо адресовалось все мне. Стоп, как это пополам?

- Мы, Любомирские, не рассказываем наших секретов, - сказал с дрожащим от нервного перенапряжения голосом.

- Серьезный у вас род, - голос парня прозвучал с восхищением.

- А ты не знаешь, где в Боратовске мертвый дом? – Спросил я, пытаясь засунуть катану в ножны, но руки меня словно не слушались.

- Это что? – Нахмурился Самуил, почесав голову.

- Забудь.

Похоже мне все-таки стоит заняться этим вопросом, как только мы прибудем в город. Сперва я как-то отнесся к этому несерьезно и даже успел позабыть о той ночи, но теперь понимал, что очень зря. Лучше всего понимаешь это глядя на химеру, которая была разрублена даже не вдоль, а наискось – от перебитой лапы до отстреленного глаза.

В пещеру тут же прибежали и Усатый с Лопоухим. Они даже сняли фуражки, когда увидели тушу.

Самуил на обратном пути рассказал мне о том, что произошло на холме. Рог кирина загорелся светом, а потом он лопнул как мыльный пузырь, но только с искрами разных цветов. Почесав голову, горе-охотники решили вернуться на корабль. Сперва им казалось, что я иду с ними, но потом до их ушей донесся звук стрельбы из револьвера. Единственным таким оружием обладал только я и как троица это поняла, то идущий с ними фантом Константина лопнул. Вот они и вернулись на холм, но обнаружили только тянущийся кровавый след, который и привел их в пещеру.

То есть этих троих кирин просто отправил обратно на корабль, а на меня химеру натравил. Вот уж спасибо тебе, лошадка. Защищай потом животных от истребления. Была бы моя воля и имей я личный крейсер, как тот же граф Тетерев, всю бы эту поляну приказал снести до состояния лунного ландшафта. Чтобы потом кирин водичку пил не из реки, а из грязных воронок с водой, которые заполнялись бы только во время дождя.

На кораблей все были в шоке оттого, что именно мы принесли с охоты. У капитана даже очки упали от удивления. Но корабельный кок с каким-то извращенный удовольствием тыкал в эту тушу ножом и приговаривал, насколько экзотическое блюдо будет на столе у генерал-губернатора.

Я сидел на одной из бочек на палубе. После этой встречи у меня в голове возникли детские воспоминания Константина, как того учили верховой езде. Стараясь не сильно вдаваться в размышления о том, что память была не моей, я прогонял их по кругу. Иногда я бросал взгляд на удаляющийся остров, отчего загривок тут же покрывался мурашками.

Сзади послышались мягкие, словно детские, шаги в сапогах на низком каблуке. Я тут же узнал их.

- Привет, Марта, - поздоровался я, оглядываясь через плечо.

- А как ты узнал? – Девушка удивленно похлопала глазами. Ее лицо тут же преобразилось и она с живым интересом спросила у меня, - а ты единорога видел?

- Нет, конечно, - хитро улыбнулся я, - разве ты не знаешь легенд о единорогах? Они дают увидеть себя только девственницам.

Я тут же получил очень крепкий и хлесткий подзатыльник.

Глава 9

С капитана я смог стребовать издержки за порчу моей единственной рубашки. Тот поначалу упирался, но из-за моего настойчивого напора все-таки сдался. Со скрипом и треском мне выдали чуть ли не из своего кармана эти злосчастные пять рублей. Местных цен я не знал и наделся, что сумма была равноценной моему материальному и моральному ущербу. Моральный ущерб я получил из-за необходимости одолжить у Самуила рубашку. Ну не ходить же мне в окровавленной и рваной одежде?

Оставшиеся сутки прошли в спокойствии. От скуки я выпросил у судового врача пару пыльных газет из его шкафа. Просьба показалась ему странной, но хотя бы вопросов много не задавал, зачем мне вообще такое старье.