Белый Всадник - Яна Завацкая

Четверо смотрят на пламя.

Неужели

Один из них я?

... До самого утра было тихо. Я задремывала, потом просыпалась. То один, то другой из ребят поднимался, выходил в лощинку, всматриваясь в темноту, затем возвращался назад. Разговаривали негромко, но больше молчали. Наконец, и мне захотелось размять конечности, я поднялась и вышла на перевал, откуда хорошо была видна долина Ладиорти.

Было еще темно. Праздничная иллюминация во дворце погасла, но ровный прямоугольник его обычных огней и кайма сторожевых костров по-прежнему светились в долине. Судя по времени, ночь клонилась к солнечному завершению, но восточный горизонт над морем был еще непроницаемо темен. Ночная прохлада сильнее ощущалась здесь. Я плотнее закуталась в плащ и хотела вернуться к костру, но мягкие шаги послышались сзади. Обернувшись, я увидела Дана.

- Я еду вниз, на запад,- сказал он, - Хочешь со мной?

- Конечно, хочу, - быстро ответила я. В сумерках полуразличимо проступало лицо Дана, плечи, покрытые плащом, ярко поблескивали его глаза, обруч и камень надо лбом, серебряная застежка между ключиц.

Скакать рядом с ним в ночь, туда, где опасность...

Поймав лошадей, мы подтянули подпруги, вскочили в седла. Помахав Виктору и Кашке на прощание, я пустила Стрелку вслед за лошадью Дана, белым Асгардом, в темноту.

Обе наши лошади светлой масти, да и мы сами в серебристых плащах видны издали, подумала я. Разумно ли это? Мы представляем собой отличные мишени. Но желающих пострелять пока не было видно.

Тропинка здесь спускалась с горы большими зигзагами, и, вследствие этого, была более пологой, чем на восточном склоне. Все же лошади шли осторожным шагом. Мы долго ехали через лес в непроницаемой тьме. Наконец ровная дорога оказалась под ногами коней, и мы поехали чуть быстрее. Местность здесь казалась еще мрачнее, чем в покинутой долине Ладиорти, тишина - еще более ватной. Заговорить я не решалась. Мерзкий, знакомый с детства страх темноты пролез в сердце, и даже присутствие Дана не успокаивало. Наконец, подъехав к нему ближе, я спросила робко:

- Разговаривать можно?

- Можно, конечно, - ответил Дан с улыбкой, придерживая коня, и от этой улыбки разлетелся мой страх, исчез, словно никогда его и не было.

- Дан, я... мне страшно.

- Мне очень жаль, - сказал он, - но оставить тебя здесь невозможно, слишком опасно. А дальше будет гораздо страшнее.

- Нет, нет! - я тряхнула головой. - Мне уже не страшно. Мне с тобой ничего не страшно, - это я добавила полушепотом. Дан кивнул, словно ожидал такого ответа.

- Ты будешь бояться, - сказал он. - Но это не так опасно, как кажется. Главное - всегда стой рядом со мной и делай то же, что и я. Что бы ни случилось, не отходи от меня. Понятно?

- Понятно.

- Скоро ты ближе узнаешь теппелов. Слушай свои чувства, - сказал Дан и пустил лошадь снова в рысь.

Чувства? Чувство мной владело в тот момент лишь одно - страх. Слова Дана, его спокойный, уверенный тон успокаивали. Но страх пробирался снова и снова, хватая сердце черной холодной лапой. И это не был страх перед пулями, смертью - об этом я даже не думала. Это был Черный Страх, хуже которого нет.

Мы взлетели на небольшой холмик, и Дан внезапно остановил коня. Я едва справилась со Стрелкой. Это отвлекло меня, а потом я взглянула вниз...

В первый миг мне перехватило горло, и лоб покрылся липким потом. Я жадно схватила ртом воздух. Успокойся, успокойся, повторял мой внутренний голос. Ничего же страшного! И верно - ничего страшного не было впереди, по человеческим понятиям. Обычный поселок, темные прямоугольники домов, заборы. Разве что выглядело все это каким-то безжизненным, походя скорее на заброшенный концлагерь, чем на человеческое жилье. Ни огонька, ни движения, ни звука, ни иных признаков обитаемости. Но это и понятно: ночь. И все-таки все это внушало необъяснимый ужас, словно чудовища, а не люди жили в этом поселке.

Судорожно вцепившись в поводья руками, я смотрела вниз. Двинуться с места казалось совершенно невозможным подвигом. Душный, тяжелый туман, лежавший в низине, поднялся выше, и уже окутал ноги моей лошади, и это была смерть... Круги поплыли перед глазами, вязкий серый туман поднимался все выше и выше, и вот уже нет Дана, пропал поселок, небо, деревья вокруг - все одна душная черная смерть, небытие, проклятие. Я хотела кричать, но не могла, задыхаясь, хватала ртом серую смерть, но в ней не было воздуха. Грудь сдавило словно многотонным грузом. Внезапно сильные руки схватили за плечи, встряхнули меня. Сквозь серый туман я увидела смутно проступающие знакомые черты, блеск светло-серых повелительных глаз. "Дан, -выдавила я с трудом, - Дан..." - хотела сказать "я умираю" , но не смогла. Дан снова жестко встряхнул меня. Ужас постепенно отступал. Черты окружающего проявились в серой дымке.

- Я держу тебя,- громко сказал Дан. - Не бойся. Держись за меня! Держись!

В этот миг я поняла смысл его слов, поняла, как я должна держаться. Отпустив меня, он отъехал на два шага, но я крепко уцепилась за него - сердцем, все время ощущая его присутствие. Он, казалось, совсем не знал страха. Его лицо было сурово и спокойно.

- Смотри вниз, - приказал он. Я поймала себя на том, что упорно бессознательно отвожу взгляд от поселка. Повинуясь Дану, я заставила себя смотреть вниз и снова ощутила тот же наползающий ужас. Но, мысленно крепко держась за Дана, продолжала смотреть. И тогда над крышами на миг проступило Лицо - жуткий, безобразный лик этот потряс меня. Дан! - крикнула я мысленно, и лик пропал. Я посмотрела на друга, и он, должно быть, прочел весь ужас и отчаяние в моих глазах.

- Что это... - прошептала я, не в силах сказать что-либо членораздельное. Сердце освобожденно и бешено колотилось после пережитого кошмара. Дан кивнул.

- Ты видела сейчас одного из Тех, кто стоит за теппелами. А сами они, поверь, безобидны. Больше не бойся.

И впрямь, мой иррациональный страх мой прошел почти полностью. Кончилось безумие. Это понятно, если подумать: мы боимся лишь сверхъестественного, но когда Оно входит в нашу жизнь реальным другом или противником, мы относимся к нему точно так же, как к земным, физическим явлениям.

Дан внезапно соскочил с коня. Отдав мне повод, он пошел вниз по склону холма, ведущему в поселок, и, дойдя до подножия, остановился. Из-за пазухи вынул он какой-то предмет, светящийся в ночи, бросил на землю и быстро вернулся к своей лошади. Теперь я разглядела, что это были белые диковинные цветы, вроде орхидей. Лепестки их причудливо изгибались, и, самое удивительное, цветы неярко светились во тьме, точно фосфоресцируя. А тьма вокруг них казалась еще гуще. Вдруг внизу мне почудилось движение, я невольно предупреждающе вскрикнула "Дан!" и тут же увидела два высоких темных силуэта. Мне показалось даже, что я различаю лица мужчин, их вскинутые автоматы...