Дерзкая - Ксения Акула

на полу, о том, чтобы я спокойно и без его пристального внимания смогла одеться и собраться, о том, что он вообще весь такой чуткий, мне вдруг стало непривычно жарко. И весь путь до дома я сконфуженно молчала, а Костик недовольно хмурился и неотрывно следил за дорогой. До моего дома мы добрались слишком быстро, я не успела поговорить о том, что волновало меня — о нашем с Андреем недопоцелуе.

«Что видел Жуков? Что успел себе навыдумывать и почему оказался в том самом месте и в то самое время?»

Я хотела расспросить его, но не смогла подобрать слов, а Жуков, как на зло, молчал и сам не начинал разговор. Так мы и расстались, в полном молчании и непривыной напряженной атмосфере, и все говорило о том, что Костик больше не повторит предложения провести с ним оставшееся до учебы время в Питере.

Хотя, о чем я переживаю?! Разве мне хотелось поехать с ним? Нет и еще раз нет!

— Ритка! — крикнула я сестре, которая ушла на кухню и готовила какую-то вкуснятину, запах от которой распространился по всему дому мясным ароматом. — Я с удовольствием поеду с тобой!

Сестра вышла в холл с прихваткой, надетой на изящную руку и помахала мне ей, счастливо улыбаясь.

— Мы хорошо проведем время, Аленушка, — пообещала она, снова скрываясь на кухне. — Пойдем есть лазанью, скоро папа приедет и присоединиться к нам. Он сегодня обещал пораньше освободиться, а завтра сам отвезет нас в аэропорт.

— Завтра, — сдавленно пискнула я в ответ, но сестра не услышала. Мне же не оставалось ничего другого, как смириться с неизбежным.

Укладываясь вечером в кровать, я проверила мессенджеры, но Жуков не написал мне и Андрей, как ни странно, тоже. Я ждала от бывшего упреков по поводу очередного побега из его жарких объятий, но он молчал. Наверное, устал, что в самый последний момент я всегда говорю «нет» или решил, что этот раз все-таки последний.

— Прости, — произнесла я вслух, прикрывая веки и снова в мельчайших подробностях вспоминая Жукова и его утренний «стояк». Но прощения я просила не у Костика, а у Андрея. Мне хотелось встретиться с парнем и поговорить по душам, но что бы я ему сказала?

«Ты мне нравишься, ты меня волнуешь, но я безумно боюсь близости с тобой и не хочу продолжать то, чему не суждено случиться!»

Сотовый пиликнул, и я сонно зевнула, доставая его из-под кровати.

«Ты безумно красивая по утрам» — гласило сообщение от Жукова.

«А ты до тошноты правильный» — отправила я ответное сообщение, на которое получила от Костика недовольный смайл.

«Завтра улетаю в Питер. Буду скучать!»

Мое сердце тревожно забилось в груди, а ладони почему-то вспотели, но, следуя привычке, я пожелала Жукову встретить там прекрасную принцессу и не возвращаться.

— Дура ты, Аленушка, — прошептала я, отключая звук и засовывая сотовый под кровать. Но мысль о том, что я способна скучать по Костику и думать о нем, как о желанном парне, несказанно бесила меня и вызывала отторжение. Стоит показать ему свою симпатию, и я стану зависима от его переменчивого характера и непредсказуемых желаний. По Жукову никогда не поймешь, то ли он всерьез говорит, то ли просто говорит то, что от него хотят услышать. Может, ему скучно стало в обществе восторженной Лили, и он с помощью меня решил избавиться от нее и немного развлечься. Многого Жуков себе никогда не позволял, со мной по крайней мере, но его способность зажигать мое воображение сильно волновали меня и пугали. Хорошо, что завтра он улетает в одном направлении, а я в другом.

Глава десятая

Неожиданный визит

(Аленушка)

С очередной прогулки по паркам столицы я вернулась без ног, падая на диван в гостиной и выстанывая у сестры пощады.

— Не ной, Аленушка, мы только начали, — дышала воодушевлением Ритка, выкладывая на стол покупки из маркета. — Сейчас запечем курочку и устроим себе романтический ужин.

В дверь настойчиво позвонили, но я не стала дожидаться, когда сестра откроет, и потащила свою тушку в ванную, чтобы смыть липкий пот, буквально вьевшийся в кожу. Только Ритка умела оставаться идеальной в такую жарищу, а я увидела в зеркале уставшую девушку с серым от пыли лицом и влажными вьющимися волосами, прилипшими ко лбу и вискам. Топ тоже лип к спине, а мятая юбка напоминала половую тряпку, и я с наслаждением избавилась от одежды, включая прохладные струи воды и мечтая о тишине и спокойствии.

— Аленушка, я сгоняю в офис на пару часиков, — послышался из-за двери обеспокоенный голос сестры, — кое-какие проблемы нужно уладить.

Что-то в ее словах меня насторожило, но я не придала этому значения, радуясь возможности поваляться в одиночестве и заняться ничегонеделанием.

— Езжай, — крикнула ей, набрав полный рот воды и невольно отплевываясь.

— Без меня ничего не готовь, — на всякий случай уточнила Ритка, хотя прекрасно знала, как у меня обстоят дела с приготовлением пищи. Дальше разогретых в микроволновке блинчиков, бургеров и пицц дело не двигалось. Правда, с некоторых пор я умела варить пельмени и разогревать на плите консервированный томатный суп, который ненавидела всей душой. Но иногда папочка забывал о том, что в его доме живет еще одна дочь, которая до сих пор находится на его попечении, а приходящая домработница болела неделями, и тогда я училась есть всякую дрянь. Полуфабрикаты стали частью моей жизни, как и лишние килограммы на попе, которые появлялись из-за колорийной пищи.

В дверь снова позвонили.

— Проходной двор какой-то, — прошипела я себе под нос, хатая шелковый халатик сестры. — Что за… ужас! — прокомментировала я увиденное в зеркале форменное безобразие. Оборочки не столько прикрывали, сколько соблазнительно выставляли напоказ, и я нервно запахнула полы халатика, выбегая в холл. В дверь трезвонили не переставая.

— Иду! — крикнула я недовольным голосом, задевая по дороге вазу с какими-то ужасными цветами. — Что за день такой! — я уже кричала, так нервировала меня трель звонка.

Стоило мне приоткрыть дверь, как в щель показался огромный, огромнейший букет кремовых роз. Их одуряющий нежный аромат заполнил мои легкие, и я хлопала глазами, не понимая, что происходит. Может, у сестры новый поклонник, который не знает о моем присутствии.

— Рит, прости меня, — услышала я до боли знакомый голос, хозяин которого продолжал скрываться за створкой входной двери. Нелепейшея ситуация, в которую невозможно поверить.

«Полный зашквар!»

— Рит, я зря позвонил, я не должен был, я не знал, что делать, — продолжал говорить Антон, а я боялась