Молчание матерей - Кармен Мола

По лицу Фабиана скользнула тень улыбки.

– Бесит, что к нам спустили блатную.

– Думаешь, чтобы к вам попасть, нужен блат? По-моему, это скорее наказание.

Фабиан открыто, почти по-детски улыбнулся, и Рейес поняла: первое испытание пройдено. Фабиан повел ее вглубь помещения.

– А что ты натворила, что Рентеро сослал тебя сюда?

– Дядя считает, что нельзя надеяться на привилегии. Надо пахать и прокладывать себе путь самостоятельно, с самого низа.

– Это я тебе гарантирую. Вот твое рабочее место. – Он указал на стол возле туалета. – Что, не нравится? Не расстраивайся, все равно много тут сидеть не придется. Ладно, давай сходим к Курро, выпьем кофе.

– Может, мне надо сначала представиться начальнику?

– Его пока нет. У него мать в больнице, он с ней. Хороший сын.

Фабиан привел ее в мрачноватый бар в сотне метров от участка: металлическая стойка, накрытые пищевой пленкой тапас, плакаты «Атлетико Мадрид», пара игровых автоматов, пустые бутылки из-под пива и лимонада.

– Курро, две соль-и-сомбры.

Бармен, лысый, как яйцо, поставил на стол пару поцарапанных бокалов и плеснул в них поровну бренди и анисового ликера. На часах было всего десять минут девятого, и Рейес заколебалась.

– Давай, одним махом. Будем пить это каждое утро. Знаешь почему?

– Почему?

– Если не выпить, тебя пристрелят. Будь здорова!

Фабиан, как и сказал, одним махом осушил свой бокал. Рейес последовала его примеру. Коктейль оказался лучше, чем она ожидала. Фабиан встал, стукнул ладонью по барной стойке и, обращаясь к Курро, сказал:

– Ну, мы пошли внутрь. Передай остальным.

В коридоре бара рядом с дверью в туалет была еще одна, с заляпанной жиром табличкой «Только для персонала». Фабиан толкнул ее, и они оказались в комнатке без окон, пропахшей хлоркой. В середине, под люминесцентной лампой, стоял стол с четырьмя стульями, сбоку – диван, по виду спасенный с помойки, а в углу – дребезжащий холодильник.

– Садись.

На столе лежала колода карт и кучка металлических фишек для игры в мус. Фабиан взял карту.

– Валет. Да уж, не повезло тебе. Если не вытащишь карту крупнее, больше никогда сюда не попадешь.

Рейес показала свою:

– Рыцарь. Я выиграла.

И снова ледяная серьезность на лице Фабиана уступила место озорной улыбке.

– Добро пожаловать в Отдел.

Глава 14

В переговорной повисло тяжелое молчание, но Элена почувствовала, что тут только что стих оживленный спор. Сарате выпрямился в кресле, Ордуньо сделал вид, что пишет что-то в блокноте. Ни Марьяхо, ни Буэндиа не смотрели ей в глаза.

– Удалось хоть что-то вытащить с жесткого диска Эскартина?

Марьяхо кивнула, продолжая стучать по клавиатуре.

Элена не стала дожидаться, пока всеобщее негодование прорвется наружу:

– Рейес – идеальная кандидатура для внедрения в бригаду Вильяверде. Если у вас есть другие идеи, самое время ими поделиться.

Сарате отвел взгляд. Он уже привел свои аргументы: ссылался на опыт работы в Карабанчеле, уверял, что хорошо ладит с участковыми полицейскими, напоминал, что это он получил у Бирама ценные данные об Эскартине. Элена сухо ответила, что решение уже принято.

– Ты отправила ее в самое пекло, – нарушил молчание Ордуньо. – Она совсем зеленая, а ты послала ее к этим… Я что, единственный, кто помнит, как убили Эскартина?

– Ничто не указывает на то, что его убил кто-то из бригады Вильяверде.

– Почему ты хотя бы не сделала ей фальшивые документы? Она племянница Рентеро. Неужели ты правда думаешь, что они такое проглотят?

– Мы рассматривали вариант с поддельными документами, Ордуньо. Но они подозрительны и точно станут ее пробивать – просто потому, что она новенькая. Если сами выяснят, что она племянница комиссара, Рейес там и двух минут не продержится. Так что мы решили, что благоразумнее идти к ним с поднятым забралом. Она скажет, что дядя решил ее наказать. Или просто дать ей понюхать пороху в обычном отделении.

– Они никогда не станут ей доверять, – сказал Сарате.

– Может, и не станут. Но изнутри ей будет проще выяснить хоть что-то. Еще возражения?

В переговорке снова воцарилась тишина. Все поняли: тема закрыта.

– Марьяхо, что ты вытащила из компьютера Эскартина?

– Чудес от меня не ждите. Удалось лишь частично восстановить историю поиска. Он удалил все документы, их восстановить нельзя. По словам одной соседки, в сентябре он приезжал домой. И как раз тогда искал информацию о пурегоне. Это препарат, стимулирующий овуляцию.

– Он используется при ЭКО, – многозначительно добавил Буэндиа.

– Еще он гуглил прогестерон – гормон, который способствует имплантации эмбриона.

– Мы знаем, что от него забеременела какая-то женщина. – Элена рассуждала вслух. – Раз он гуглил пурегон и прогестерон, возможно, забеременела она при помощи ЭКО. Ты искала среди пациентов клиник, которые делают ЭКО?

– Да. Не нашла ни Херардо Валеро, ни Гильермо Эскартина. Но есть еще кое-что.

– Выкладывай, Марьяхо.

– Он гуглил святую Серену.

– Это еще кто? – нетерпеливо спросил Сарате, недовольный, что они тратят время на пустяки.

– Жена римского императора Диоклетиана, третий век нашей эры. Она восстала против мужа из-за гонений на христиан.

Слушая исторический экскурс в исполнении Буэндиа, Марьяхо не скрывала улыбки: судмедэксперт разбирался буквально в любой теме. А вот Ордуньо передалось нетерпение Сарате.

– Великолепно. Помимо романов и джаза, Эскартин тащился от древнеримской истории.

– И от истории Мексики, – добавила Марьяхо. – Я нашла несколько запросов, связанных с Мексикой, причем самых примитивных. Подумала, что он собирался туда в отпуск и хотел подготовиться. Он даже гуглил тексты популярных песен в жанре ранчера.

Всеми овладело уныние. Компьютер Эскартина не пролил света на его работу. От его отчетов не осталось и следа.

– Можете считать меня сентиментальным маразматиком, – начал Буэндиа, – но мне кажется, что Эскартин просто влюбился в мексиканку, решил выучить местные песни и заодно узнать побольше о ее стране и культуре. Спорю на ужин в «Синем лебеде»: римская история ему была по барабану. Он просто гуглил, откуда пошло ее имя.

– Серена? – спросила Элена.

– Именно. Думаю, Эскартин влюбился в мексиканку по имени Серена.

– Ну и куда тебе на пенсию? – возмутилась Марьяхо. – Думаешь, эта твоя помощница додумалась бы до такого?

– Мануэла – великолепный специалист. – Буэндиа повернулся к Элене. – Кстати, если ты не против, я хотел бы, чтобы она присутствовала на наших совещаниях.

Элена кивнула. В этот момент у нее завибрировал телефон. Она вышла из переговорки, но через минуту вернулась.

– Это Сесилия. Ей на почту только что пришло видео от Эскартина.

Все ждали, пока Марьяхо подключит компьютер, войдет в почту Сесилии (та сообщила им пароль) и найдет письмо с видео: его отправка была запланирована заранее. Марьяхо открыла файл.