Научи меня - Людмила Молчанова

   Но своего она добилась. Хуже всего оставить человека мучиться с чувством вины и выбором. И неизвестно, что бьет по нервам больнее. То ли вина за то, чему препятствовать и изменить ты не в силах, то ли выбор, от которого зависит дальнейшая судьба близкого человека. От твоего решения зависит. И тетя Зоя прекрасно это понимала, оставляя меня истязать собственную душу отголосками сказанных ею слов.

   И когда Митя вернулся из Москвы, веселый, довольный и счастливый, с кучей подарков в руках, я вела себя совершенно обычно - радовалась, целовала, расхваливала покупки и интересовалась его работой. Про аспирантуру, случайно упомянутую в нашем разговоре с его матерью, я вспоминать не стала. И честно говоря, даже обиды не чувствовала, только какую-то легкую горечь и сожаление. Если бы он честно во всем признался, я бы, возможно, сама отказалась от этой затеи, и это было бы мое добровольное решение. Но вышло так, как вышло, и я ничего не могла с этим поделать.

   Но Митя никогда дураком не был, поэтому чувствовал повисшее между нами напряжение, прорывавшееся очень часто весьма некстати.

   - У тебя что-то случилось? - не выдержав в один из таких спокойно-замкнутых вечеров, поинтересовался Митя, испытующе поглядывая в мою сторону. - Ты последнее время такая молчаливая. Проблемы на работе?

   Я отстраненно пожала плечами, не отрывая глаз от книги.

   - Нет, на работе все прекрасно.

   Он изучающе изогнул бровь, ожидая от меня какого-то объяснения или продолжения разговора, но мне было все равно. Казалось, что я подсознательно делаю так, чтобы Митя меня бросил. Чтобы в один день не выдержал и ушел сам, вырывая себя с корнем из моей жизни. Наверное, мне бы действительно стало бы легче, но он все только усугублял, пытаясь быть милым и предупредительным. Даже подарил мне букет цветов, которые мне хотелось разорвать зубами и швырнуть ему в лицо, но я только поблагодарила парня, легонько поцеловав в губы.

   - Что с тобой тогда? Снова брат твой чудит? - он хмыкнул, всем своим видом показывая, какого мнения об умственных способностях брата. - Опять они с матерью поругались и заставляют тебя вмешиваться?

   Я подавила вспышку раздражения от такого предвзятого отношения к моей семье и спокойно перевернула страницу.

   - Нет, Ванька в командировке сейчас, а приедет только через две недели.

   - В Москве, значит, - Митя сполз на край стула и вытянул ноги. - Понятно. Собирается туда насовсем перебраться?

   - С чего ты взял? Он просто работает.

   - Ну, это он пока работает, да и потом, что может удержать молодого здорового парня от столицы? Питер, конечно, не Урюпинск какой-нибудь, но Москва это Москва.

   - Во всяком случае, я о таком не знаю, - я, не выдержав вымученного разговора, с громким звуком захлопнула книгу и поднялась с кресла, поправляя за собой плед. - Не знаю как ты, а я сегодня что-то устала. Пойду спать лягу.

   Митя удивленно поднял брови.

   - Только десять. Какой спать?

   - Я устала, и мне завтра рано вставать, поэтому я пойду спать.

   - Ну иди, - у Мити по щекам заходили желваки, и он отвернулся, поворачиваясь лицом к экрану монитора. - Я пока за компом посижу.

   Я никак не прореагировала на его бешенство, а молча ушла в спальню, без сил падая на кровать и сразу закрывая глаза. Только вот сон никак не шел. Сил не было, а уснуть не могла. Я не уставала, работала столько же, сколько и всегда, но морально я была выжата как лимон. Не хотелось ничего. Совсем. И полночи я дрейфовала, не в силах уснуть и открыть глаза. Ближе к полуночи я услышала, как в комнату заходит Митя и проверяет, сплю ли я. Чувствовала его дыхание на своих волосах, но не шевельнулась. И так изо дня в день.

   И вот сейчас раздался звонок Ваньки, который...нет, не обрадовал меня, я бы никогда не стала радоваться очередной ссоре в семье, но странным образом взбодрил. У меня появилось...какое-то занятие, дело, которое могло бы помочь мне отвлечься, переключиться, так чтобы на дурные мысли и постоянную щемящую боль не оставалось времени.

   - Вань, а ты бы не мог все по телефону мне объяснить? Ну, чтобы я морально подготовилась?

   - Нет, - отрезал Ванька. - Кать...но правда, я очень, слышишь, очень прошу тебя приехать. Мне как никогда понадобится твоя поддержка и...это всех касается.

   Я заметно напряглась. Такой неожиданной поворот мне совсем не нравился. Что значит "касается всех"? Нет, мы семья и у нас общие проблемы, которые мы по мере сил стараемся решать самостоятельно, но вот такой акцент заранее заставлял меня теряться в догадках. Причем, не самых радостных.

   - Ты решил меня запугать? - попыталась пошутить я, но дрожащие нотки в голосе испортили все впечатление. - Вань, серьезно, что-то случилось? Что-то...в Москве?

   - Нет. Кать, давай дома поговорим, а? У меня сейчас совсем времени нет, правда. Ты приедешь?

   И он еще спрашивает. Напустил туману, испугал и спрашивает, приеду ли я?

   - Да, - пришлось прочистить горло. - Да, я приеду. Когда?

   - Часа через полтора, но я могу подзадержаться.

   - Ладно, до встречи.

   Ванька ничего не ответил, молча повесив трубку, а я еще пару минут в остолбенении и шоке слушала телефонные гудки. Назовите как угодно, интуиция, предвидение, шестое чувство, но у меня волосы на затылке дыбом вставали, а по коже бежали мурашки, стоило мне подумать о предстоящем разговоре. Маме звонить я побоялась. Приеду и уже дома с ней поговорю, тем более, Ванька вроде как задержится. Какая-никакая, а фора, лично для меня.

   В задумчиво-сосредоточенном состоянии я вернулась в гостиную и стащила со стула теплые джинсы и свитер.

   - Ты куда? - Митя оторвался от компьютера, ставя игрушку на паузу, и развернулся ко мне вполоборота. - Эй, Ка-а-ть.

   - А? - его возглас заставил меня вздрогнуть. - А, да, я к маме съезжу.

   - Случилось что-то?

   - Да нет...не знаю, - я передернула плечами и одним движением натянула джинсы. - Ванька позвонил, попросил приехать.

   - Ооо, - Митя заинтересовался и развернулся ко мне всем корпусом. - Что он опять сделал? Как всегда мать довел?

   - Ну хватит, Мить. Что ты к нему вечно цепляешься? Никого он не доводит.

   Он недоверчиво фыркнул и скрестил руки на груди.

   - Ну да, конечно. А ты опять должна их разнимать. Зачем тебе это надо?

   - Затем, что они моя семья, - раздраженно ответила я, натягивая через голову свитер. И попыталась одарить парня холодным взглядом. Вкупе с взъерошенными, наэлектризованными волосами, рассыпавшимися по плечам и лицу, на Митю мои попытки не произвели никакого впечатления. - И вообще, в этот раз что-то серьезное случилось.