Сваха. Аферистка для беса - Алёна Цветкова

хотелось проверять, что будет, если мы вдруг ослушаемся его приказа и начнем возмущаться… Гуськом направились в дом. Впереди шла тетушка Берлиза. За ней семенила я, чувствуя мокрой спиной жаркое дыхание разъяренного беса. И меньше всего на свете мне хотелось разозлить его еще чуточку больше.

Тетушка Берлиза привела нас в гостиную… В эту комнату я еще не заходила и с любопытством огляделась. Довольно просторно, старенькие, пожелтевшие от времени, но аккуратные обои в мелкий синий цветочек, хрустальная люстра со множеством висюлек, переливающихся в золотистых лучах осеннего адского солнца. Большое окно в обрамлении белых ситцевых занавесок с крупными васильками, перекликающимися с цветами на стенах. Старенький, еще советский диван лакированными подлокотникам и два таких же кресла, между которыми стоял торшер в огромным ярко-розовым абажуром.

Чтобы хоть как-то вписать этот цвет в сине-голубые оттенки, на креслах и на диване лежали такие же яркие подушки. Они отражались в отполированной до блеска чехословацкой стенке, за которой в свое время моя бабушка стояла в очереди несколько лет. Вместо хрусталя за стеклянными дверцами серванта странные фигурки из разноцветной глины покрытые замысловатым орнаментом, но зато в книжном шкафу, если судить по именам на корешках, аккуратные ряды похожих друг на друга книг, отличающихся только цветом обложек, из нашего мира. Точно такие же стояли в шкафу у Славиного дедушки, который был каким-то профэссором.

Я сразу же вспомнила яблочный ноутбук в муниципалитете… Тут, определенно, что-то не так. Вай что-то не договаривал, когда говорил, что все дело в моде подражать людям.

— Садитесь, — кивнул он на диван.

Мы с тетушкой Берлизой плюхнулись на диван одновременно. И замерли… Мокрые и жалкие… Теперь мою спину не подогревало дыхание Вайя, и я почти сразу начала мерзнуть и дрожать.

Вай внимательно оглядел нас, а потом сделал шаг назад и, по-прежнему, не спуская с нас глаз, открыл дверцу шкафа и, не глядя, нащупал полотенца и швырнул два нам с тетушкой Берлизой:

— Держите, — рявкнул.

Мы поймали полотенца и, поделив их между собой, накрылись, чтобы согреться. И снова замерли…

— А теперь вы мне расскажете, что случилось, — повелел он и повысил голос, заметив, что мы с тетушкой Берлизой, одновременно набрали в грудь воздух, — по очереди! Мама, вы первая!

Я думала тетушка Берлиза сейчас начнет обвинять меня во всех самых страшных грехах и требовать у Вая выгнать меня из дома, но неожиданно для нас обоих, бесова мамашка жалобно запричитала:

— Вай, сыночек, я тут подумала… Я не возражаю, чтобы ты женился на попад… на Але, — исправилась она и взглянула на меня с типа-благосклонностью. А я так опешила, что не сразу поняла, о чем она говорит. И Вай тоже. Тетушка Берлиза, пользуясь нашим замешательством, продолжила, — девочка она хорошая, ни себя в обиду не даст, ни тебя не обидит. И вклад на нее не нужен, значит наследство отца останется нетронутым. И у вас уже будет задел на одного ребеночка…

— Что вы несете⁈ — взвизгнула я. И уже собиралась открыть глаза Ваю на причину таких бредовых мыслей его сумасшедшей мамаши, как он рявкнул в мою сторону:

— Аля! Замолчи! Твоя очередь говорить еще не пришла!

— Главное держать ее в ежовых рукавицах, — подхватила тетушка Берлиза. И засияла лживой улыбкой, — и ты, сыночек, с этим отлично справляешься. В общем, я не стала сегодня подписывать разрешение на твой брак с Летисой, — торопливо закончила она…

— Что⁈ — возмутился Вай…

И я тоже не собиралась молчать, и звала Вайя, пытаясь привлечь к себе внимание.

— Вай! Вай…

Но он меня игнорировал.

— Вайюшка, милый, — лживая улыбка стала заискивающей, — не злись… Я тут подумала… вот выдадут тебе премию за попаданку. И ты сможешь пополнить вклад еще на парочку детишек… Твой отец, — всхлипнула она с умилением и принялась вытирать глаза уголком полотенца, — гордился бы тобой…

И тут я уже не выдержала. Лучше сгореть в чертовом пламени, чем замуж за беса!

— Она врет! Вай! — заорала я, вскакивая с дивана и тыча пальцем в насквозь лживую бесовку. — Она врет! Она подписала согласие! Но пришел отец Летисы и сказал, что ты ей не пара! И он забрал заявление из муниципалитета! И еще сказал, что если ты продолжишь встречаться с его дочерью, то он устроит тебе несчастный случай, как твоему отцу! Вот! — выпалила я.

Глава 8

— Мама? — Вай даже не повернул головы в мою сторону и продолжал смотреть на мать, — Аля говорит правду?

Тетушка Берлиза, побледневшая от испуга после моей тирады, растянула губы и нарочито громко захохотала:

— Кому ты веришь, Вай⁈ Мне, своей матери, которая выносила тебя, вскормила грудью и вырастила. Или это прохиндейке, которая появилась в твоей жизни только вчера⁈ К тому же, — по-настоящему, не играя, усмехнулась она, — ты можешь себе представить, чтобы непутевый Врас, отец Летисы, сделал то, о чем она говорит? Да, он, поди, и не заметил, что дочь из дома ушла. Если, вообще, помнит, что она есть. Да, его в последние лет сорок никто ни разу трезвым и не видел…

Вай на мгновение задумался и кивнул:

— Значит ты сегодня утром поехала в муниципалитет и не стала подписывать бумаги?

— Именно так, — кивнула тетушка Берлиза. — Я передумала.

— Но, Вай! — я растеряно замерла… Я же уверена в том,что слышала. У меня в ушах до сих пор холодно от голоса старика-беса. И он точно не был похож на пьянчужку… — Я говорю правду! Этот страшный старик сказал, что забрал документы из муниципалитета!

— Аля, я просил тебя помолчать, — Вай по-прежнему не смотрел на меня. А его кожа разгоралась все ярче и ярче, становясь похожей на раскаленный металл. — Иди в свою комнату!

Он мне не верил. И выставлял из гостиной, как нашкодившего ребенка. И я сделала еще одну попытку:

— Но, Вай…

— Аля! — пророкотало пламя в его голосе, — я сказал иди в свою комнату…

Он не кричал. Говорил тихо, но от его голоса по спине побежали мурашки. И я не смогла его ослушаться. Встала, швырнула на диван мокрое полотенце и зашагала к себе. На душе от обиды скребли кошки. А еще я чувствовала злость.

Не верит? Не надо. Обойдусь. Перетерплю. Главное, доказать свою