И тут я понял, что... (СИ) - Евгений Семенов

остеклевшими глазами беспрепятственно пустили меня внутрь города с расступающимися горожанами.

— Страх — не лучшее представление себя.

— Зато эффективное и действенное, ведь так? — Наклонился я на стуле, опираясь локтями на колени и сверля взглядом управителя. — Разве без него, я мог бы спокойно разгуливать по улицам и заходить в вашу резиденцию как к себе домой? Вы же тоже боитесь, натягивая на себя маску ответственного и рассудительного правителя. И я боюсь, это хрень так стреляет, что у самого дух захватывает… да-а-а… Надо бы посох накрафтить, а то так и сдохнуть не долго.

Смеясь с каким-то отчаянием, управитель покачал головой и принял свою привычную позу с прямой осанкой. Вздохнул и, взяв с кипы бумаг, длинный шуршащий свиток с кривой улыбкой просто принялся за свою работу, поселяя в воздухе напряженную тишину.

Вскоре вернулся пухленький помощник управителя и, переглянувшись с ним, на двух руках протянул мне мешочек золота, который я чуть не уронил на пол… тяжесть для такого скромного размера была ощутимой, килограммов пять.

— Что ж, на этом я покидаю вас. — Потягиваясь, встал я со стула, спокойно направляясь к дверям, за которыми стояла орава бесполезных рыцарей.

— Постарайтесь, чуточку меньше создавать беспокойство. — Устало прощался со мной управитель.

В его просьбе имелся смысл, но мне было на это наплевать. Под рукой всегда был щит, под которым я мог спрятаться и устроить за ним катастрофу для всех и каждого. Пустые волнения с переживаниями о своем смутном будущем посторонних людей меня не касались, поскольку я это будущее практически не трогаю. Только создаю возможности его развивать, проявляя при этом вполне себе здоровую адекватность…

Зажравшиеся аристократы! На золотые вилы бы их посадить! Это же надо так жить, чтобы в улице не было не одной забегаловки. Конечно, у них-то своё обслуживание… может мне здесь мимоходом коммунизм устроить? Разнести все эти особнячки и на их месте построить обычные кафешки… как же кишки выворачивает, почуяли гады золото, а в дороге о себе даже не давали знать.

Мы стали подходить к оккупированному Саей особняку. Я уже предвкушал, как разорю кухню, отмоюсь от грязи…

— Впрочем, можно чуть-чуть и потерпеть. — Подстрелила меня из окна скучающая Сая недовольным взглядом, о причинах которого я даже не догадывался.

Мы встретились взглядами и аппетит как-то немного перебило. Не хотелось с ней портить сложившиеся несколько неформальные деловые отношения. Мала ещё девочка, неуравновешенна и опрометчива, а у меня на нее планы заготовлены. Долгосрочный социальный эксперимент, если можно так сказать.

Она зло прищурилась и медленно качая головой, стала подталкивать меня в спину колючим взглядом, как бы выжигая на моих лопатках ментальное послание: «Только расслабься и я запихну тебя в подвал». И ведь понимает, что я в целом безобидный человек… подлая же у нее натура.

— О, ништяк! — Завернул я в ближайшую дверь под деревянной вывеской, на которой был изображен бочонок с грудой наливных яблок.

— Вообще-то, «Ароматы осени». — Умничала Люмия, встав столбом и вчитываясь в каракули.

— А ты догадливая. — Не стал я утруждать себя лишними выяснениями того, что итак понятно.

Деревянная дверь легко и без скрипа открыла перед нами знакомые натюрморты местного алкоголизма. Был разгар рабочего дня, но посетителей подозрительно хватало и они подозрительно отреагировали на моё появление.

— Чего? — Раздраженно растерялся я от известности в местных массах. — Бухали, бухайте дальше, чтобы жизнь не закончилась пораньше.

Надеюсь, они уже не стали сочинять по мне какие-то шаблонные сказки по типу злого и вредного волшебника, потому что это в корне неверно. Я — безумно гениальный рукожоп, от взгляда которого они молча уткнулись в столы, пока мы проходили мимо и занимали свободное местл.

— Эй, кушать дайте, пжлста! — Помахал я зрелой официантке с кучей кружек в засученных по локоть руках.

Она растерянно оглянулась по сторонам и разом положила кружки на ближайший стол, подходя к нам, пока я тер люто зачесавшийся нос. Аллергия что ли какая?

— Д-да, чего желаете? — Встревожено спросила женщина.

А чего я могу желать? Мне ни меню не сунули, а спрошу чего-нибудь порекомендовать, так она в панику осядет с таким бледным лицом. На стол переместился мешок с золотом, из которого я достал одну монету.

— Чего-нибудь повкуснее и посытнее. Жутко голодные. — С грустным голодом посмотрел я на чуть пухленькие бока и бедра, протягивая монету.

Она с опаской взяла монету и, прижимая её к груди, часто закивала. Махнула конским хвостиком и, едва не срываясь на галоп, поспешила на кухню, которая единственная в этом затишье производила шум от ударов посуды, звуков льющейся воды и каких-то быстрых постукиваний…

— Так, а теперь ты. — Посмотрел я на жавшуюся Люмию исподлобья склоненной головы. — В этот раз, я вынужден признать, что должен тебе. Во сколько оцениваешь мою жизнь?

— Дорого. — Тихо сказала Люмия, вжимая голову в плечи от стреляющих по ней взглядов.

— А конкретнее? — Начинал злиться я от неопределённости.

— Попробуй отгадать. — Так же тихо и без особых эмоций сказала Люмия.

Пребывая в сомнениях, я занялся подсчётами, складывающимися в столбики блестящих монет.

— Вот тебе сотка за услугу. — Придвинул я к ней несколько столбиков монет и следом добавил ещё. — Вот сотка для личных нужд, про закупку снаряги не забывай, а то и дальше будешь блестеть голой жопой. Справедливо?

— Ааа… ты мне поможешь с покупками? — Быстро перекочевали монеты куда-то в платье, на котором я карманов не замечал.

— Не, это уже твои заботы. — Пожал я плечами, протирая немытыми пальцами скользкий сальный стол и пряча мешочек в карман. — Можешь Саю попросить, можешь прислугу нанять… мне без разницы. Но если потеряешь, кроме поощрительных люлей ничего не получишь.

— Какие у тебя дела… — Поморщилась Люмия.

— Хотя бы просто спокойно выспаться. — Грустно пожелал я, уже забыв о таком чуде в своей жизни. — В теплой мягонькой постельке, чистеньким, сытым, довольненьким таким. В тихой тёмной комнате со свежим воздухом…

— Пожалуйста, господин. — Прервали меня несколько обеспокоенных официанток, заставляя стол весьма аппетитными угощениями.

— А вот и твоя работенка подъехала. — Прищурил я глаза. — Пробуй, особенно эту бурду в кружке и кувшине.

— Какой же ты… — Закатила глаза Люмия, отхлебывая из моей кружки. — Обычная брага!

Вскоре она распробовала все бульоны и откусила все кусочки. Конечно, аппетитность несколько потерялась, но предосторожность не бывает лишней. Поэтому я внимательно следил за этой блондинкой, у которой едва не лопались чумазые щеки… минут через десять с тяжелыми вздохами она одолела половину своего обеда и без передышки продолжила схватку с голодом, жадно впиваясь зубами в кусок вареного мяса.

— Ну, наверное, всё