Сваха. Аферистка для беса - Алёна Цветкова

То, куда пришел наш разговор, ему не нравилось. Он уже жалел о том, что бы со мной настолько искренним. Но тем не менее, бес честно ответил, — а связь… Мне пришлось слегка отпить от твоей души, Аля… По долгу службы…

— Что⁈ — опешила я.

Я хотела возмутиться. Высказать, все что думаю по этому поводу, но от возмущения способность говорить членораздельно покинула меня, оставляя наедине с чертовым бесом. И я могла только беззвучно открывать рот, как рыба, и точно так же, как она хватать воздух, чтобы не утонуть и не сдохнуть.

— Да, ты!.. — выдавила я из последних сил, — да, как ты мог!.. Гад!

— Прости, — опустил глаза Вай, — если бы я знал, что тебе это не понравится, я бы нашел способ отойти от инструкции… А вот и мама! — радостно закончил он разговор, сбегая от меня к старой огненной повозке, которая остановилась у крыльца.

А я вцепилась в высокие, каменные перила, обрамляющие все крылечко, и не сдержав эмоций, изо всех сил пнула балясину. И только боль в ушибленной ноге смогла привести меня в чувства.

Я поняла… Этот мир такой же, как наш. Честность, присущая бесам, не делает его лучше. Ложь — это плохо, и я никогда не прощу Славу за то, что он мне врал. Но и правда не всегда хорошо. Сейчас я предпочла бы, чтобы Вай не был со мной честен.

Глава 6

В муниципалитете все решилось достаточно быстро. Технологии в Аду очень похожи на наши, только адаптированные к местным условиям.

Не зря мне вчера показалось, что в городе нет электричества. Потому что его на самом деле не было. А для питания лампочек и компьютеров использовались духи молний, которых сажали в специальные «зарядные станции». Получалось что-то вроде очень долгоиграющих пауэрбанков. В зависимости от количества «посаженых» духов, зарядные станции отличались мощностью и, соответственно, ценой. Для дома обычно использовали самые маломощные, в которых сидели по одному или по два духа, а вот в муниципалитете стояла самая большая зарядная станция, от которой питались не только лампочки и электроприборы, но и компьютеры и другая оргтехника.

Это мне рассказал Вай, когда мы ждали своей очереди в темном коридорчике перед дверью патентного бюро. Как водиться, в коридоре не стояли ни стулья, ни скамейки, и мы ожидали, когда специалисты допьют чай, прислонившись к стенам.

Прошло минут пятнадцать, но дверь, которую я подергала уже несколько раз, по-прежнему оставалась закрытой, а на каждый мой рывок изнутри громогласно орали:

— Подождите! У нас перерыв!

— Расквадрат твою матрицу! — не выдержала я, когда услышала эту фразу в пятый раз. — Да, что это за проклятье такое⁈ Почему, когда придешь в госконтору любого мира, там всегда пьют чай⁈

— У вас не знаю почему, — вздохнул Вай и в шестой раз с беспокойством посмотрел на часы, — а у нас такая традиция. Как только приходит кто-то из посетителей, все тут же идут перекусить… Мода такая, — пояснил он на мой ошеломленный взгляд, — я же говорил, мы во многом подражаем людям. Хотя чаепитие на работе не самое приятное занятие для бесов. Ты же помнишь, что я говорил про значимость пищи? У нас не принято есть на виду у коллег.

— Угу… Уж лучше бы вы в чем-то хорошем нам подражали, — буркнула я. И вернулась на место и сползла по стене, устраиваясь на корточках.

Еще бы семки… И гопник, который меня убил, почувствовал бы себя моим братом… Невесело подумала я.

— Если они не закончат в течении пяти минут, — озабоченно вздохнул Вай, — то придется тебе получать патент одной. Или завтра… Я уже опаздываю…

Я с досадой кивнула. С одной стороны лучше бы отложить получение патента на завтра, чтобы прийти с Вайем для подстраховки. С другой у меня каждый час на счету, не то, что день.

Летиса обещала сегодня сообщить подругам о том, что теперь у них появился шанс выйти замуж за тех, кого они любят. Вай собирался сделать мне рекламу среди своих друзей. И мы очень рассчитывали, что к вечеру у меня будет первый клиент. А лучше два. И мне нужен чертов патент не завтра, а уже сегодня!

Но, словно там, за дверью, услышали слова Вайя и то ли испугались, что мы уйдем, а им завтра снова придется пить чай, то ли на самом деле закончили жрать, но не прошло и трех минут как в замочной скважине заскрежетал ключ, и дверь приглашающе приоткрылась.

— Ну, наконец-то! — выдохнула я, вскакивая и вбегая в кабинет.

Кабинет оказался вполне себе типичным. Таким же, как в нашем мире. Квадратов двадцать, большое окно заставленное пластиковыми цветочными горшками, в которых чахли денежное и долларовое дерево и пышный хлорофитум. Пропахшие пылью вертикальные жалюзи. Светлые, крашенные стены, подвесной потолок со встроенными квадратами светильников. Шесть столов, заваленных несомненно очень важными бумагами, которые, если судить по пыльной черной каемке на краю листов, никто не поднимал уже несколько месяцев. И шесть недовольных своей жизнью бесовок с унылым выражением на лицах, нарощенными ногтями, которыми невозможно нажимать на клавиши клавиатуры, и распущенными волосами… Меня всегда удивляло, как они работают с такими прическами. Это же неудобно!

И я подумала бы, что Вай мне не врал, и это всего лишь подражание людям, если бы на одном из ноутбуков, за которым сидела важная бесовка с начесом в две головы, не увидела очень знакомый всем жителям нашего мира погрызенный фрукт… Нет, ну возможно, это плагиат, но я каким-то шестым чувством поняла: никто не крал в нашем мире товарный знак. Просто ноут так же, как и я, попал оттуда сюда.

— Попаданка триста семьдесят девять желает получить тайный патент брачной аферистки, — заявил Вай сходу, пока я осматривалась и разглядывала яблоки.

— А у нее что, у самой голоса нет⁈ — недовольно поджала губы старшая. — И, вообще, вы-то кто такой⁈

— Я ее куратор, — максимально вежливо ответил Вай.

— Ясно, — кивнула старшая бесовка. И перешла к делу, — на какой срок вам нужен патент?

Тут уж я дремать не стала и перехватила инициативу:

— На тринадцать дней, — улыбнулась насквозь фальшивой улыбкой, чтобы изобразить радость от встречи.

По опыту обращения с чиновниками от Роспотребнадзора знала, что это всегда срабатывает. Сработало и