Игра не по правилам - Р. Филин

Наконец число стражников сравнялось с числом оставшихся воров, и наступил примерный паритет сил. Сражение переместилось ближе к пропускному пункту, теперь ближайшие ко мне противники находились дальше двадцати метров, где я уже не мог гарантировать убойное попадание. Но в данной ситуации дальнейшее можно было смело пускать на самотёк. Я зарядил арбалет и, зафиксировав спусковую скобу устройством исполняющим функцию предохранителя, закинул его за спину. Снял с пояса лежащего рядом трупа стражника приглянувшиеся ножны. Они действительно вполне подошли под мой короткий меч. Затем подошёл к четырём новичкам, всё так-же сидевшим в своём закутке.

— Советую вам сидеть тихо. Обо мне никому ни слова. Стойте на том, что ничего не видели и не слышали, так всем будет лучше. Когда бой закончится, помогите раненым в красных одеждах. Это стражники из Старого Лагеря. Скоро сюда явится их подкрепление, и их отношение к вам будет во многом зависеть от вашего поведения. Понятно?

Они, так и не слова в ответ не промолвив, энергично закивали. Я оставил их и пошёл на другую сторону площадки, к спрятавшимся там женщинам. Они затаились за массивным барабаном ворота так плотно, что мне пришлось присесть на корточки, чтобы разглядеть их в густой тени. Присев, я наткнулся на испуганный взгляд Сиры. А вот меч она держала достаточно профессионально, если бы рука ещё так не дрожала. Но всё-же меня заинтересовало, по какой причине и у кого она училась фехтованию, да ещё и по стилю похожему на земное кэндо. Я отложил удовлетворение своего интереса на потом, сейчас было не то время и место, чтобы давать волю своему любопытству.

— Гутен морген, мейн фройляйн! — обратился я к ним вежливо. Хотя по правде был уже скорее таг, и выдался он совсем не гутен, а как-бы совсем даже наоборот, но надо же было мне хоть как-то начать разговор?

— В общем дела обстоят так. Вот эти в красном — люди местных рудных баронов. Все поступающие сверху товары, да и вы тоже, предназначались для них. А вот те в шкурах — воры, представители другого, враждебного предыдущему, лагеря. Они не получают от Робара ничего, поэтому при случае не против пограбить первых.

Я мельком осмотрелся — вблизи никого опасного по прежнему не наблюдалось.

— Вам сказочно повезло. В любом другом случае вы бы оказались в месте, где на каждую из вас пришлось бы по несколько сотен злобных, матёрых каторжников. А сейчас у нас есть шанс не только избежать этого, сохранив относительную свободу, но и набрать полезных вещей для жизни. Ну как, вы со мной?

— А ты знаешь, куда можно пойти? — скептически сморщилась Сира, вовсе не горя желанием отправляться в неизвестность. Кстати, глаза у неё оказались красивые. Карие, удивительно светлые при таких тёмных волосах. Как оказалось при ближайшем рассмотрении, она являлась классической тёмной шатенкой.

— Конечно же знаю, я не раз и не два охотился в этих местах раньше. — ответил я, нисколько не кривя при этом душой.

Ещё колеблясь, Сира всё же ухватившись за протянутую мной ладонь, и ловко выскользнула из укрытия. Я протянул руку второй каторжанке. Та оказалась не менее ловкой, чем знакомая мне ведьма, а уж хватка её была сильнее чуть ли не на порядок. На первый взгляд она казалась немногим старше моей знакомой по заключению, выглядела значительно эффектнее. Если Сира была просто миленькой, то эта — настоящей красавицей. У неё был настоящий водопад чёрных как смоль волос, подвязанный кокетливыми бантиками им под цвет, над самыми ушами. Это дополняло ошеломляющее впечатление от лица правильной формы, с выразительными глазами, и отличной, ну может слегка слишком атлетичной на мой вкус, фигуры. А идеальная, матовая, белая словно алебастр, кожа! Для брюнеток это огромная редкость, у них обычно кожа — самое проблемное место внешности. На Земле я видел нечто подобное наблюдаемому у незнакомки только на Востоке, у японок с кореянками. Там, изредка, встречаются девушки также похожие на фарфоровые статуэтки, как и эта. Даже интересно, как её, с такой внешностью, угораздило попасть на каторгу. А ещё у неё были многочисленные татуировки. Что бы это не значило в этом мире. Помнится, татуировки в игре носили жители болотного братства, но там смысл их так и остался за кадром.

3

Мы подошли к товарам у подъёмника. Их ещё не успели разобрать, они так и лежали огромной горой на приёмной площадке. Только уже упомянутые коробки, с боеприпасами для арбалета, были частично распакованы. Я быстро забросил в сумку все оставшиеся в них болты. Пяток самых маленьких разобранных арбалетов, идентичных моему, заняли каждый по ячейке. Как и громадный двуручный топор. Вроде он называется «Глас воина»? Хотя нет, этот закруглённый, весь покрытый рунной гравировкой, назывался как-то иначе, не помню как[18]. Спрашивается, зачем он мне? Учитывая, какие зверюшки встречаются здесь, для некоторых могли понадобиться более весомые аргументы, чем лёгкий меч.

Также я впихнул в одну из ячеек десяток глиняных бутылей с вином, пяток с маслом, колбасы, сыров. Ячейки под провизию вмещали в себя гораздо больше, чем любые другие. Хотя нет, в отделение которое предназначалось для всякой всячины влезло два огромных пушистых ковра, правда, каждый в отдельную ячейку. Зато какие-то странные матрасы, напоминающие японские футоны, в количестве семи штук, поместились в одной. Керамические кружки без ручек, вложенные одна в другую, тоже. Отдельную ячейку занял котелок литра на три. Также я взял набор инструментов для работы с металлом. К счастью, в реальности весь набор также влез в одну ячейку. Если бы каждый молоток или щипцы пришлось совать в отдельную ячейку, это было бы совсем печально. Ещё рулон ткани, похожей на шёлк и другой, плотной, типа бархата. Пара пушистых шкур…

Буквально через три минуты сумка была почти набита. Только в отделении для оружия оставалось место. Я собирался сложить туда чего получше, из найденного по пути, на поле боя.

Оторвавшись от набивания волшебной кошёлки, я обратил наконец внимание на подруг по несчастью. В следующий миг моё состояние можно было выразить старым рекламным слоганом из прежней жизни — «Шок — это по-нашему». Они набросали целую кучу каких-то золотых и серебряных чаш с кубками, всунув туда же картину в богатом окладе, ещё какую-то рухлядь.

— Сира, зачем нам эти драгоценности? Ты что, глорхов ими подкупить собираешься?