Путевой светлячок - Ольга Гусейнова

Выскочив за частокол, мы начали карабкаться по круче каменистого отвала. Изо всех сил, как можно быстрее поднимаясь вверх, увидели, что битва на территории поселения в самом разгаре, и людям все же удается теснить арути и загонять их в пещеру.

— Зачем они их в пещеру сгоняют, там же невозможно будет их достать? — не удержалась я от вопроса. На мгновение останавливаясь.

— Подземный город не готов, выходов запасных нет, еды — тоже, но и там множество рабов. Люди берут их в клещи. Если что, просто заблокируют выход и возьмут этих недодраконов измором, — ответил Мерит.

Я положила ладонь на его раненную руку и, отпустив силу, остановила кровь и залечила рану. Гном благодарно кивнул.

— Не такие уж и сильные у арути прорицательницы! — ехидно, с нотками победителя в голосе, заключила Мика, вытирая окровавленное лицо рукавом. Чужой кровью!

Но это, как ни странно, меня уже не волновало настолько сильно. Слишком многое произошло за неделю ТАКОГО, что навсегда изменило меня, мое восприятие жизни. Заставило еще повзрослеть и приобрести толику здравого цинизма. Наверное, месяц назад меня бы тошнило и рвало от сцены, когда оборотница вырвала арути глотку, а сейчас я старалась не думать об этом и не смотреть на заляпанное чужой кровью лицо. Звериные черты вновь исчезли, будто растворились, и Мика поглядывала на меня блестящими печальными глазами. Думаю, неожиданно обретенная кровная сестра догадывалась о моих чувствах.

Присмотревшись, снова увидела у нее котелок в руке, что неожиданно вызвало усмешку.

— Мика, кто о чем думает, а ты всегда — о еде и так мило смотришься с котелком, — весело сказала я.

Она как-то удивленно покачала посудину в руке, держа за железную ручку, и горько выдала:

— Я никогда раньше не голодала. В лесу всегда можно найти еду, или покормят дома. А теперь вот беременная, вечно голодная, да мне еда даже во сне снится…

Мерит похлопал оборотницу по плечу со словами:

— Все что ни делается — к лучшему. Давайте быстрее уходить отсюда, а то стоим как на ладони.

Когда луна неохотно заняла небосклон, выбравшись из-за облака, мы вышли в долину, поросшую лесом. Дорг со вздохом облегчения опустился на колени, помогая Хему слезть на землю. Мальчик устал настолько, что с час назад гном предложил ему «ехать на закорках». Впрочем, устали мы все и вскоре дружно улеглись спать, сбившись для тепла в кучу.

— Похоже, здесь жила когда-то семья гномов, — сообщил Севас, пока мы устало рассматривали старую прогнившую хибару, расположенную в нескольких метрах от речушки, где мы остановились немного передохнуть и напиться.

— И откуда такие выводы, гном? — насмешливо поинтересовалась Мика.

Мне тоже стало любопытно узнать ответ, поэтому вопросительно посмотрела на паренька, стоявшего между Меритом с Доргом. А дядя с улыбкой потрепал племянника по темным грязным вихрам.

— А вот, — молодой гном жестом указал на необычное нагромождение камней прямо на берегу, — каменка стоит. Это наши соплеменники так делают, чтобы мыться или лихоманку лечить.

В первый момент мне показалось, что это просто кто-то камни свалил в кучу, но подойдя поближе, рассмотрела сооружение из камней и глины в форме груши высотой в рост гнома. Эльфу было бы здесь низковато, да и тесно: мы все же гораздо выше и шире гномов в плечах.

— И как это происходит? — поинтересовалась Мика, скептически рассматривая каменку, обходя вокруг.

Севас бросил короткий взгляд на родственника, поймал его одобряющую улыбку и пояснил нам:

— Внутри есть место, где разводят огонь, камень нагревается и становится тепло, можно мыться в любую погоду. В речке купаешься, а потом в каменке отогреваешься — очень удобно.

— А может тогда и нам здесь помыться можно? — с жалобными, просящими нотками в голосе обратилась я к Мериту.

После побега прошло два дня, но пока старый гном упорно гнал нас похлеще злобных арути, почти не давая продыху. Он нахмурил лоб, углубляя морщинки, почесал затылок, вновь окинул взглядом окружающий лес и почти развалившуюся хибару и только потом ответил:

— Ладно, давайте передохнем здесь. Место больно удобное, да и помыться, действительно, не помешает. А то нас скоро любой зверь или охотник за версту учует.

Мы дружно обрадовались словам старого гнома. Само собой вышло, что он с первых дней плена стал нашим старшим, впрочем — немудрено, ведь у него жизненного опыта сколько, да еще опытный путешественник, большую часть жизни проведший в дороге, в отличие от нас. Даже своевольная Мика беспрекословно выполняла его приказы.

— Хел, а можно мне тыкву съесть, а то кушать хочется очень? — ко мне подбежал Хем с круглым оранжевым овощем в руках, неведомо как оказавшемся у него, или перезимовал удачно, или обронил кто.

Мальчик неожиданно споткнулся, упал и расстроено смотрел, как тыква разваливается на куски, выпав из его маленьких ручонок. До меня долетел тонкий вкусный аромат этого полезного плода. Хем подобрал кусочек и, не дождавшись моего ответа, принялся жадно есть, смешно выгрызая мякоть.

— Мало того, что неуклюжий и слабый, так еще и травоядный, — презрительно фыркнула Мика.

Во мне поднялась злость на оборотницу за обидные слова. Демоненок же, не обращая на нее внимания, сосредоточенно и с аппетитом лопал тыкву, а вот я стерпеть не смогла:

— Что ты вообще о нем знаешь, Мика? Все время только и делаешь, что шипишь на него и обижаешь. Ему шесть лет — малыш совсем. А столько вынес за свою короткую жизнь, и видел пока лишь предательство да нелюбовь окружающих. Им не занимались, не тренировали как положено, но только за эти дни мальчик значительно прибавил в выносливости. Он слаб, потому что вел такой образ жизни, который навязали родственники и, несмотря на это, терпит невзгоды лучше некоторых взрослых, учится у жизни, на ходу становится сильнее, быстрее…

— Если бы не ты… — попыталась прервать меня Мика.

— Если бы не она, и ты бы сейчас лежала на том отвале мертвая! — оборвал ее Мерит, — Хем маленький, а чем ты можешь оправдать свои выходки? Недавно сама сказала, что глупость и дурость стали причиной твоего пленения, и я убеждаюсь, что это правда.

Услышав гневную отповедь Мерита, та захлопнула рот, опустила голову и пошла к воде. Старый гном повернулся, бросив взгляд на демоненка, который во время перебранки подошел ко мне с куском тыквы и теперь, удобно привалившись спиной, увлеченно догрызал оранжевую мякоть.

— Не думай о ней плохо, Хел, испокон веков оборотни враждуют с демонами. Понимаешь, она сама вряд ли сможет объяснить, почему не любит Хема — это память предков. Тем более, вы связаны твоей кровью. Мы предупреждали, что так будет. Инстинкты оборотня срабатывают — ты теперь ее собственность, а на тебя посягает чужак, и не важно, что маленький. Для ваших рас возраст не помеха, ты слишком молода еще, и он скоро подрастет, а кровного родства у вас нет…