Любимых не отпускают (СИ) - Коваленко Мария

— Ты бы мог рассказать мне. Не выставлять из больницы как постороннюю, а поделиться.

Моя потрясающая девочка еще добрее, чем можно мечтать. Чудо, каких не бывает в нашем бизнесе.

Умудрился же племянник найти и вручить мне такой джекпот!

— Ева, твоя карьера была на взлете. Важен был каждый день и каждый концерт. Ты только начинала, а я… — на этом правда заканчивается. — У меня была искалеченная жена. И ни минуты на себя или кого-то другого.

Глава 26. Обратная сторона лжи

Леонас

По глазам вижу, что Ева мне не верит. Моя девочка стала намного умнее за эти пять лет и научилась фильтровать ложь.

Гордость берет за мать моей дочери. К сожалению, другой правды у меня для нее нет. Все, что хоть как-то касается реальных дел, может быть для нее слишком опасным. Бывший любовник жены однажды уже поймал меня на слабости. Повторять я, пожалуй, не буду.

— Я уже попросил свою помощницу найти вам приличное жилье. Небольшой дом со свежей мебелью в безопасном районе. — Пора сворачивать разговор. — Как только врачи закончат с Викой, можно будет проехаться по всем адресам и выбрать, что понравится больше.

— В этом я бы обошлась без твоей помощи.

— Не сомневаюсь, — усмехаюсь. — Будем считать, что я помогаю Вике. За пять лет у меня накопился приличный долг перед дочкой. Разреши сделать хоть что-то.

— У нее очень упрямый отец. — Качает головой моя звезда.

— И этот отец уже мечтает о новой встрече со своей девочкой.

Не могу сдержать улыбку. Пока что в женском батальоне Евы у меня лишь одни союзник — самый маленький и важный. Хотелось бы больше. Но неплохо для начала.

— Врач сказал, что ничего страшного. Возможно, нас прямо сегодня отпустят домой.

— Тогда я приеду завтра. Надеюсь, уже в новый дом.

— Если мы что-то выберем, то завтра будет переезд. Я бы не хотела совмещать его с твоим визитом. Для Вики будет слишком много впечатлений.

— Послезавтра. — Кажется, я уже готов начать считать минуты до этой встречи.

— Леонас… — стонет Ева. — Ты невозможный.

— Очень даже возможный, поверь. — Поглядываю на часы. Капитально опаздываю. Похер.

— Хорошо. Если Вика пойдет на поправку. И если мы переедем.

— Водитель уже ждет тебя на парковке. Он в полном твоем распоряжении. Адреса домов будут у него через десять минут.

— Есть что-то, чего ты не предусмотрел?

— Есть очень много того, что я упустил. Хватит и этого.

Героическим усилием воли глушу свой порыв поцеловать ее на прощание и перед уходом на пару секунд заглядываю в палату к дочке.

После клиники энергия бьет ключом. За десять минут я успеваю согласовать с Лаевским встречу с Евой, прослушать пару истеричных сообщений жены и выслать Штерну один контакт, который нужно проверить в кратчайший срок.

Для полного счастья не хватает лишь заехать домой и переодеться. Но на это уже нет ни минуты. Оставив водителя Еве, я сажусь в такси и еду на Невский проспект. В отель, где меня не ждут и вряд ли будут рады встрече.

В том, насколько я прав, убеждаюсь уже через полчаса.

— Я не заказывала уборку номера, — со знакомым скрипом произносит немолодая стройная женщина, когда я вхожу в ее номер.

— Обещаю оставить все, как есть. — Закрываю за собой дверь и прячу в карман универсальную ключ-карту, которую любезно вручил мне администратор отеля.

— Рауде?! — Женщина оборачивается так быстро, что задевает лежащие на столе бумаги.

Те разлетаются по номеру, образуя черно-белый ковер.

— Давно не виделись, Алла, — смотрю на свою бывшую помощницу. Шапокляк, как называла ее Ева.

— Пять лет… — ошарашено произносит она, опускаясь на идеально застеленную кровать. — С тех пор, как ты уволил меня.

Будто я преступник, пришедший убить ее, Алла тянется к телефону. Но в последний момент одергивает руку.

— Ты никогда не умела правильно выбирать стороны. — Сажусь напротив нее в удобное кресло. — Работая в моей команде, ты исполняла приказы моей жены. А после увольнения ушла к конкуренту. — Наклоняюсь вперед. — К Грише Каткову.

Лицо Аллы бледнеет на глазах. Несмотря на опыт и несколько лет работы с Катковым, моя бывшая помощница так и не научилась держать удар.

Это неплохо. Особенно, если учесть, как именно я собираюсь ее использовать.

— Я не понимаю твоих обвинений! — с запозданием возмущается Алла.

— А я обвинял?

Закидываю ногу на ногу. Спешить теперь некуда, добыча на удочке и не сорвется. Можно неспешно вести задуманную игру.

— Как же слова о конкуренте?

Алла оступается и тонкой шпилькой прошивает насквозь одну из бумаг. В прошлой жизни такое и представить было сложно. Не с ее внимательностью и дотошностью.

— Это лишь факты. — Развожу руками. — Или ты осталась верна моей жене?

— Я? Нет! Что ты такое говоришь?

— Наверное, стоит намекнуть Грише, чтобы сделал проверку. — Демонстративно верчу в руках телефон. — Интересно, как он с тобой поступит. Так же благородно, как я? Или решит наказать?

— Леонас, ты берешь на себя слишком много! — повышает голос бывшая помощница. — У нас с Григорием взаимовыгодные деловые отношения.

— Со мной тоже были взаимовыгодные… А потом выяснилось, что за моей спиной ты выполняла поручения Ирмы. Или забыла, как наняла для пиара Евы того басиста? Он ведь чуть ни изнасиловал девчонку. Я подоспел в самый последний момент.

— Я уже говорила тебе! Кто мог догадаться, что у него в голове? Для меня это был такой же шок, как и для тебя.

— Что-то я не помню твоего шока. Наверное, ты была слишком занята тем, что покрывала мою жену.

— Это была лишь ее рекомендация! Один единственный раз! — заламывает руки Алла. — Ирма хотела продвинуть Алекса. Он был одним из ее клиентов. И мы решили, что взаимный пиар это отличная идея. Известный басист, немолодой, не самый привлекательный. И юная неизвестная певица. Тот самый мезальянс, который безумно любит обсасывать публика.

— Не придраться! — аплодирую. — Красивая версия. Для Каткова уже заготовлено такое же убедительное оправдание?

— Ты можешь звонить ему прямо сейчас! — Аллу начинает потряхивать. — Мне нечего скрывать.

— Еще скажи, что не прикладывала свою руку к кабальному контракту Евы?

На самом деле у меня нет ни одного доказательства. Тот период пестрит белыми пятнами. Я разрывался между больницей и клубами. Пытался спасти бизнес, себя и Еву от ублюдка Внукова и стерег слетевшую с катушек Ирму.

— Нет! Это было одним из условий! Я согласилась брать любые проекты, кроме Евы. Григорий под этим подписался.

— И все же… Ты лжешь.

Пора дожимать мою добычу.

Я нисколько не сомневаюсь, что басист был разовой акцией, и контракт Евы прошел мимо Аллы. Катков еще больший параноик, чем я сам. Он бы не стал показывать важный контракт новому партнеру.

Однако сейчас мне пофиг на справедливость и на прошлое. Мне нужен свой человек в команде Каткова. Шпион, который поможет прижать этого выскочку.

— У тебя совсем нет никакой совести, Рауде! — Аллу предсказуемо несет. — Я отпахала на тебя больше десяти лет. Ни один из твоих работников не выдержал так долго! Я выполняла любые поручения. Пачкала руки, когда это нужно было для дела. Я болела своей работой. Плюнула ради нее на личную жизнь и что получила в качестве благодарности?

— Что же?

— Ты выкинул меня из обоймы ради молодой девчонки, своего очередного увлечения! Всего одна ошибка… даже не ошибка, а стечение обстоятельств, и я стала ненужной.

— Изнасилование тоже стало бы стечением обстоятельств?

С горечью замечаю, как поменялись за этих пять лет самые близкие для меня женщины. Ева заматерела, выучила слово «нет» и стала осторожной. А Алла ослабла.

Моя ручная гиена растеряла свою хватку. Разучилась просчитывать наперед шаги противников. Увязла в эмоциях.