Е. Б. Ж - Татьяна Гармаш-Роффе

Весь путь к дому ее не оставляли мысли о Лешем. Что-то не вязалось тут, никак не вязалось! Сначала он позвонил Саше, которая, как недавно выяснилось, «любимая женщина детектива Кисанова». Эта Саша дала Лешему телефон детектива, и тот приехал незамедлительно. То есть в глазах Саши Леший имел весомый авторитет, отчего она и отрекомендовала его детективу самым лучшим образом…

И это бывший учитель французского? Спившийся и продавший комнату в коммуналке за ящик водки? Которого до сих пор уважают какие-то старые друзья? В наше бизнес-время, когда все меряется на деньги или на интерес, такое бывает?!

Вика попыталась представить. Вот, допустим, Ната, - возьмем такой сценарий, при котором она не преуспела со своей туристической фирмой. А, напротив, разорилась, впала в нищету, может, даже спилась… И как бы Вика отреагировала на ее звонок?

Конечно же, никаких сомнений - Вика бы немедленно подняла все мыслимые и немыслимые связи, чтобы выручить подругу! Пусть и разорившуюся, и спившуюся.

Но то Вика. Миша, к примеру, такими вопросами никогда не задавался. Он бы спокойно вычеркнул из записной книжки ненужного ему, выпавшего из оборота человека.

Бизнес - игра… ИГРА. Да, конечно. Только в ней существует большой подвох. И заключается он в том, что, с одной стороны, имеются игроки, а с другой - наивные, патологически честные люди, которые даже не подозревают, что с ними играют… Как с Лешим: те умники, что купили его комнату за ящик водки, - они, конечно, «бизнесмены» и, по определению Миши, «игроки». Проблема лишь в том, что Леший не игрок…

А ИГРА может быть настоящей только тогда, когда о ней есть обоюдное соглашение, когда играют обе стороны по общим правилам. Если же один играет, а второй доверяет, то никакая это не игра, а обман, мошенничество… Вроде наперсточников… Гадость какая!

«… А ведь со мной тоже кто-то затеял одностороннюю игру… - подумала Вика, засыпая. - Мертвая кошка - это ход конем. А я до сих пор так и не знаю, какой фигурой ответить…»

Глава 15

С утречка Вика бухнула, едва ли не с порога:

- Знаете что, Леонид Ильич? Раз вы не справляетесь сами, то я подключу всех наших сотрудников!

«Ход конем». Она не забыла свою вчерашнюю полудремную мысль.

- А кто платить будет, Виктория? У «разведчиков» свои задания, и простой в делах нам обойдется дорого!

Обезоруженная, Вика пошла к Жене. На этот раз она выложила ему все: и историю о кошке с кулоном, и об отпечатках проститутки.

- Вот почему ты меня расспрашивала в прошлый раз о нарушениях… Неприятная история.

- Жек, я права, что на кону репутация фирмы?

- Конечно.

- Значит, вполне логично дать задание разобраться в данной истории всем «разведчикам»? А то Леня мне заявил, что слишком большая роскошь, денег стоит…

Жека подумал:

- Безусловно, это вопрос чести фирмы, а не твой заказ в личных интересах. Но отрывать всех «разведчиков» от их, как всегда, очень срочных дел тоже было бы неправильным. Ты ведь знаешь, на вопрос: «Когда нужны результаты?» - у нас отвечают: «Вчера»…

- Может, ты сам возьмешься за поиск? Я тебе премию выдам, - улыбнулась она.

- Викуся…

- Что? Тоже нет времени, хочешь сказать?

- Времени никогда нет. Но тут другое… Твоя просьба ставит меня в очень неловкое положение…

Как оказалось, десять лет назад, когда Женя пришел в фирму мальчиком на побегушках, именно Николай Трофимов стал его учителем в профессии «разведчика». За что Женя ему безмерно благодарен. И теперь, даже если Трофимов грешен, то со стороны Жени было бы некрасиво его подставлять… Вдруг вышеозначенная проститутка действительно является его «контактом»?

Вика, однако, сделала из пояснений Жени свой вывод:

- Так, значит, не зря камеру подбросили мне?

- Вик, я сказал «вдруг». Возможно, он действительно завязал с незаконными методами. И эта проститутка вместе с камерой не имеет никакого отношения к нам. Просто, если в конце расследования окажется, что это он, я буду очень скверно себя чувствовать. Между прочим, он на самом деле хороший мужик. Это он только с виду такой бирюк.

- А второй, Плиточников?

- Его я знаю меньше. Он у нас относительно недавно, всего года три. А я, Николай Трофимов, Леня, Миша твой и еще пара человек - мы с основания. Поначалу, когда и законов-то толком не было, все мы баловались такими делами. Но однажды это стало незаконно. И пришлось переучиваться. И Трофимов, на мой взгляд, должен был уже войти в струю, после разборок с Мишей два года назад. Играть в одиночку против собственной фирмы - дело тухлое…

- Жека, что же мне делать? Кого попросить разведать, наши или не наши грешки связаны с этой камерой?

Женя задумался. И думал долго. И был похож, с его есенинской внешностью, на поэта, ищущего рифму.

- Видишь ли, Викуся, если у нас завелась нечистая игра, то любой может оказаться в нее вовлечен. Ты вот по старым делам вычислила Трофимова и Плиточникова, но вдруг это вовсе не они? Эти двое как раз ученые, а новенькие еще не битые, может, именно кто-то из них ввязался в запрещенные игры? Есть и другой нюанс… - раздумчиво произнес Жека. - Ты здесь человек посторонний и чужой, не обижайся. Ты милая, очаровательная, деликатно держишься - мужики отдают тебе должное во многих отношениях, я слышал разговоры… Но если ты поручишь такое дело некоему Игреку, то он, боюсь, твоим обаянием пренебрежет, предпочтя мужское братство. И предупредит Икса, что ты копаешь под него. Чем сослужит службу, понятно, ему, а вовсе не тебе.

- А если кому-то из женщин?

- Тот же расклад, только еще хуже. Уж слишком ты хорошенькая, чтобы они за тебя играли.

- Не за меня! За фирму!!! Это же дело общее для всех!

- Вик, ты что, никогда не работала в коллективе? Понятно… Видишь ли, дело делом, а люди есть люди. Большинство из них ради личных симпатий или антипатий способны спустить под откос любое дело. То есть если Маше нравится Саша, то она побежит ему немедленно докладывать, что ты, такая плохая-сякая-нехорошая, интересуешься его грешками. И Саша быстренько ляжет на дно. Мы эту психологическую особенность членов коллективов учитываем в работе и неплохо используем. Нужно узнать информацию о красивой женщине-руководителе? Найди некрасивую! В восьми случаях из десяти она, вместе с ненавистной ей красулей, заложит и всю свою контору.

- Так что же делать?! - отчаялась Вика.

- Да ты вообще ничего не должна делать, солнце! Скажи Лене, что разговоры о потерянном времени и его дороговизне неуместны, так как на кону репутация нашей фирмы. И перевесь заботу на его голову. Он ведь тоже это понимает. Сам найдет решение, я тебя уверяю. Это он просто перед тобой кочевряжится, не обращай внимания…

Вика послушалась Жеку, в силу чего сообщила Брежневу директорским голосом, что данное дело является приоритетом и не терпит отлагательства в интересах фирмы, посему пусть он подключает к расследованию любых сотрудников по своему усмотрению.

На этот раз Леня возражать не стал, только кивнул.

Пораженная откровениями Жеки, она довольно долго просидела в задумчивости в своем кабинете. Несмотря на отсутствие опыта работы в коллективе, она прекрасно помнила опыт коллектива школьного. Там ведь было то же самое… Всегда находились девчонки-интриганки, крутившие у нее за спиной, дабы настроить хотя бы часть мальчишек против нее. Вика совершенно не представляла, что дурного можно было о ней сказать, - она никого не обижала, обладала характером веселым и добрым. Но они как-то находили. Если Вика на уроке первой поднимала руку, говорили: подлизывается к учителю. Если она о ком-то хорошо отзывалась, говорили: хочет понравиться. Если отзывалась плохо (причем за дело), говорили: стерва…

Ничего, оказывается, не меняется. Ябеды остаются ябедами, интриганы - интриганами, и лишние двадцать, тридцать и далее лет возраста не прибавили новых штрихов к их мировосприятию…

Во многом знании - немалая печаль,Так говорил творец Экклезиаста.Я вовсе не мудрец, но почему так частоМне жаль весь мир и человека жаль?

- вспомнилась ей стихотворная строчка Заболоцкого.

«Они оба правы, - мудрец и поэт», - грустно подумала Вика…

Оставалось десять минут до встречи с вызванными «на ковер» Трофимовым и Плиточниковым. Вика подошла к зеркалу, поправила кудряшки, подчертила карандашиком неярко накрашенный, хорошенький ротик, посмотрела на себя и справа, и слева, но результат остался неутешительным: на директора она катастрофически не походила. И как ей держаться с неприветливым Николаем Трофимовым, о котором столь хорошо отзывался Жека, она не представляла.

Вика открыла дверь кабинета: Трофимов уже ждал, - и пригласила его войти.

Она решила свести собеседование к минимуму. Лишь проинформировала его об истории с кошкой и спросила, что он думает об этом деле.

Трофимов, не глядя на Вику и демонстрируя всем своим видом, что ему странно отчитываться перед ней - ЖЕНЩИНОЙ и НЕПРОФЕССИОНАЛКОЙ, сообщил, что, по его мнению, фирма «Виктория» не может быть причастна к данному инциденту. Тот факт, что кулон подбросили Вике, он расценивает как провокацию с целью посмотреть на дальнейшие действия фирмы. И если фирма сейчас начнет суетиться, сказал Трофимов, заверяя и доказывая, что она не причастна, то вызовет лишь больше подозрений.