Рок-н-ролл со смертью - Б. Седов

Рядом с телом, чуть отступив назад и держа руки на уровне груди, стоял Андрей. Сзади, упирая ему ствол пистолета в затылок, расположился Вайс. Чуть поодаль – Уилки, следивший за каждым движением троицы с сумками. Картина была достаточно нелепой.

– Убери пистолет, Вайс, – сказал Андрей. – Иначе я тебя уделаю.

– Брось дурить, Эндрю, – миролюбиво ответил Вайс, но все же засунул оружие за пояс. – И перестань бить моих людей.

– Ты знаешь мои правила, – опустив руки, Мартынов посмотрел на Машу совершенно чужим взглядом, от которого по ее спине пробежали мурашки. – Не стрелять в копов, не бить женщин и не красть цветы с могил. Это значит, что я не позволю делать этого и другим.

– Думается, ты обиделся на Томсона не потому, что тот ударил женщину. Тебя задело другое, – Вайс успокаивающе похлопал Мартынова по спине: – Послушай, Эндрю, все, что хочет мистер Малкольм, это знать, где его деньги. Ты сообщил ему, что нашел наследника. И сказал, что Марсельский банк приостановил течение срока действия договора. Это означает, что семь миллионов долларов поступили на счета «Хэммет Старс». И вдруг выясняется, что счета организации не обогатились ни на цент. А это в свою очередь означает, что банк Марселя перечисление не произвел. Это очень странно, но управляющий заявляет, что ты предоставил отпечатки пальцев Малькова-младшего, но не предоставил тест «В». Артур отказался мазать губы ваксой?

– Я бы рад вспомнить это, но не могу, – сказал Мартынов, роясь в карманах. Найдя платок, он вынул его и протянул Маше. – Меня смущает другое: почему это я вдруг решил не предоставлять банку тест «В», Вайс?

– Господи, Андрюша!.. – вскричала Маша, уже отчаявшись что-то понимать. – Да он же послал в гостиницу двоих людей, чтобы они тебя убили!.. Ты расправился с ними, и только поэтому нам удалось бежать! Они хотели прикончить тебя и завладеть дактокартой Малькова, но ее у тебя тогда не было!

– Что ты сказала?! – рявкнул Вайс.

«Господи, – повторила Маша в немом отчаянии, – неужели он ничего не помнит?!»

А Вайсу стало ясно: эта русская девка знает и помнит все лучше, чем Мартынов…

«Я не знаю, кто она, – стремительно размышлял Мартынов, стараясь выглядеть равнодушным, – но она только что подписала себе приговор. Если нас с ней и связывало дело, то до этого момента она была просто лишним грузом на теплоходе. Сейчас она – объект пристального внимания Вайса. Черт возьми… Этот серебристый чемоданчик… куда она его несла, с вокзала?..»

Его взгляд скользил по безупречной фигуре женщины, по овалу ее лица и роскошным волосам. Не будь Мартынов уверен в том, что он не влюблен в эту женщину, он мог бы предположить, что их связывало что-то большее, чем дело. Но откуда она вообще взялась?

Мартынов все бы сейчас отдал, лишь бы вспомнить те девять дней своей жизни!

Показавшиеся впереди огни свидетельствовали о том, что теплоход приближается к мегаполису.

– Сейчас мы дважды войдем в шлюзы и дважды из них выйдем, – глухо сказал Мартынов, возвращаясь к рубке. – Потом будет город с двух сторон, а после – река, которая понесет нас к месту соединения с Томью, – перейдя с русского на английский, он добавил: – Вайс, я хочу знать, что вы намерены делать с этими тремя неудачниками.

– Кажется, твои правила не включают запрет на отстрел наркокурьеров… Впрочем, попробуй убедить их сойти на берег. В более идиотском положении я не оказывался ни разу. Однако мне кажется, что предложение покинуть катер они воспримут с некоторым неудовольствием… – Вайс высунул голову из рубки и плюнул за борт. – Эндрю, если бы не опасение потерять двоих помощников, я бы уже давно дал команду стрелять. Маразм какой-то… Вместо того чтобы выполнять поставленную передо мной задачу, я совершаю круиз по реке, которая немногим грязнее Гудзона.

Мартынов промолчал. Вайс был прав. Трое нежданных спутников действительно никак не вписывались в канву их общего дела.

– Невероятно, – пробормотал Адмирал. – Просто немыслимо… Если бы мы взошли на борт тремя минутами раньше, то не видели бы эти рожи. Вместо того чтобы спокойно ждать на Томской пристани, мы совершаем путешествие по Оби в компании сумасшедших, разговаривающих друг с другом на двух языках. Это разве не маразм?.. Я готов заплатить тысячу баксов тому, кто уговорит этих придурков вместе с их истеричкой сойти на берег.

– Послушайте, – сказал Мартынов, разворачиваясь и прижимаясь спиной к штурвалу, – я думаю, нам нужно прийти к общему знаменателю. И пусть тот, кого мистер Вайс именует Уилки, переводит дословно и быстро. Итак, если бы я был уверен в том, что вижу перед собой уличных отморозков, которых по иронии столкнула судьба, то уже давно прыгнул бы за борт, предоставив вам возможность разбираться друг с другом. Но ситуация другого порядка. С одной стороны я вижу готовых на все троих мужиков, таскающих по палубе сумки, в которых, как я подозреваю, отнюдь не сахарная вата. С другой – троих искушенных следопытов из-за океана. В некоторой степени они схожи со мной, и только их страсть разгрызать кости и вытирать кровь о штаны не позволяет мне назвать этих уродов своими коллегами. Так вот… – Мартынов окинул окружающих взглядом. – Нам следует разбежаться. Выход я вижу только один. Сейчас я, как капитан и штурман в одном лице, пройду шлюзы. После этого мы впятером – мистер Вайс, женщина, двое их друзей и я сойдем на берег. Теплоход я отдаю вам, Адмирал. Плывите на нем, на хрен, куда хотите. Хоть в Южную Африку. Если кто-то против такого плана, пусть попробует меня убедить. Я хочу узнать, чем жизнь хуже смерти.

– У нас нет опыта вождения теплохода, – подумав, сказал человек с бельмом.

– Сейчас самое время учиться, – ответил Мартынов. – Через час или два после шлюзования эти трое попытаются перерезать вас, как баранов. Им в Томск не нужно. Или вам придется сделать то же самое, но сейчас, потому что я вас предупредил. Вам в Томск – нужно. В любом случае я успею спрыгнуть за борт, а вот вы со своими сумками – нет. И ваш приятель, который никак не может очухаться – тем более. И мистер Вайс, в силу своей неповоротливости, тоже. Вам будет не до меня, вы будете стрелять друг в друга. Получается, что путешествие закончится перестрелкой и трупами. Что среди всего этого сброда делает девушка, я понятия не имею, но успею столкнуть ее перед собой в воду. Приглянулась… Так что решайте. Все молчали, но на другое Мартынов и не рассчитывал. Напряжение росло, и Андрей, посмотрев на человека с бельмом, сказал:

– Мы – сходим. Так будет лучше для всех. Штурвал крутится. Очень похоже на управление машиной. Держитесь белых бакенов, с судами расходитесь левым бортом. Здесь не нужно высшего образования, особенно если учесть, что этот участок не контролируется водной милицией. В любом случае, у вас есть вторая лодка, чтобы тоже покинуть судно. Но лучше вам сделать это через несколько часов.

– Нам нужно подумать, – сказал Адмирал.

– Думать некогда. Начинаются шлюзы…

Глава 15 АДВОКАТ ДЬЯВОЛА

Город блистал огнями с двух сторон. Спуская лодку на воду, Мартынов лихорадочно думал о том, что может случиться через час, через два. Как бы то ни было, он сделал главное – стрельбы уже не будет. А это шанс уцелеть. Посматривая на девушку, спускающуюся в лодку, он думал еще и о том, какую роль она может играть в этом деле. Видимо, его и ее связывают какие-то отношения, потому что просто так тащить на борт стороннего человека Вайс ни за что не стал бы.

– Черт возьми, – пробормотал начальник спецслужбы Малкольма, – я забыл на борту кейс!

Мартынов стремительно развернулся к Вайсу:

– Кажется, мы договорились…

– Это уже не корабль, Мартенсон, – тихо проговорил тот. – Здесь командую я. Не суетитесь, зачем это нужно вам и вашей женщине?

«Моей женщине?» – подумал Мартынов, наблюдая, как Уилки машет рукой наркокурьерам, призывая их поймать веревочный конец.

– Вы будете гореть в аду, Вайс, – прошептал Мартынов.

– В этом нет никаких сомнений, – равнодушно ответил посланец Малкольма. – Но и вам, кажется, райские кущи не гарантированы. Так что в ад мы отправимся вместе.

– Я там уже был и видел табличку: «Свободных мест нет». Однако перед тем как уйти, я заметил один пустой котел, на котором виднелась надпись: «Вайс».

В тишине ночи раздались сначала три хлопка, потом еще четыре, и после – один. Через пять секунд раздалось восемь хлопков сразу.

Держась за борта лодки, в которую спустился Уил-ки, Мартынов сплюнул за борт и что-то прошептал. Но что именно – не слышала даже Маша, сидящая в полуметре от него.

Томсон-Томилин окончательно пришел в себя, и первая фраза, вылетевшая из его пересохшего рта, была: «Я прикончу тебя, сука». Обращался он, конечно, к Мартынову.

– Что сейчас произошло? – обращаясь к нему, пролепетала Маша.