Маг имперской экспедиции (СИ) - Коновалов Артём

- Прекрасный у местных чай. Зря Август Христофорович не любит его.

Граф при упоминании этого чая с отвращением поморщился, чем заслужил укоризненный взгляд генерал-губернатора.

- Где Ермолин? – Проворчал вполголоса Сергей Валерьянович.

Я пожал плечами, хоть и понимал, что вопрос был риторическим.

- Выручать нужно вашу экспедицию, как считаете? – А вот этот вопрос риторическим не был, что странно.

- Если их не убили, конечно, - заметил я.

- Вряд ли. Экипаж судна они убьют, но пассажиров не тронут. Вако в первую очередь грабители-контрабандисты. Что награбят – то и продают своим. Груза у вас, как я понимаю, не было. Поэтому людей будут просто держать у себя.

- Это обнадеживает.

- Я вышлю два корабля к их стоянке. Броненосцы заставят их отдать людей.

- Вы знаете, где их лагерь? – Удивленно сказал я, чуть не подавившись чаем. – А почему вы раньше их не переловили и не повесили за грабежи.

- Понимаете, какое у нас сложно дело, - со вздохом сказал генерал-губернатор, указывая в сторону незамеченной мной карты у правой стены, - пираты состоят из гойдийцев. На гойдийских островах они обитают. Все просьбы разобраться с ними их дипломаты игнорируют. Только выражают озабоченность и соболезнование. Ромейская империя сейчас не в самом лучшем положении, чтобы ссориться с восточными соседями. Сами понимаете, почему.

Честно говоря, я не имел ни малейшего понятия, о чем говорил генерал-губернатор, но на всякий случай кивнул.

- Но сейчас другое дело. Если весть о том, что я просто спустил с рук нападение на важную экспедицию дойдет до Его Императорского Величества, то меня снимут с поста. А кто знает, кого после меня поставят на такой важный и опасный пост.

Боязнь за теплое насиженное местечко побеждает. Не удивлюсь, если для пущей надежности он с канонерок прикажет расстрелять пару рыбацких деревень. Хотя может он и не такой плохой, как я о нем думаю. Нельзя же мерить всех людей словами Афанасия Максимыча.

- В таком случае я буду только рад услышать о спасении моих товарищей.

- Не хотите принять участие в рейде? – На меня посмотрел генерал-губернатор с вызовом, словно проверяя мою решительность.

- Приму за честь, - улыбнулся я, стерев ладонью воображаемую пыль с рукояти Кольта Иствуда.

- Ну что ж, не смею вас задерживать, господин Любомирский. Через три часа будет отплытие. Найдите в порту капитана эсминца «Дунай». Он вас с радостью возьмет к себе на борт. А пока могу только попрощаться – работы много.

- Прощайте, Сергей Валерьянович, - бросил граф Тетерев, покидая кабинет.

Быстро же он сориентировался. Только и ждал, наверное, этих слов. Скорее всего он попросил меня взять в плавание. В его представлении я должен жаждать мести тем пиратам за нападение на мою экспедицию.

- Это же граф попросил меня взять с собой? – Спросил я у генерал-губернатора, когда поднимался из-за стола. В ответ получил утвердительный кивок.

- Август Христофорович сам не свой после смерти своего сына, - пояснил со вздохом Сергей Валерьянович.

Главное только, чтобы он с моей катаной не уехал. А то он даже не почухается, а мне потом порог его особняка оббивать с поклонами и просьбами.

Я торопливой походкой прошел по коридорам и лестницам администрации. На выходе из здания от спешки чуть не влетел в девушку во флотском мундире синего цвета. Какого же было мое удивление, когда на меня уставились знакомые хитрые лисьи глаза.

- А ты чего здесь? – С удивлением я спросил у Марты.

Она протянула мне мою катану в ножнах, которые подарил мне граф.

- Я тоже с вами плыву, - с гордостью сказала она, показывая на свой мундир, - смотри какой красивый. На два дня дали поносить.

- И на кой черт тебя взяли? – Нахмурился я.

- Тебя же взяли. – Обиженно произнесла девушка, - я у дядьки спросила – он рукой махнул. Значит можно.

- Надолго ты там?

- На два дня. Ты что, не слушаешь меня?

Дали ей только синий мундир, пока штаны и высокие сапоги у нее были все те же, что я видел на ней до этого. Марта прямо сияла от счастья, предвкушая приключение как в одном из прочитанных ей романов. Ну что ж, два дня можно и потерпеть поездку на одном корабле с ней.

- Ладно, едь. Отведи только меня в порт, знаешь где он?

Да откуда она знает? Только сейчас вспомнил, что в этом городе девушка такая же пришлая, как и я сам. Хотя над моим вопросом она так серьезно задумалась, что перестала радостно подпрыгивать.

- У прохожих спросим, - с улыбкой сказал я, получив в ответ уважительный кивок.

Узнав дорогу к порту у невысокого старичка из киоска с газетами, мы направились со светловолосой бестией туда. Блуждавшие с поклажей матросы указали нам в сторону эсминца «Дунай». Капитаном там был невысокого вида мужчина с очками как у Берии. Просьбу генерал-губернатора о зачислении нас на корабль он воспринял с удивлением. Спорить не стал, хоть по его взгляду предпочел бы, чтобы мы остались на берегу.

Мы стояли с Мартой и спрашивали о грядущем плавании. Вдруг совсем неподалеку прозвучала фамилия «Кирсновский». Я с удивлением обернулся на звук. Азиатского вида мужчина с длинными волосами чуть выше плеч заметил мое выражение лица. Он подошел ко мне и за локоть отвел в сторону от Марты и капитана Козырева.

- Ты знаешь Кирсновского? – спросил без единого намека на акцент мужчина, поправляя серую солдатскую шинель. Я успел заметить замотанный бинтами обрубок вместо его левой руки.

Кирсновский – это фамилия одного из студентов, о которых рассказывал Афанасий Максимыч. Он был отправлен в Боратовск за эксперименты с созданиями химер.

- Я только слышал эту фамилию. – Честно ответил я.

Из-под шинели выглядывала рукоять катаны. Да и сам мужчина напоминал японского воина с небрежными усами и бородкой.

- Значит ты не знаешь, где он? – В голосе мужчины послышалось разочарование.

- Не знаю. А зачем он тебе?

- Я хочу его убить. – Сказал мужчина таким тоном, будто говорил о доставке еды тому господину.

Мужчина отпустил мою руку и пошел в сторону города. Внезапно мне в голову пришла одна занятная мысль, заставив меня окликнуть этого человека.

- Скажи, ты знаешь, кому принадлежит этот клинок? – Я вынул катану из ножен.

- Або, - ответил мне мужчина.

Больше ничего этот человек в солдатской шинели не сказал. Знать бы еще, что это «Або» означает.

Глава 7

На корабле я познакомился с одним интересным персонажем по имени Самуил. Это был парень моего возраста с характерными нордическими чертами внешности. Он оказался патологическим вруном, что даже не пытался отрицать. Поэтому ко всем его рассказам требовалось относиться со скепсисом, а ведь говорил он практически не затыкаясь. От него мне удалось услышать много интересного о мире, в который посчастливилось попасть. Великая Ромейская империя простиралась на многие тысячи километров. Столицей у нее являлся город Цареград, что был промышленным, культурным и экономическим центром всего. По словам Самуила наша империя была самой передовой в техническом плане среди прочих враждебных государств, в чем я немного сомневался. В связи с этим мы с ним даже умудрились как-то войти в такую горячую перепалку, что Марте пришлось нас мирить.

С еще большим интересом Самуил принялся за рассказ о войнах и завоеваниях Ромейской Империи. Все его повествования неизбежно сводились к своим великим родственникам. Ох, сколько же доблестных людей прозвучало, сколько разнообразных чинов. Послушать его, так в каждом конфликте его родственники блистали своей доблестью. Только на них и держится военная слава Ромейской империи. А потом нас разнимала Марта, когда я посмеялся с рассказа о двоюродном деде в чине генерал-провиантмейстера, командовавшего кавалерией.

Самуил стыдливо признавался, что ничего ни о Любомирских ни о столичных аристократах не слышал. Сам он был хоть и из богатой и очень знатной, но провинциальной дворянской семьи Нестеровых. Благодаря своим деньгам его и протолкнули к нам в экспедицию, поскольку не обладал хорошим образованием или уникальными навыками. Он очень сожалел о том, что не успел толком познакомиться с Константином Любомирским в городе Захарьев, где началась морская поездка в Боратовск.