Невский! Главный проспект Российской империи - Юлия Игоревна Андреева

здание создано по последнему слову инженерной науки. Сначала сооружен металлический каркас, вроде Эйфелевой башни или основы широкого бального платья XVIII века, и после ажурный каркас заполнили кирпичом. В Петербурге еще не знали такого способа возведения зданий.

После того, как завершили внутреннюю отделку помещений, украшать фасад пригласили скульпторов Артемия Лаврентьевича Обера и Хейнриха Адамсона.

Когда же с дома сняли леса, петербуржцы и гости города поразились полным отсутствием водосточных труб, что сразу же вызвало волну насмешек и порицаний. Но трубы, разумеется, были, просто Сюзор спрятал их в стенах здания.

Сейчас это звучит неправдоподобно, но современникам зингеровский дом страшно не понравился. Сколько упреков, сколько писем в газеты и в Комитет градостроительства: «Уберите жуткую уродину с главного проспекта», «Вульгарный дом фирмы “Зингер” не просто не вписывается в петербургскую архитектуру, он словно издевается над традицией и нарушает ансамбль», «Дом Зингера – пощечина общественному вкусу».

Так бывает. Здание дома компании «Зингер» не оценили современники, но оно стало неотъемлемой частью Петербурга, а позже Ленинграда в глазах потомков.

Впрочем, выгодное расположение и броская красота дома скорее привлекала к себе, нежели отталкивала. И не удивительно, что вскоре после торжественного открытия, помещения в нем стали арендовать Санкт-Петербургский частный коммерческий банк и банкирский дом «Захарий Жданов». Несмотря на политические беспорядки начала века, фирма «Зингер» одна из первых в России продавала свои товары в кредит, а значит, им постоянно были нужны банковские услуги.

В 1910-х годах в здании обосновались консульство США и правление Русско-Английского банка.

Официально дом принадлежал фирме «Зингер» до 1917 года, но представительство фирмы оставалось в здании, занимая в нем офисные помещения, до 1922 года.

Как дом Зингера превратился в «Дом книги»

19 декабря 1919 года в дом компании «Зингер» из Смольного переехал «Петрогосиздат», и на нижних этажах открылся книжный универмаг «Дом книги». Таким образом, на первом и втором этажах торговали книгами, в подвалах размещались склады, а помещения, от третьего этажа и до самой башенки, занимали различные редакции и издательства. Так, Самуил Яковлевич Маршак открыл здесь издательство «Лендетгиз». Здесь выпускали литературу для детей и подростков, сюда приходили авторы знаменитых журналов «Чиж» и «Ёж», а позже обосновалось издательство «Петросовет».

С 1931 года магазин устраивал весенние книжные базары на Малой Конюшенной улице, в настоящее время такая выездная торговля носит название «Книжные аллеи».

О «Доме книги» писал Сергей Михалков:

О сколько в этом доме книг!

Внимательно всмотрись —

Здесь тысячи друзей твоих

На полках улеглись.

Они поговорят с тобой,

И ты, мой юный друг,

Весь путь истории земной

Как бы увидишь вдруг…

«Дом книги» продолжал работать во время Великой Отечественной войны и даже во время блокады Ленинграда. После того, как в начале ноября 1941 года бомба попала в дом № 30, в здании «Зингер» не осталось ни одного целого окна, работники магазина заколотили оконные проемы фанерой и досками. Раненный дом временно утратил свою красоту, но не перестал работать. Он был закрыт, только зимой 1941/42 года, когда в подвале от холода разорвало трубы и книжные склады оказались затоплены.

Магазин пришлось закрыть, но книжная торговля не прекращалась, в суровую блокадную зиму она велась прямо на улице.

После войны Ленинград поднимался из руин, 14 ноября 1948 года, то есть через три года после окончания войны, обновленный и подлеченный «Дом книги» вновь открылся для посетителей.

Тогда же его верхние этажи заняли издательства: «Искусство», «Просвещение», «Художественная литература», «Химия», «Агропромиздат».

Сейчас на втором этаже здания размещена кондитерская, которой петербургская поэтесса Ирина Титаренко посвятила стихи:

Вечерний Невский… Сколько строк в строфе?

Я – муза. Ты – мой верный миннезингер.

Пойдем в тепло, и посидим в кафе —

В обитель книг с названьем швейным «Зингер».

Здесь хорошо. Так мягко и светло.

Уютно. И божественно кофейно.

Казанский проступает сквозь стекло.

И все вокруг по-питерски музейно.

Взгляд темных глаз приятно удивлен,

А в голове легко и невесомо.

Ах, это чувство счастья так знакомо

Тому, кто был когда-нибудь влюблен!

Внутри мне что-то шепчет – не балу́й,

Замри на этой точке невозврата…

Я шлю тебе воздушный поцелуй, —

С волшебно-пряным ароматом лáтте!

Пережив и время застоя, и бурные 90-е годы, увенчанный глобусом «Дом книги» продолжает царить над пересечением Невского проспекта и канала Грибоедова. Наверное, в этом надо видеть особый знак: на всем Земном шаре люди продолжают читать книги – и так будет вечно.

От канала Грибоедова до Фонтанки. Правая сторона

Гроза на Невском. Это вам не в роще

Под деревом раскидистым стоять…

Мне этот ливень душу прополощет —

Я даже зонт не буду раскрывать.

Зонт бесполезен – ветер рвет поводья,

Он буйной тройкой скачет до небес.

На шпильках через это половодье,

Бегу, танцуя странный полонез.

Смотрю, стоит такой, как я – счастливый

Или несчастный – сразу не поймешь,

Все вместе – и родной, и сиротливый, —

В свои ладони собирает дождь!

Ирина Титаренко

Невский, 27

Дом Милютиных. Дом Глазуновых. Дом Лесниковых

Пройтись бы Невским… А слышно: не с кем.

Гулять по Невскому предложить-то некому.

И видом Невы любовались не вы.

Парки, музеи – рай ротозея.

Приехали в Питер, а ну, не спите!

Анна Рапопорт. Пройтись бы Невским…

Как мы уже говорили, изначально Невский поделили на участки, границы которых впоследствии менялись, кто-то продавал часть своего надела, кто-то докупал и присоединял к своему. Дома № 27 и № 29 изначально представляли собой один участок, который принадлежал придворному истопнику Алексею Ивановичу Милютину. Истопник служил при Петре I и испросил разрешение построить на Большой першпективной дороге фабрику по производству позументов и парчи. До этого все подобные товары приходилось везти из-за границы, поэтому государь был заинтересован в отечественном производителе. Фабрика Милютина стала единственным производственным предприятием в этой части города. Кроме того, Милютин построил торговые ряды, проект осуществил М.Г. Земцов. Фабрика представляла собой одноэтажное длинное здание, в котором желающие могли приобрести себе необходимые товары: «Пройдет ли мимо Милютинских лавок? Там из окна выглядывает в некотором роде семга эдакая. Вишенки по пять рублей штучка, арбуз – громадище, дилижанс эдакий,