По осколкам льда - Ана Райт

В ее глазах смешались искреннее желание слиться в танце и тень презрения. Коля видел это, но, не проронив ни слова, накинул на ее плечи пиджак и аккуратно взял за руку. Музыка продолжала звучать, он с нежностью положил ладони ей на талию. Ане ничего не оставалось, как обвить его шею руками и быть ведомой в медленном танце.

Николай не притягивал ее близко, как парень обычно прижимает к себе девушку, сохранив расстояние между ними. Они не смотрели друг на друга, избегая зрительного контакта. Их взгляды пересеклись лишь один раз: когда ветер вдруг резко обрушился на них и поднял русые локоны Ани, закрывая лицо. Николай едва коснулся их пальцами, убирая длинные пряди за ухо.

– У Сергея Петровича скоро день рождения, – вернув руку на ее талию, сказал Коля. – Хотелось бы сделать что-то памятное. Сможешь нас пофотографировать?

– Я? – нерешительно переспросила Аня.

– Ты единственная знакомая фотограф, поэтому да.

– Но я не уверена, что смогу. Работа…

– Ты же фотографируешь для благотворительности.

– Это другое. – Она посмотрела поверх его плеча, когда музыканты оторвались от инструментов. Музыка стихла, однако Николай словно ничего не слышал и продолжал кружить по залу.

– Считай, что это маленькая благотворительность для «Снежных Барсов». Я заплачу.

– Я сделаю это не ради денег. – Аня оттолкнула Колю, на сцене появился парень из музея и попросил всех занять свои места.

– Значит, ты согласна?

– Только ради Сергея Петровича.

– Тогда выберем место в субботу, после матча со «Стальными Волками», а в воскресенье проведем полноценную фотосессию.

Аня потянулась к плечам, желая снять пиджак и вручить его Николаю, но он остановил ее.

– Вечер еще не закончен, оставь себе. Вдруг продрогнешь и заболеешь. – Коля поправил пиджак и занял свободное место возле Есении и Леши.

Аня молча присела между ним и Лешей. От многозначительного взгляда Миронова она стушевалась и вжалась в кресло, стараясь не смотреть на него и сконцентрироваться на сцене.

– Уважаемые гости, наш вечер подошел к концу. Благодарю каждого, кто не прошел мимо экспонатов. Вместе с вами мы сделали доброе дело. Уверен, что сумма, которую мы собрали сегодня, поможет сохранить чью-то жизнь. – Снова раздались гулкие аплодисменты. – Вначале я обещал, что мы подведем итоги и отметим самого щедрого благодетеля. По данным, полученным от моих коллег, им стал Николай Литвинов, форвард команды «Снежные Барсы». Мне хотелось бы пригласить его на сцену.

Под громкие аплодисменты Николай встал с места и, поправляя жакет и галстук-бабочку, обогнул длинные ряды. Он шел не спеша, словно выход на сцену – вовсе не то, чего он желал. Аня чувствовала это по его замедленной походке, взгляду в пол и скромной улыбке. Ему не нужно было внимание, что уделялось сейчас со стороны гостей и ведущего. Однако не выйти он не мог.

– Николай, добрый вечер. Скажете пару слов нашим гостям?

Ведущий протянул ему микрофон.

– Добрый вечер, – начал Коля, пробежавшись глазами по толпе. – Слишком помпезно меня представили, конечно. – Натянутая улыбка вовсе не украшала его. – Я рад, что смог посетить эту выставку. Честно говоря, визит получился крайне спонтанным: я узнал о мероприятии несколько дней назад и не мог пройти мимо…

Николай продолжил говорить и отвечать на сыплющиеся на него вопросы. Со всех сторон его окружили не только гости, но и журналисты, ослепляя вспышками фотокамер. Завтра появится свежая новость с разнообразными заголовками, характеризующими Колю с самых разных сторон. Кто-то будет восхвалять Литвинова, поражаясь его открытой и доброй душе, а кто-то сочтет поступок грамотным пиаром для имиджа его отца.

– Не хочешь вернуться обратно? – вдруг спросил Леша, щурясь от яркого света со сцены. – Ты так легко покинула нашу команду, будто мы не были тебе дороги.

– Ты же знаешь, как все обстояло на самом деле. Вы все… гм… – откашлялась Аня, чтобы скрыть замешательство, – были мне дороги. В принципе, как и сейчас. Я продолжу болеть за вашу команду в предстоящем сезоне.

– А он? – Леша краем взглянул на Николая, стоящего на сцене.

– Что он?

– По-прежнему тебе дорог?

– Почему ты спрашиваешь? – Она сжала лацканы пиджака и почувствовала аромат кедра, мяты и моря.

– Что бы тогда ни случилось, ты небезразлична ему.

Слова Миронова заставили Аню стушеваться.

– С чего ты так решил?

– Как думаешь, для чего он купил все твои фотографии?

– Чтобы помочь детям, – не задумываясь, ответила Аня.

– Разумеется, это так. Но в зале было выставлено много других снимков.

– И к чему ты ведешь?

Леша вздохнул, раздражаясь от того, что Аня никак не понимала намеков. Накрыв ее ладонь рукой, Миронов сказал то, что привело Костенко в еще большее замешательство:

– К тому, что он скупил все для того, чтобы хотя бы так ты присутствовала в его жизни.

– Ложь, – резко выпалила она, обратив на себя внимание сидящих рядом гостей.

– Чистая правда. Он вспомнил.

– Что?

– Коля вспомнил тебя, поэтому он здесь. Он сожалеет о том, что случилось тогда, поэтому хочет все исправить. Даже приехал в Москву раньше команды.

В это мгновение недостающие детали пазла сложились воедино. Встреча на набережной, посещение выставки и подарок для Сергея Петровича – это не случайность. Николай продумал все заранее, выдав план за спонтанность. С одной стороны, Аня ликовала, и это подтверждалось учащенным сердцебиением и невольной улыбкой. Но, с другой стороны, она сердилась, что Николай не осмелился открыто сказать об этом, лишь вскользь упомянув, что «теоретически» мог ее вспомнить. И эта злоба вынудила ее сказать то, что Леша никак не ожидал услышать:

– Поздно. Слишком поздно.

– Почему? – Леша нахмурился.

Но Аня так и не ответила на вопрос. Во дворе раздались громкие аплодисменты, Николай спустился со сцены и занял свое место. Ведущий поблагодарил всех за участие, а затем толпа мгновенно рассеялась в ночи, оставляя во дворе четверых, которые, казалось, не спешили расходиться.

– Николай, спасибо вам еще раз! – Есения пожала ему руку, широко улыбаясь.

– Кажется, меня сегодня уже достаточно поблагодарили. Извините, но нам с Алексеем пора. – Николай кивнул на прощание, уводя Миронова с собой.

– А пиджак? – опомнилась Аня, когда они уже были у ворот. Она скинула его с плеч и догнала парней.

– Оставь себе. Сегодня холодно.

– Но…

Однако ее возражений уже не услышали. Николай не обернулся, ускорив шаг.

Глава 6

После выставки в Музее Москвы потянулись дни сурка: все повторялось из раза в раз. Ранний подъем (если четыре часа с постоянными пробуждениями можно можно назвать сном), пробежка в парке, завтрак, работа, дом – все как в заезженных фильмах, где главная героиня теряет смысл жизни после встречи с «тем самым». Такую жизнь правильнее было