Счастливчики - Даниэла Стил

– Мне очень жаль, мистер Томас, но я совершенно согласен с хирургом, оперировавшим вашу дочь. Ввиду полного поражения спинного мозга, она не сможет восстановить подвижность ног. Медицина это исключает. Я не хочу давать вам или Лили ложных надежд. Ей необходимо сосредоточиться на реабилитации и возврате к нормальной жизни. Многие великие люди оставались великими и в инвалидной коляске. Одним из них был американский президент Франклин Рузвельт. Я думаю, что важно внушить это Лили, а не поддерживать в ней ложные надежды, которые принесут ей только разочарование.

У Билла услышанное вызвало раздражение, он чувствовал себя подавленным. Врач показался ему отсталым, и его позиция – пораженческой. Джесси явно повлияла на него, заранее сообщив все подробности. Он вышел от врача с сердитым видом, и Лили ни о чем его не спрашивала. Она угадала мнение врача по тем вопросам, которые он ей задавал. Эти вопросы словно повторяли те, что она слышала от Джесси последние шесть недель. После разговора с ней у Лили не осталось иллюзий. Они оставались только у ее отца. Она спросила, можно ли им заехать в «Хэрродз» кое-что купить. У них оставалось время, поскольку они улетали в Швейцарию только на следующее утро. Она уже бывала раньше в этом магазине, и он ей понравился.

Отец привез их с Дженнифер туда и сказал, что подождет в машине. Ему нужно было позвонить в Нью-Йорк. Но у Лили не получалось делать покупки из инвалидной коляски. Ее теснила толпа, в лицо ей попадали локтями и сумками. Продавцы говорили с Дженнифер, а не с ней, и не отвечали даже на ее прямые вопросы. Она не могла ничего примерить – это было бы слишком сложно. Первый опыт ожидавшей ее теперь жизни оказался пугающим. Она впервые выехала в мир в инвалидной коляске, и, когда они сели в машину, Дженнифер увидела, как это ее расстроило. Отец удивился, что они так быстро вернулись. Лили чуть не плакала. Она боялась толпы и ничего не купила.

– Ну что ж, это только первый визит, – улыбнулся ей отец. – Ты ничего себе не присмотрела?

Как и другие девушки ее возраста, Лили любила делать покупки, и они с Вероникой часто ходили по магазинам в свободные от тренировок дни.

– Я не видела ничего, что бы мне понравилось, – сказала она спокойно.

Билл удивился и спросил:

– Хочешь где-нибудь позавтракать?

Лили отрицательно покачала головой. Ей хотелось только одного – исчезнуть. Ее первый «выход в свет» стал катастрофой, и возвращаться в реальность оказалось больнее, чем она себе представляла.

Они вернулись в отель и заказали завтрак себе в номер. Билл видел, что она несчастна, но не мог понять почему. Он не знал, как тяжело ей пришлось в «Хэрродзе», а Дженнифер побоялась что-нибудь сказать. Она оставила Лили наедине с отцом и поела у себя. Мешать им ей не хотелось. Джесси поступила очень умно, выбрав ее в спутницы Лили. Она была прекрасной медсестрой и очень тактичной, воспитанной молодой женщиной. Лили она нравилась.

– Все будет хорошо, детка, – успокаивал ее отец, пока они ожидали свой заказ у нее в номере. Он почувствовал, что ее попытка пойти за покупками оказалась неудачной неспроста. – Ты же не навсегда останешься в этом кресле и, когда встанешь на ноги, сможешь обойти хоть все на свете знаменитые магазины.

Он сказал это с лучшими намерениями, но ей стало еще тяжелее. Она чувствовала себя Алисой из «Алисы в Стране чудес» или Дороти из «Волшебника страны Оз».

– Перестань! – закричала она, и это поразило его. – Перестань вести себя так, словно я действительно встану на ноги! Я знаю, что этому не бывать. Только ты один в это веришь, – сказала она и безутешно зарыдала, как он ни старался ее успокоить.

– Иногда нужен только один упрямый человек, который верит! – воскликнул он. – Я никогда не отступлюсь, Лили. Я сделаю все, чтобы ты снова могла ходить. – Он был в этом глубоко убежден, но Лили уже больше ни во что не верила.

– Ничего ты не сможешь, – плакала она. – Мой спинной мозг уничтожен, папочка. Мои ноги уже никогда не смогут ощутить землю, траву… Я навсегда останусь в этой дурацкой коляске. Почему ты не можешь понять и принять это? Я не хочу ехать к другим докторам. Какой смысл? Все они скажут то же самое.

– Мы найдем такого, который не скажет, – твердо возразил он. – Его мы и ищем. – Для Билла это был поиск Священной чаши Грааля. А для нее звучало как безумная нелепость.

– Хочу домой, – жалобно сказала она.

– Мы поедем домой. Потерпи еще недельку, и мы вернемся в Денвер.

Но как только они вернутся, она на несколько месяцев окажется в реабилитационном центре. Ему была невыносима эта мысль. Но Джесси настаивала, и он согласился. Все приготовления уже были сделаны. Ее там ждут и примут в первое же утро после возвращения. Лили ничего не говорила, но тоже опасалась центра. Он казался ей похожим на тюрьму, где все в колясках и нет ни одного ее ровесника. Ей было тоскливо без ее друзей. Шести недель в больнице в Скво-Вэлли было достаточно, вернее, слишком много. Ей хотелось остаться в родных стенах дома.

Когда завтрак принесли, она до него едва дотронулась, а потом Дженнифер несколько часов отвлекала ее от мрачных мыслей игрой в карты, и они смотрели фильм. День выдался долгий и скучный, Лили легла спать с печалью на сердце. Билл тоже лег рано. Он не хотел ей этого говорить, но слова доктора-англичанина повергли его в уныние. Все одно и то же, ради этого не стоило ехать так далеко. Но он твердо намеревался услышать в других местах лучшие новости.

Через несколько дней нейрохирург в Швейцарии сказал то же самое. Осмотр был поверхностным, и мнение свое он составил еще до их приезда, на основании сообщений Джесси и результатов анализов. Как и лондонский доктор, он не мог понять, зачем они приехали. Они пробыли у него меньше часа, и, хотя у них были заказаны лучшие номера в отеле «Баур о Лак», Билл решил в тот же вечер лететь в Нью-Йорк и отдал распоряжение Энджи изменить их график. Она устроила для них новую консультацию на следующий день, после обеда. Билл начинал думать, что в Штатах им больше повезет с докторами. В Европе все слишком закоснелые и упрямые традиционалисты. Никаких новаций они предложить не могут. Билл возлагал большие надежды на встречи в Нью-Йорке и в Бостоне. На чужом континенте он пока ничего обнадеживающего не услышал.

Он сказал Дженнифер и Лили, что вечером они улетают. После раннего ужина они выехали в аэропорт, вылетели в Нью-Йорк и прибыли туда в полночь. Разница во времени была им на пользу, они выиграли шесть часов и через полчаса были в Карлайле. Почти весь полет Лили спала, ужинали они у себя в комнатах, а потом играли в карты. Лили и молоденькая сестра прекрасно ладили. Дженнифер во всем помогала Лили и умело морочила ей голову играми, модными картинками и журнальными сплетнями. Благодаря ей поездка стала для Лили намного легче.