Невероятная подлинная история Горгоны медузы - Владимир Михайлович Алеников

В мире, в котором любовь даже тенью меня не коснётся,

Словно пугливая лань, убежит от меня в отдаленье.

В мире, где славному мужу в глаза поглядеть не могу я,

Чтобы несчастный не превратился бы враз в изваянье.

Дай же мне знак, Афродита, что слышишь мои причитанья,

И я найду в себе силы всё так же тянуть это бремя!

Медуза, к слову сказать, очень музыкальная, поёт прекрасно. Песня её с каждой строкой набирала мощь, а природная акустика, надо заметить, в этом гроте превосходная. А поскольку голос-то у неё не просто красивый, но и сильный, то в этот безветренный день песня разносится по всей округе.

Чего Медуза не знает, так это того, что на скалу, под которой находится грот, приземлился прилетевший на остров Персей. Он снял таларии, сунул их в мешок и в этот момент с удивлением услышал голос поющей горгоны. Вот Персей и пошёл на звук этого божественного голоса. Увидел ту самую тропинку, по которой спустилась Медуза, и быстро сбежал по ней. И теперь с восхищением наблюдает за незнакомой певицей.

Медуза, закончив песню, оглядывается и видит застывшего с горящими глазами Персея.

— Ой! — восклицает она.

— Ух ты! — непроизвольно выпаливает в ответ Персей, мгновенно оценивший стройную фигуру и прелестный овал лица незнакомки.

Глаза Медузы, напоминаю, прикрыты солнечными очками, пол-лица закрывают поля петуса, но и того, что Персей увидел, было вполне достаточно, чтобы поразить впечатлительного юношу. Остальное дорисовало его пылкое воображение.

Вот так произошла эта знаменательная встреча, и в ту роковую секунду никто из них двоих не мог и представить, как стремительно, подобно несущейся с гор лавине, будут разворачиваться последующие события.

Глава восьмая

Любовь

Я намеренно пропускаю детали знакомства Персея и Медузы, иначе мы с вами никогда не доберёмся до сути. Тем более ничего знаменательного там не происходило. Да и диалог между ними, честно говоря, был малоинтересен. Так, какие-то сплошные междометия.

Факт тот, что через какое-то время оба они оказались сидящими рядышком на одном из утёсов скалистого острова. Болтают ногами и смотрят на море, позолоченное солнцем, которое находится в самом зените. При этом периодически поглядывают друг на друга. Никто из них не решается первым нарушить возникшее молчание.

— Ты так чудесно пела! — наконец выпаливает Персей. — Прости, если я помешал тебе.

— Ты мне льстишь, незнакомец, — улыбается Медуза. — Я просто обращалась к моей богине, больше ничего. И нисколько ты мне не помешал, я уже закончила.

— Не скромничай! — пылко возражает юноша. — Я никогда не слышал ничего подобного. Моя мама хорошо поё т, и я очень люблю её слушать, но, честно признаюсь, её пение даже близко не может сравниться с твоим. У тебя такой голос… такой голос…

Персей пытается найти подходящее слово, но не находит и огорчённо замолкает.

— Что же такого особенного в моём голосе? — с интересом спрашивает Медуза.

Персей смотрит на неё с нескрываемым восторгом.

— Он потрясающий! Он чарует, обволакивает, проникает до самого сердца. Афродита обязательно должна откликнуться на твою просьбу, не знаю, в чё м там она заключалась. Обязательно! Ведь в олимпийцах тоже есть что-то человеческое, и значит, ты задела и её душу… Если, конечно, она услышала тебя.

— Благодарю тебя! — нежно произносит Медуза. — Никто так раньше не восторгался моим пением… Удивительно! Кто ты, прекрасный юноша?

— Я — Персей, — гордо объявляет юноша. — С острова Сериф.

— Ах!!!

Медуза ахает, бледнеет и резко отворачивается, пытаясь прийти в себя от этого известия. Удивительно, но до этой секунды ей и в голову не приходило, что этот красивый незнакомец и есть тот самый убийца, который её разыскивает.

— Что случилось? — взволнованно спрашивает Персей.

— Нет, нет, ничего, — берёт себя в руки Медуза. — Так ты, значит, Персей? — небрежно уточняет она.

— Ну да, Персей, — недоумевает парень.

Возникает пауза.

Ни тот ни другой теперь не знают, как продолжать разговор.

— Что-то не так? — спрашивает наконец Персей.

— Нет, нет, всё так, — торопливо говорит Медуза. И всё тем же небрежным тоном продолжает: — И что же привело тебя сюда, Персей с острова Сериф?

— Я должен выполнить одно поручение, — уклончиво отвечает тот.

— Какое же? — не без подковырки уточняет прекрасная горгона.

Персей ничего не отвечает. Он не уверен, что должен рассказывать о своём малоприятном деле этой чудесной незнакомке в тёмных очках.

— Что ж ты молчишь? — несколько насмешливо спрашивает Медуза.

— Понимаешь, — извиняющимся тоном бормочет юноша, — я бы не хотел сей час об этом говорить… Это, скажем так, весьма деликатное поручение…

— Вот как?

Медуза с интересом наблюдает, как пытается выкрутиться Персей.

— Ну да… — продолжает он. — Такого, так сказать, особого характера… От того, как я его выполню, зависит благополучие моей мамы. Для меня это очень важно. Ведь кроме неё у меня никого нет на свете.

— Понимаю, — кивает Медуза.

Слова юноши производят на неё впечатление. Сама она едва помнит свою маму — богиню Кето, которую не видела с младенчества. Даже не может сказать, красивое или уродливое у неё лицо.

— Ты хороший сын, Персей! — с уважением говорит она.

— Обыкновенный, — пожимает плечами Персей. — Давай лучше поговорим о тебе. Как твоё имя? Ты здесь живёшь, прекрасноголосая?

— Да я живу здесь. Моё имя…

Медуза задумывается. Так же как и Персей, она не хочет раскрывать ему правду. Как только он узнает, что она и есть цель его путешествия, всё сразу изменится. Лучше оттянуть этот страшный момент как можно дальше.

— Пусть у меня тоже будет свой маленький секрет, — говорит она. — Да и зачем тебе моё имя?

— Но как же мне к тебе обращаться? — удивляется Персей.

— Зови меня просто Эм, — находится Медуза, сократив своё имя до одной буквы.

— Эм? Занятно.

Персей на разные лады произносит этот звук:

— Эм! Эм! Эм!..

Похоже, ему нравится.

— Ну хорошо, как скажешь, — заключает он. — И что ж ты здесь делаешь, Эм?

— Пытаюсь понять, как мне жить на свете, — грустно отвечает Медуза.

— А тут и понимать нечего, — говорит Персей. — Это не место для тебя. Я увезу тебя отсюда! — решительно заявляет он.

— Как мило! — улыбается Медуза. — И довольно неожиданно, честно говоря. Спасибо за твой порыв. Но это вряд ли осуществимо.

— Почему? — разводит руками Персей. — Всё в жизни осуществимо, надо просто очень захотеть. Мы поговорим об этом, когда я выполню своё поручение, хорошо?

Медуза снова озадаченно замолкает.

Опять повисает пауза.

— Теперь ты молчишь? — прерывает паузу Персей.

— Извини. Просто задумалась. Да, конечно. Поговорим, когда ты всё выполнишь, —