Некромант-самоучка, или форменное безобразие - Ардмир Мари

— Какой девушке? — спросила, холодея. Если он сейчас скажет о моем поцелуе и его действии, то прощай, конспирация, прощай, учеба, прощай… Все прощай!

— Которую он навестил поутру, решившись получить долг за два месяца воздер… — Декан факультета Темных сил глянул на меня и осекся: — В принципе, ничего у него не вышло: ни взять ни получить — как видите, кто-то досуха выпил его резерв и оставил лишь частицу силы, чтобы он мог в сознание вернуться.

На самом деле, не закричи Тугго тогда и не испугайся я — он ушел бы из общежития на своих двоих. И не лежал бы до сих пор в палате. Но что сейчас об этом вспоминать…

Мы с подопытным вновь переглянулись. Я смотрела вопросительно, он затравленно. Все понятно, будем ловеласа спасать.

— Это все кука! — решительно заявила я и, чтобы не стушеваться под очередным ироничным взглядом магистра, незамедлительно заявила: — Оголодавшая теневая сорвалась с цепи и напала на кадета!

— Безобразие! Было простое, стало форменное, — протянул горец с улыбкой и отмахнулся от наших с Бругом заверяющих кивков. Но мы не отчаялись и смотрели твердо. — Итак, продолжим. Бруг хитер, самонадеян, нагл и… — быстрый взгляд на красноглазого и ироничное: — А в данный момент еще и весьма напуган. Но сей пункт характеристики предлагаю в расчет не брать и помнить первые три. В противном случае вы, Намина, не успеете оглянуться, как он проберется в ваше сердце, жизнь, спальню, кровать.

Произнося это, змееволос в упор смотрел на покрывающегося испариной кадета и не мог не отметить, как тот дернулся, услышав последнее слово. Подметил, повернулся ко мне, ожидая ответа. Я и ответила, как и подобает недоумевающей девушке, невинно проспавшей все ужасы рассвета:

— Зря предупреждаете, в мою кровать даже клопы не лезут. Нам в ведической школе рассказали, как делать отпугивающую настойку из одуванчиков и наговор, — заговорщически сообщала я. — Так что если понадобится… — и внимательный взгляд на Тугго, который, как я надеялась, понял мой намек.

Он недоумевал всего секунду, а затем заверил:

— Не понадобится! Да я после ужасов сорвавшейся с цепи куки даже взглядом не удостою чужую кровать!

— И спальню, — подсказала я.

— Да! И ее тоже, — незамедлительно согласился оборотень.

— Что ж, вижу, что вы сработаетесь, — изрек декан с улыбкой и направился к выходу из палаты. — В таком случае не теряйте времени и приступайте к сбору анализов.

Дверь закрылась, мы с красноглазым остались одни.

— Спасибо, — прохрипел он так, словно в горле пересохло.

— Пожалуйста, — пожала плечами я, и Кардинал, не удовлетворившись ответом, решил внести уточнение.

— Спасибо за то, что не сдала, — кивнула, — и за то, что не убила, — невнятно продолжил он, вызвав у меня улыбку.

— А за поцелуй благодарить не будешь? — поинтересовалась наивно и сняла с руки перчатку.

— Нет! — Двуликий опять попытался сбежать и опять не смог сдвинуться с места. Понял тщетность своих потуг, взмолился: — Не трогай меня, пожалуйста!

— Глаза закрой и прекрати дрожать, мне тебя выдали подопытным до конца семестра. Так что заруби на носу, меня лучше всего не трогать.

— У-у-у-у! — взвыл он, крепко зажмурившись. А я аккуратно коснулась темных волос и проговорила формулу восстановления.

Протяжный стон быстро прекратился, но Тугго не спешил открывать глаза. В эти несколько мгновений я внимательно рассмотрела его. Отметила смуглую кожу, высокий лоб, тяжелый подбородок, удивительной формы уши — вытянутые вверх, черную татуировку с шеи, уходящую на спину, серебристую серьгу в ухе и шрам, что перечеркивал мускулистую грудь и скрывался под простыней.

— Интересно. — Я убрала руку от его волос и надела перчатку. — Бруг, а ты где и как застрял?

— Не понимаю вопроса, — отозвался мой подопытный. Распахнув красные глаза и задумчиво уставившись на потолок, он прислушался к себе. Проверил полноту резерва и с радостной улыбкой резко сел, а затем встал, придерживая простыню и не давая мне рассмотреть его всецело.

— Чего глазеешь?

— Ищу место для практики, — честно призналась я и начала выуживать из сумки инструментарий для взятия анализов. — Тебя бы мне не выдали, не застрянь ты в обороте. Так что признавайся, пока я сама свою догадку не проверила.

Он посмотрел туда, куда смотрела и я. Побледнел и заверил, что изменений там нет.

— Ага, и поэтому Кардинал разбитых сердец с утра рвался к Дульгерии? И это при том, что ты явно не охотник вторичных проб, а значит, пытался совместить полезное с приятным.

— А у тебя есть трава?! — успел обрадоваться кадет, подтвердив мою догадку, и с ужасом услышал решительное: «Нет!»

Я уже поняла, что некая субстанция под кодовым названием «трава» запрещена для использования, так как позволяет скрыть нарушение Устава военной академии, а именно пункт 3.5.1. Также у запрещенной субстанции есть аналоги «водица» и «порошки», и, судя по тому, что их запрашивали с неохотой, данные вещества менее действенны или имеют побочный эффект.

— Показывай, и ты послужишь науке. — И на недоумевающий красный взгляд пояснила: — Мы будем создавать разрешенный аналог вашей траве.

— Мы пытались, на это ушла куча времени, сил и денег, но все безрезультатно, — натягивая на себя простыню, стал заверять меня Кардинал. Натянул, дважды обернул вокруг тела и выставил руки вперед. — Слушай, давай я просто тебе заплачу, и мы мирно разойдемся.

— А как же оборот? Ведь ты в нем застрял.

— Ничего страшного… Неделю с ним прожил и столько же еще проживу, — заверили меня и попытались скрыться.

— А ну стой! Стой, кому говорят! — воскликнула я, вылетая в коридор вслед за несговорчивым оборотнем. — Ты мой должник, тебя магистр отдал в наказание… — а он уже скрылся за поворотом. Быстро бегает, несмотря на юбку. — Вот что за гадство?! — возмутилась в сердцах. — Неужели мне придется его преследовать?

«Преследование подопытного объекта Бруга Тугго разрешено, — мгновенно отозвался мой браслет и поинтересовался уныло: — Начать запись на кристалл фиксации?»

— Да! — ответила с жаром и чуть не осела на пол, когда над моим запястьем образовался плоский круг с изображением бегущего по лестнице оборотня, а ниже схема его движения по плану здания, точь-в-точь такая, что указывала мне дорогу к палате.

«Запись начата, приступайте к погоне», — напутствовал магический гид и замолчал, а я впервые пожалела, что не закончила ведическую школу — ее выпускницы получали метлы.

Глава 6

Герберт всегда знал, что любить змееволоску и наследницу горцев могут лишь сильнейшие. Слишком проницательная гордячка с тяжелой рукой, с вспыльчивым характером не могла быть смиренной возлюбленной и тем нравилась ему. К такой мало кто подступится и мало кто такую завоюет. А он смог. И пусть для этого пришлось пройти через ад совместных тренировок и десятки спаррингов, он в честном бою смог сломить ее сопротивление и вырвать первый поцелуй. В дальнейшем памятных шрамов от Амиддарии удостаивалась лишь его спина, а укусов — губы.