Еретики Аквасильвы - Ансельм Одли

Она говорила со мной, как строгая наставница, распекавшая нашкодившего воспитанника. Я почувствовал раздражение. Возможно, мы сделали ошибку, решив переночевать в этом храме.

— До завтрашнего утра.

— Хорошо. Надеюсь, мы увидимся с тобой во время ужина.

Она отвернулась и без лишних слов покинула кабинет. Ее мантия производила тихий шелест.

— Вот уж не думал, что встречу здесь помощницу Премьера, — сказал я, нарушив неловкое молчание.

— Обычно она обитает в Танете и редко удостаивает нас своим присутствием, — довольно кисло ответил Дашаар.

Верховная жрица Севера, которая редко навещает регион, входящий в зону ее ответственности. Как это характерно для Сферы. Неужели уклонение от служебных обязанностей считается здесь нормой?

Дашаар и Борет развлекали нас беседой до тех пор, пока вошедший послушник не доложил им, что гостевые комнаты готовы. Борет щелкнул пальцами, и юноша поспешно удалился. Жрец-администратор с улыбкой предложил нам следовать за ним. Мы прошли по нескольким коридорам с полукруглыми сводами, поднялись по пролету лестницы, пересекли овальный зал и остановились в небол ьшом проходе. Борет указал нам двери в наши комнаты.

По сравнению с этими апартаментами мои покои в Лепидоре выглядели жалкими каморками — как, впрочем, и весь наш дворец. Цветные плетеные циновки устилали полированный пол. На стенах выделялись барельефы с пейзажами и сценами битв. Гобелены и портьеры были изготовлены настоящими мастерами. По углам каждой комнаты стояли курильницы, но воздух не казался тяжелым, поскольку вторые открытые двери выходили на широкий балкон, с которого я мог обозревать весь комплекс зиккурата. Это было очень кстати, потому что после нескольких минут, проведенных в храме, вездесущий запах благовоний начал действовать мне на нервы. Я не мог понять, как жрецы и послушники выносили его день за днем. Моим телохранителям и Сархаддону выделили помещения по соседству. Им пришлось делить одну ванную комнату. В моих апартаментах имелась собственная.

— Это жилье для гостей? — спросил я Борета.

Дашаар простился с нами перед тем, как мы покинули его кабинет.

— Да, они зарезервированы для знати и сановников вашего уровня. Скажите, вы намерены выходить сегодня из храма?

— Эсграф имеет несколько дел, которые нужно уладить в городе, — быстро ответил Сархаддон. — Мы вернемся вечером.

— Тогда я дам охране соответствующие указания. Ужин для старших жрецов состоится в трапезной экзарха — сразу после заката. Мы будем рады, если вы присоединитесь к нам. Кроме того, вы приглашаетесь на вечернюю церемонию в верхних святилищах. Что-нибудь еще?

— Нет, спасибо.

Борет с поклоном удалился. Пока наши телохранители осматривали свои комнаты, Сархаддон закрыл дверь, прислонился к ней спиной и в изумлении покачал головой.

— В чем дело?

— Этот храм и раньше славился сказочной роскошью, — прошептал он, приложив к губам кончик указательного пальца.

Я понял, что он призывал меня говорить как можно тише. Действительно, богатство зиккурата было сказочным. Но к чему такая секретность?

— Теперь тут все изменилось. Ничто не сохранилось прежним. Дашаар и Борет — новые жрецы. Год назад их здесь не было. Судя по акценту, Борет из Танета. Храм переполнен сакри. Они прячутся в каждой тени.

— Я заметил только двух у арочного прохода.

— Ты был слишком занят, разглядывая лепнину и колонны. Тебя ослепила пышность убранства. Интересно, почему помощница Премьера выглядела такой расстроенной?

— Она едва не вогнала меня в трепет, — признался я, разглядывая комнату. — Ты думаешь, нас подслушивают?

Этла общалась со мной настолько грубо и чванливо, что меня не тревожило, дойдут ли до нее мои слова.

— Ты прав. Эти апартаменты предназначены для почетных гостей. Было бы странно, если б какой-то ловкий малый не скрывался сейчас за стропилами, подслушивая нас. Именно так жрецы и узнают различные секреты. Значит, ты говоришь, что нам нужно увидеться с лепидорским консулом?

Все сказанное им смутило меня настолько, что я не сразу уловил смысл вопроса.

— Да, мы должны нанести ему визит. Пусть он услышит новости от нас, а не от моряков Бомара.

Найти обратный путь к воротам храма оказалось непросто. Мы едва не заблудились в извилистых переходах зиккурата. Наконец Сархаддон узнал коридор, который мог привести нас во внутренний двор. К сожалению, дверь была закрыта на замок. Послушник тихо выругался, и мы решили вернуться к лестнице. В это время за матерчатой занавесью слева от нас послышались голоса. Я замер на месте.

— А кэмбресский экзарх не будет возражать? — спросил мужской голос.

— Мы уже решили эту проблему, — ответила Этла. — Он внезапно заболеет и не сможет принять участие в выборах нового Премьера. Остальные представители Гипериона не будут настаивать на выдвижении своих кандидатов. Только он мог бы помешать Лечеззару, но с нашей помощью болезнь прикует его к постели.

— Хороший ход.

Сархаддон неистово дернул меня за руку и потащил по коридору. Так мы неслись без остановки, пока не оказались во дворе, миновав внешние ворота храма. После зиккурата этот большой портовый город казался мне милым и безопасным местом.

Глава 5

Мы молча шли по центральной улице к рыночной площади — огромной, в семь-восемь раз превышавшей рыночную площадь в Лепидоре. Ее загромождали торговые ряды, лари и палатки. Некоторые из них выглядели настоящими домами, с шелковыми крышами, трепетавшими под бризом, и ковровыми дорожками на деревянном полу. Даже небольшие палатки демонстрировали роскошь убранства, невиданную в других городах Океании. Широкие проходы между павильонами и ларями были завалены товаром и заполнены людьми. Мы то и дело прижимались к тюкам и ящикам, когда какой-нибудь богатый горожанин проходил мимо нас в сопровождении слуг и мощных телохранителей.

— Зачем мы пришли сюда? — спросил я Сархаддона.

Грубый толчок в спину швырнул меня на прилавок торговца женской одеждой. Хозяин палатки обложил нас нецензурной бранью и помахал кулаком сановнику, чей многочисленный эскорт расталкивал людей в проходе.

— Жрецы могли заинтересоваться той поспешностью, с которой мы покинули храм, — ответил послушник. — Возможно, за нами послали наблюдателя. Но в этой толпе он быстро потеряет нас из виду.

— Куда мы пойдем?

— Не имею понятия. Однако здесь нам не дадут поговорить. — Немного подумав, он предложил неплохой выход: — В квартале богатых торговцев есть несколько общественных садов. Мы можем прогуляться по тенистым аллеям. Никто не откажет графу в праве наслаждаться тишиной и покоем.