Пляска богов - Нора Робертс

— Нет, не лгала. Просто не обо всем говорила, и я у тебя прошу прощения за это. Мне так жаль, но я не могла тебе об этом сказать, когда мы впервые… а потом я просто не представляла, как признаться тебе, кто я и чем занимаюсь.

— Что ты ненормальная.

Она отпрянула, словно от пощечины.

— Я не ненормальная. Понятно, ты расстроен, но…

— Расстроен? Я не знаю, кто ты и что ты. Боже, все эти месяцы я спал черт знает с кем! Но одно я знаю точно. Теперь держись от меня подальше. От моей семьи, от моих друзей.

— Тебе нужно время. Я понимаю, но…

— Я уже потратил на тебя достаточно времени. Мне плохо от одного твоего вида.

— Перестань.

— С меня хватит. Думаешь, я смогу быть с тобой, снова прикасаться к тебе после всего этого?

— Что с тобой? — воскликнула Блэр. — Я спасаю человеческие жизни. Существо, которое ты видел, — убийца, Джереми. Оно охотилось бы на невинных людей, убивало бы их. А я помешала ему.

— Все это бред. Никаких вампиров не существует. — Джереми сдернул чемодан с кровати, которую они делили почти шесть месяцев. — Когда я выйду отсюда, ты перестанешь существовать вместе с ними.

— Я думала, ты меня любишь.

— От ошибок никто не застрахован.

— Значит, ты уйдешь, — тихо произнесла она, — и я перестану существовать.

— Тебе виднее.

«Это со мной не в первый раз, — подумала Блэр. — Нет, не в первый». Единственный человек, которого она любила с рождения, поступил точно так же. Она медленно сняла кольцо с пальца.

— Забери.

— Мне оно не нужно. Мне ничего не нужно, что имеет отношение к тебе. — У двери Джереми оглянулся. — Как ты будешь жить? Кому расскажешь обо всем этом?

— А больше у меня никого нет, — ответила она пустой комнате. Потом положила кольцо на комод, села на пол и расплакалась.

«Мужнины жестокие существа. Используют женщин, а потом бросают. Делают их одинокими и несчастными. Лучше бросать их первыми, правда? Отплатить им той же монетой, и пусть мучаются они.

— Ты страдаешь, и ты устала оттого, что тебя отвергают, ведь так? К тому же эти бесконечные битвы, смерть… Я могу избавить тебя от этого. Я так хочу тебе помочь.

— Почему бы нам не поговорить — вдвоем, только нам с тобой… Только девочки. Может, немного выпьем и обсудим мужчин?

— Ты не пригласишь меня войти?»

Блэр стояла у окна, и лицо, проступавшее из темноты, приветливо улыбалось ей. Она подняла руки и начала открывать фрамугу.

«— Поторопись. Открывай. Пригласи меня, Блэр. Только скажи».

Она открыла рот и уже собиралась произнести слова, вертевшиеся у нее на языке.

— Кто-то прыгнул на нее сзади, отбросил в угол комнаты, и она распласталась на полу.

5

С той стороны окна донесся крик ярости. Стекло завибрировало, готовое вот-вот лопнуть. Затем лицо исчезло, растворившись во тьме. Блэр показалось, что комната вращается.

— Не надо. Не смей. — Ларкин схватил ее за плечи и поднял с пола, поставив на колени. — Что ты делаешь, черт возьми?

Его лицо то становилось четким, то вновь расплывалось.

— Собираюсь выйти. Извини.

Потом она поняла, что лежит на своей кровати, а Ларкин хлещет ее по щекам.

— Ага, очнулась. Не покидай нас, морнин. Я схожу за Гленной.

— Нет, погоди. Минутку. Как-то мне нехорошо. — Она с трудом сглотнула и прижала ладонь к животу, пытаясь унять тошноту. — Словно объелась пиццы. Должно быть, я спала. Мне казалось… Я спала?

— Ты стояла у окна и собиралась его открыть. А там была она. Француженка.

— Лора. И я собиралась впустить ее. — Блэр с ужасом посмотрела на Ларкина. — О боже, я хотела впустить ее! Как это могло случиться?

— Ты была… не похожа на себя. Словно спала, но с открытыми глазами.

— Лунатизм. Транс. Твари проникли мне в мозг и что-то со мной сделали. А где остальные?

Она попыталась встать, но Ларкин удержал ее.

— Все внизу. В кухне. Гленна готовит ужин, благослови ее Бог. Попросила позвать тебя. Я постучал, но ты не ответила. — Он бросил взгляд на окно, и лицо его омрачилось. — Чуть не ушел, подумав, что ты спишь и что сон не менее полезен, чем еда. А потом мне показалось… Я услышал, как она обращается к тебе.

— Если бы я ее впустила… Всегда думала, что вампиры способны управлять только теми, кого они укусили. А это что-то новенькое. Нам лучше спуститься вниз — рассказать остальным.

Он погладил ее по волосам.

— Ты еще дрожишь. Я могу тебя отнести.

— Не сомневаюсь. — Блэр невольно улыбнулась. — Но, знаешь, может, в другой раз? — Она села, наклонилась к нему и коснулась губами его губ. — Спасибо, мой спаситель.

— Всегда рад. — Ларкин взял ее за руку, помог встать с кровати и поддержал, когда она покачнулась.

— Ух ты. Голова кружится. Здорово они меня, Ларкин. Использовали мои воспоминания и чувства. Глубоко личные. Я вне себя от злости.

— Было бы хуже, если бы ты впустила ее в дом.

— Это уж точно. Ладно, пойдем вниз и… — Блэр снова покачнулась и выругалась.

— Придется помочь тебе. — Он подхватил ее на руки.

— Подожди минутку. Нужно восстановить равновесие.

— А по мне, так ты отлично уравновешена. — Он посмотрел на нее и медленно улыбнулся. — У тебя красивая фигура. И мне нравится, что ты носишь одежду, которая ее не скрывает. Ты так приятно пахнешь. Будто зеленые яблоки.

— Ты пытаешься отвлечь меня от мыслей о том, что я едва не пригласила вампира на ужин?

— Ну да. И как, получается?

— Немного.

— Тогда давай продолжим. — Он остановился, наклонил голову и поцеловал ее.

Словно электрический разряд. Но меньше радости, чем в прошлый раз, поняла Блэр. Он испугался за нее и готов отомстить. Она не помнила, когда в последний раз кто-то тревожился за нее. И ответила на поцелуй прежде, чем успела проконтролировать себя, — прижалась к Ларкину, запустила пальцы в его волосы, словно изливая на мужчину свое мучительное одиночество, которое не оставляло ее даже после того, как она очнулась ото сна.

— Неплохо действует, — пробормотала она, когда Ларкин оторвался от нее.

— По крайней мере, щеки у тебя порозовели.

— Тогда поставь меня на пол. Если ты на руках принесешь меня в кухню, все испугаются. Хватит и рассказа о том, что случилось.

Ларкин опустил ее, но руки не убрал.

— Не шатает?

— Уже гораздо лучше.

Тем не менее весь путь до кухни он придерживал ее под руку.

— Если такое возможно, почему они не делали этого раньше?

Хойт сидел во главе стола в столовой; за его спиной потрескивал огонь в камине. Вопрос был адресован Киану.